Проект Каин. Адам
Шрифт:
— Я уже и позабыла, что скоро зима, — сказала Аня.
Сергей кивнул, глядя на отражение ее лица в стекле. Она была очень красивой в этом приглушенном свете, ее не портили даже тени под глазами и бледная кожа. Сергею так захотелось прикоснуться к ее черным волосам, он даже поднял руку, но в последний момент сдержался, сомневаясь, стоит ли продолжать.
Его хватило ровно до того момента, как она подняла глаза и встретилась с ним взглядом в зыбком, неярком отражении, за которым танцевали снежинки. Он увидел в этом взгляде все, что хотел увидеть и понял все, что хотел понять. Аня медленно, словно боясь сама себя, отклонилась
— Аня, я не знаю… Максим…
— Что Максим? — она терпеливо ждала.
— Я думал, что ты… вы… — он смущенно замолк, не зная, что сказать.
— Ты хочешь знать, было ли у нас с ним что-то?
Сергей облизнул губы, жалея, что начал этот разговор. Хотя с другой стороны, он не мог промолчать.
— Если даже и было — это что-то меняет? — спросила она, вглядываясь в его глаза, словно ища там ответ.
— Знаешь, мне не просто это сказать… мне кажется, я люблю тебя, — выдавил Сергей, краснея еще сильнее.
По ее губам пробежала улыбка, но тут же лицо приняло преувеличенно серьезное выражение.
— Я понимаю. Если тебе от этого станет легче, то мне кажется, что я тоже люблю тебя.
Сергей улыбнулся, отчего сразу же помолодел на пять лет.
— Я… я боялся сказать. Господи, как будто мне снова четырнадцать лет, — он едва слышно рассмеялся.
— Прекрасно тебя понимаю, — она встала на цыпочки и нежно поцеловала Сергея в кончик носа, отчего по его телу пробежали мурашки.
Он подумал и спросил:
— А Максим? Надо ему сказать… по-моему он… ну…
— Влюблен в меня? — взгляд Ани потух. — Наверное. Просто тогда мне было так страшно и…
— Стой, не надо ничего говорить, — прервал он ее. — Однажды ты сказала фразу, которая мне очень понравилось.
Она вопросительно посмотрела на него. Он улыбнулся:
— Прошлое забыто. Грядущее сокрыто…
— Настоящее даровано, — закончила она, и когда он поцеловал ее, все посторонние мысли растворились в тепле их тел.
Когда погас свет на кухне, их отражение на покрытом замерзающими капельками дождя стекле исчезло, оставляя Сергея и Аню наедине.
Глава двадцать седьмая
Максим спустился на кухню, около шести утра. Он не без оснований полагал, что будет первым, кто встал в такую рань… если только не считать часового на улице. Кто там сегодня? Вроде бы этот… как его… Мишка, что ли? Короче, один из тех, кто приехал на том здоровом военном грузовике. «Вполне может быть, — подумал Максим, почесывая задницу, — что именно на том же самом, на каком ехали и они с Сержантом».
Парень зашел на кухню, насвистывая себе под нос мелодию из какого-то фильма и вдруг остановился: за столом сидел Сергей, попивая кофе. Макс почувствовал мимолетный укол раздражения, но тотчас подавил
его. Что такого, в конце концов, в том, что не он один ранняя пташка?— Привет, — сказал он, проходя к кофейнику.
Сергей поднял голову, посмотрел немного покрасневшими глазами на Максима, кивнул, улыбнулся:
— Привет.
— Не спится?
— Ну да. Плохой сон приснился. А ты чего в такую рань?
— Не знаю. Сегодня дел много, вот, решил встать пораньше, — Максим присел за стол, напротив Сергея. Отхлебнул кофе, кивнул: — Неплохо, даже очень неплохо.
— Жена научила. Она хорошо готовит… готовила кофе.
Максим кивнул, но уточнять не стал, почему его собеседник говорит в прошедшем времени. Он, можно сказать, везунчик, если учесть, что его мать жива-здорова и сейчас они вместе. Теперь еще и Аня… Макс ухмыльнулся и сделал глоток действительно вкусного кофе.
Сергей несколько секунд смотрел на него, чувствуя себя неуютно, хотел что-то сказать, но тут в кухню вошел Мишка.
— Всем доброго утречка, — он потер глаза, все еще опухшие со сна. — Чего это вы в такую рань?
— Да так… — неопределенно ответил Сергей.
— Ты всегда «да так», — Мишка полез в холодильник, достал сок и слегка подсохшие бутерброды, поставил все это на стол. — Будете?
— Спасибо, — Максим взял один, с колбасой, стал жевать.
— Охо-хо… Как давно я не ночевал в нормальной постели, отвык уже. В кузове грузовика как-то не очень разоспишься, — Мишка поморщился.
— Долго сюда добирались?
— Три дня. Опасно с большой скоростью ехать было, сам понимаешь, а ночью — так просто безумие. К тому же оказалось, что из всех нас с таким грузовиком могут управляться только я да Серый, Степаныч со своей рукой не в счет, — Мишка пожал плечами.
— Кто-нибудь здесь ездил на такой машине? — спросил Сергей у Максима.
Тот дожевал бутерброд, запил кофе, задумчиво посмотрел в кружку.
— Я — точно нет. Мой дядя, Олег, кажется, в армии был водителем, наверное, и на таких бандурах умеет, но надо у него спрашивать.
— А остальные?
— Не знаю. Можно у Николая и Антона интересоваться, но не думаю… — Максим посмотрел на Сергея. — Кажется, я догадываюсь, почему тебе не спалось.
Сергей почувствовал, как краска начинает заливать лицо — первая мысль была, что он знает о нем и Ане… Но нет, нет, конечно же, Максим имел ввиду другое. Словно подтверждая его слова, парень спросил:
— Когда, думаешь, стоит уходить?
— Они же нам вроде дали время до десяти, нет? — спросил Михаил. На его круглом лице не было и намека на улыбку.
— Да. Со слов Самарина, — ответил Макс.
— Ты ему не веришь?
Парень пожал плечами, но ничего не ответил.
— Я думаю, собираться надо как можно быстрей, — Сергей бросил взгляд на запорошенное снегом окно. — Ждать до десяти смысла нет, если только мы не собираемся идти в самый центр города, как они хотят. Мы же не собираемся?
Мишка и Макс синхронно качнули головами.
— Вот и я так думаю. Поэтому дожидаться, когда они явятся, бессмысленно. Следовательно — надо начать собираться, желательно прямо сейчас: чем большая фора у нас будет, тем лучше, ага? — они кивнули. Сергей продолжил: — У нас есть грузовик, туда много чего можно напихать, да и народу будет где сидеть — хоть и не в комфорте, но лучше так, чем пешком. У вас наверняка тоже есть машина, — Сергей вопросительно посмотрел на Макса.