Проклятая

— Пожалуйста! Пожди… — в моем голосе сквозила паника. — Не делай…

Яркая красно-желтая вспышка ослепила меня, и я замерла в ожидании боли от пули, разрывающей плоть и кости.

Глава 28

Вот только боль все никак не наступала, и крик, раздавшийся в подвале, был не моим.

Мистер Тео отвернулся от меня, упал на пол; нижнюю часть его тела охватило пламя.

Мои глаза были прикованы к нему, пока он пытался сбить пламя и искал достаточно большую лужу на полу. Он упал в нее и больше не двигался.

— Эмбер?

Хайден стоял на середине лестницы. Он выглядел потрепанным, его свитер был разорван и весь в пятнах. Кажется, на его запястье все еще был больничный браслет. Запекшаяся кровь покрывала половину его лица и волосы.

Но в данный момент он был самым прекрасным, что я видела в жизни.

Он подошел ко мне, прежде чем я смогла что-то ответить. На лице была смесь ужаса, боли и облегчения. Хайден нежно поднял мое лицо. Мне было все равно, что при этом я испытала боль.

— Эмбер, Боже мой, Эмбер, пожалуйста, скажи что-нибудь.

Я начала плакать и бормотать, рассказывая ему то, что он и так уже сам понял, пока он снимал свитер и набрасывал его мне на плечи. Позади него я видела Курта в его ковбойском плаще, он пнул Тео ногой.

— Вот дерьмо, — пробормотал Курт, качая головой. — Это не учитель английского из школы?

Хайден развернулся и резко кивнул.

— Курт, подойди сюда. Эм, продержись еще немного, и мы вытащим тебя отсюда.

— Как… как вы нашли меня? — спросила я, пытаясь унять бесконтрольную дрожь.

— Паркер отследил тебя с помощью Фиби, — его дыхание было таким теплым на моей заледеневшей коже… я думала, что уже никогда не почувствую этого снова. — Когда я очнулся в больнице и понял, что тебя там не было… что после аварии тебя вообще нигде не было…я понял, что что-то не так. Я позвонил близнецам, а они Курту. Они забрали меня, и мы кружили по окрестностям, пока они не почувствовали тебя.

— Господи, — снова промычал Курт. — Наручники из металла. Мы никак их не снимем, — он снял плащ и накинул его на меня. — Господи, Эмбер, перестань дрожать. Ты срываешь кожу с запястий.

— Я… я не могу перестать.

— Ладно, — Хайден обернул края пальто вокруг меня. Он нежно гладил меня пальцами по лицу и лбу. Дрожь стала еще сильнее, когда он убрал мои волосы назад. — Эм, ты должна открыть глаза и посмотреть на меня.

Я и не поняла, что они были закрыты.

— Мне нужно расплавить металл, чтобы освободить тебя, — он сделал паузу, в его глазах горело желание защитить меня. — Мне нужно, чтобы ты была абсолютно неподвижна.

— Л-л-ладно.

Хайден повернулся к Курту и кивнул.

— Убедись, что она не будет двигаться.

— Хорошо, — Курт подошел поближе и застонал. — Черт, крысы. Ненавижу крыс.

— Я-я-я тоже, но, кажется, они ненавидят меня больше, — пробормотала я.

Курт рассмеялся, по-настоящему искренне рассмеялся.

— Поверь мне, это хорошо.

Я прислонилась головой к груди Хайдена, когда он потянулся мне за спину. Тепло его тела было восхитительным, настолько, что я не обратила внимания на первый поток жара, но потом мне стало очень больно. Очень сильно больно.

— Не двигайся, — прошептал он. — Ты помогла нам найти тебя, знаешь?

Я не ответила и крепко зажмурилась. Я должна была хорошенько подумать, прежде чем позволить ему расплавить на себе металл. Количество тепла для этого должно быть нереальным. Мои запястья словно запекали в духовке. Приживаясь лицом к его груди, я заскулила.

— Эм? Ты знала? — снова спросил он, отвлекая меня вопросом.

— Н-нет.

— Да, ты продолжала думать о мистере Тео и подвале. Мы бы не додумались проверить здесь, если бы не ты. Ты отлично справилась, Эм.

Боль в руках стала невыносимой, но я старалась не двигаться. Расплавленный металл жег, как адово пламя. Но все получалось. Наручники плавились.

— Еще совсем немного и все.

— Она сильно ранена, Хайден, — сказал Курт, словно меня там не было. — Тебе стоит поторопиться, ее нога сильно истекает кровью.

Наверное, из-за того, что сердце начало биться сильнее. Несмотря на жжение в руках и все то, что произошло, я должна была убедиться, что, если я не выживу, они не отнесут меня к сестре.

— Обещай мне, что не отнесешь меня к Оливии. Если все закончится плохо…

— Не закончится, — сказал Хайден. — А если и так, я тебя не потеряю.

— Ты не можешь снова использовать Оливию. Я этого не позволю.

— Черт, даже не спорь со мной об этом!

В тот момент я поняла, что Хайден рискнет всем и всеми, чтобы убедиться, что я буду жива. Но я не могла поступить так с ней. Не снова. Наручники расплавились достаточно, чтобы Курт и Хайден сообща сломали их. Мои мышцы протестующее заболели, но я проигнорировала их.

Я взяла Курт за руку, плоть без кожи на запястьях пошла волдырями. Он раскрыл рот с выражением страха и неверия на лице.

— Не позволяй Оливии увидеть меня такой. Не позволяй ей касаться меня. Пожалуйста.

Взгляд Курта перемещался между мной и Хайденом, и, наконец, он сказал:

— Ладно. Ладно.

— Черт возьми, Курт, — зарычал Хайден. — Я не позволю ей умереть!

Но Курт уже встал на ноги и полез в карман.

— У Джонатана есть связи в больнице, Хайден. Он уже в пути. Я ему позвоню.

Жар его ярости исходил от него волнами.

— Если с ней что-то случится…

— Знаю. Ты меня убьешь, — Курт открыл телефон и чертыхнулся. — Придется подняться наверх. Здесь нет сигнала.

— Я подниму ее. Иди, — Хайден повернулся ко мне. Его взгляд исследовал каждый сантиметр моего тела, каждый порез, каждую царапину и синяк. Его голос стал хриплым. — Эм, я думал… думал, что потерял тебя.

— Н-нет, я здесь.

Хайден наклонился и поцеловал меня. Я утонула в его поцелуе, в его тепле, в его любви.