Проблемный мужчина

Я покосилась на неё.

— Это что — шутка уровня начальной школы?

— Ммм, я думаю, скорее детского сада. Но серьёзно, Кай? Он первый начинает? Единственное, что начинает Уайетт, это пожар у тебя в трусах.

Жвачка, которую я жевала, вдруг застряла у меня в горле, и я начала задыхаться. Обхватив руками стену, я наклонила голову и откашлялась несколько раз, пока смертельный кусок "Орбита" не сместился. Затем я обратила свой самый злой взгляд на подругу.

— Что прости?

Она погрозила пальцем.

— Можешь даже не притворяться, что между вами двумя не происходит ничего странного.

Странного? О, чёрт.

— Это самая нелепая вещь, которую ты когда-либо говорила. Мы ненавидим друг друга.

Она не купилась на мой сердитый тон и повернула голову так, чтобы я увидела, как она закатила глаза.

— О, да. Вы очень сильно друг друга ненавидите.

Проигнорировав её намёк, я решила не бить свою лучшую подругу по руке, но высказать всё, что я о ней думаю:

— Я тебя ненавижу.

Она толкнула меня плечом.

— Это на самом деле означает, что ты меня любишь, — промурлыкала она, улыбаясь от уха до уха. — Видишь как всё запутанно? Ты говоришь одно, но имеешь в виду другое. Может быть, Уайетт не понимает, что ты имеешь в виду?

Я медленно выдохнула и сильно постаралась не засмеяться от её бредовой мысли. Её это только раззадорило. И мне даже ничего не пришлось делать.

Она прошла к своему рабочему месту и начала готовить продукты на сегодня. К счастью, на этом её подколы по поводу Уайетта закончились.

Ох.

А я как раз вспомнила, что теперь, когда я здесь, мне надо найти Уайетта и поговорить с ним наедине.

Я оставила свою работу и отправилась искать его.

— Ты куда? — крикнула мне в след Диллон.

Не оглянувшись, я сказала:

— Ты хочешь знать?

— Он в кладовке, — сказала она более тихим голосом.

— Откуда ты знаешь?

Она кивнула на кухонные часы.

— Он занят инвентаризацией.

Ну конечно, сейчас было самое подходящее время, чтобы подсчитать всё то, что должно было быть заморожено и понять, чего у нас нет или что надо было докупить.

Я развернулась и пошла в противоположном направлении от его офиса в гигантскую кладовую.

— В этот раз лучше кусать его без свидетелей.

Я подняла средний палец и пожелала подхватить ей какую-нибудь сыпь в неудобном месте. Как тебе такое, всезнайка?

Уайетт сидел на корточках и протянул руку куда-то вглубь полки, когда я нашла его. Я содрогнулась, но не из-за холода. Когда он был так близко, даже воздух менялся. Он стал более напряжённым, наэлектризованным и он усиливал каждую мою нервную эмоцию.

Он повернул голову, когда дверь открылась. Он кивнул, давая понять, что заметил меня, и продолжил доставать остатки продуктов.

— Эй, Уайетт. Мы можем поговорить минутку?

Он развернулся и посмотрел прямо на меня, его глаза были тёмными, неясными, и при плохом освещении кладовой я не могла прочитать, что в них.

— Последнее время нам приходится много разговаривать.

Его наблюдение заставило меня поёжиться. Я не знала, как на это ответить. Или что об этом думать.

Нам действительно приходилось много разговаривать в последнее время. Это было нормальным явлением для шеф-поваров и их су-шефов.

Но Уайетт и я не были нормальными, как и наши недавние разговоры. Наверное, мне было бы и правда лучше покинуть этот ресторан, и чем быстрее, тем лучше. И в особенности из-за того, что я не знала, как назвать то, что между нами происходило. Потому что это не было нормальным, приемлемым или даже обычным для нас с ним.

— Я могу подойти в другое время...? — робко предложила я.

Он медленно встал, и также медленно приблизился, сантиметр за сантиметром, пока не навис надо мной.

— Можно сейчас.

Откашлявшись, я на секунду запаниковала, испугавшись, что мой голос всё ещё похож на мужской. Обычно мой утренний голос исчезал после двух чашек кофе и фитнесс-батончика, но сейчас я почему-то боялась использовать его. Это не было для меня привычным поведением.

Чёртовы Диллон и Вера проникли в мои мысли. Меня вполне устраивало то, что я ненавидела Уайетта, пока они ничего мне не сказали. И теперь из-за мнения других людей я сомневалась в том, что не выношу его. Тупо. Это было тупо. Я хотела снова стать нормальной.

Это означало, что мне надо было не обращать внимания на своих друзей, и сконцентрироваться на обычном статусе наших с ним отношений — мы были врагами. Непримиримыми, заклятыми, кровными врагами.

— Что такое? — он скрестил руки и посмотрел на меня. Я вдруг почувствовала себя очень нервно.

Я укусила его за палец и даже не могла снова стать его заклятым врагом. Как же это было глупо.

— Я хотела убедиться, что могу не выходить в воскресение.

Его лицо нахмурилось.

— Какой сегодня день?

— Пятница.

— И ты хочешь выходной в воскресение?

Я содрогнулась от резкого тона его голоса, но постаралась скрыть это.

— Нет, это и так мой выходной. Я просто хочу убедиться, что это так и останется.

— Эй, если тебя нет в расписании, то не о чем беспокоиться.

— Это ты так говоришь, — я добавила смелости своему взгляду и позволила ему увидеть, что я нервничаю, так как у меня всё равно не получалось это скрыть. — Но у меня не было ни одного выходного в течение месяца. Может чуть больше.

Мускул на его лице дёрнулся.

— Ты жалуешься?

Я сглотнула.

— Не формально.

Его голова наклонилась, и если бы это был кто-то другой, я была бы готова поклясться, что он скрыл улыбку.

— Хорошо, ты хочешь выходной в воскресенье. Я понял.

— Спасибо.

— Я имею в виду, это один из самых загруженных наших дней. И если ты не чувствуешь себя обязанной приходить, то я полагаю, что не могу тебя заставить.

На складе было темно, он был освещён всего несколькими лампочками, и этого было не достаточно, чтобы понять, правда ли его дьявольские глаза сверкнули, или я себе это придумала. Он что дразнил меня? Или сказал это на полном серьёзе?