Проклятие морфид

Чуть позже Андрей Ильич, личный доктор, сообщил, с трудом подбирая слова, что еще чуть-чуть, может быть минута или две, и мозг подвергся бы кислородному голоданию. Что могло привести... все знают, к чему. К уголовному делу на половину присутствовавшего в здании персонала. Именно этого они боялись больше всего, а не трагической смерти по причине закончившегося противоастматического аэрозоля.

Президент хотел было отказаться от присутствия на традиционном совете безопасности, но в последний момент приказал сообщить о своем участии: в конце концов, пойдет слух о пошатнувшемся здоровье Президента, а ему это перед грядущими выборами совсем ни к чему.

Преступность в стране его особо не волновала: до него лично она дотянутся не могла никак, поэтому он целиком доверял министру внутренних дел, который сыпал ворохом цифр об успешной раскрываемости.

– Но есть и проблемы, - продолжил генерал Гордеев.
– По центральным каналам телевидения прошло несколько выпусков о том, что граждане взбудоражены засильем телефонных вымогателей. Пенсионеров, пожилых людей, участников войны ловят на доверчивости и под предлогом возможного уклонения от ответственности за якобы совершенное преступление вымогают деньги, крупные суммы, которые старики несут за выкуп своих близких. Вернуть же украденное не удается... мошенники хорошо перестраховываются, используя недоступные нам каналы связи из-за границы.

Секретарь Совета безопасности кашлянул. Генеральный прокурор, вычерчивая на бумаге простенькую виселицу, сказал себе под нос:

– Получается, знают, что никто не будет искать мошенников... вот и действуют.

Все посмотрели на Президента. Повисла тяжелая пауза.

– В чем проблема?
– спросил Президент.
– Поймать не можете? Мне что ли их ловить?

– Никак нет, - сказал министр внутренних дел.
– След уже есть, на этой неделе думаем взять.

– Думаем... быстрее думайте! Не хватало еще чтобы они моим родственникам начали звонить.

Никто в огромном белом зале не понял, смеяться или плакать.

Генеральный прокурор нарисовал петлю вокруг круглой головы человечка, стоящего прямо под виселицей: на неровном кругляше вместо лица правильной вогнутой дугой застыла широкая улыбка.

4

– Господин Президент, вы желали меня видеть?

Президент, высокий, властный мужчина в спортивном костюме с национальной эмблемой страны стоял спиной к входной двери возле огромного книжного шкафа. Он пытался найти решение чрезвычайно важной для него проблемы, неожиданно возникшей вечером, перед совещанием по безопасности.

Министр внутренних дел, генерал Гордеев, в сером отглаженном костюме застыл на входе в президентский кабинет. Двери были распахнуты, но он не решался пересечь черту, глядя издали на Президента, сложившего руки за спиной и стоящего с высоко поднятой головой у необъятного книжного шкафа.

– Вы видели мою коллекцию бабочек?
– спросил наконец Президент, не поворачиваясь.

Собеседник Президента отступил ещё на шаг от воображаемой границы кабинета. К чему он клонит? Визит в полчетвертого утра из-за бабочки? Или что-то действительно серьезное?

Министр почувствовал, как деревенеют икры ног - плохой знак, свидетельствующий об излишнем напряжении. По его виску поползла тяжёлая капля пота. Он хотел ее смахнуть, но передумал, ощущая предательское скольжение на щеке.

– Нет господин Президент. Не имел чести.

Президент повернулся к нему лицом. Из разделяло метров десять-двенадцать, но Гордеев почувствовал, как наэлектризован воздух в кабинете. Высокий лоб Президента пересекла пульсирующая жилка: министра страдал дальнозоркостью и буквально видел перед собой с какой бешеной скоростью она билась. Тотчас он почувствовал, как его сердце наткнулось на непреодолимую преграду, замерло, руки похолодели.

– Не имели?
– Так вот. Пропала бабочка. Та, которую, между прочим, вы сами мне принесли недели две назад. Вечером, как вам должно быть известно, у меня случился приступ астмы и пока я отсутствовал, она исчезла из хранилища. Я не нашел ее.

– Что?
– Не веря своим ушам сказал министр.
– Пропала бабочка? В полчетвертого...
– он осекся, увидев, как побагровел Президент.

– Завтра в это же время она должна быть на месте, - сказал Президент.
– Делайте что хотите.

– Но здесь не моя юрисдикция, - сделал слабую попытку возразить министр.

– Теперь ваша, - отрезал Президент.

5

– Набирай, у меня все готово, - скомандовал Жаба.

Санек быстро нажал на кнопки заученного наизусть номера. Сигнал пошел через заграничный сайт, оттуда сквозь многочисленные фильтры и кордоны, препятствующие определению телефона и местоположения звонящего. Продрал напоследок горло, потом скорчил побитую физиономию и резко, со всей силы дернул себя за левый сосок. Гримаса боли прокатилась по его лицу, в глазах проступили слезы.

Жаба ткнул пальцем по экрану планшета. Комнату наполнили шорохи, вскрики, звуки улицы, неразличимые отрывистые голоса, иногда прерываемые резкими сигналами рации.

Санек дождался, пока на восьмой или даже девятый гудок трубку поднимут, он услышал как Елена Андреевна спросонья сказала:

– Алло.

Выждав паузу, чтобы она смогла сориентироваться и, самое главное, осознать услышанное, он произнес:

– Да. Алло. Алло. Мама? Это... ты?

Елена Андреевна ответила не сразу, с трудом соображая, кто говорит.

– Олег?.. Что с твоим голосом?

Последовала череда ударов, которые она слушала с содроганием, каждый звук хлесткой плетью обрушивался на ее худые плечи.

Елена Андреевна даже не помнила, что говорила и советовала, да и что она могла вообще сказать в такой ситуации? Все ее мысли, стремления, желания и надежды слились в одну пульсирующую точку - помочь сыну.

– Я привезу, Олег! Все привезу как скажешь, прямо сейчас. Только с карточки нужно снять.

Она постаралась запомнить инструкции, два раза повторила их про себя: положить деньги в конверт... прийти на улицу Вересковая за старым светозаводом, конверт крест накрест примотать скотчем к специальной платформе под дроном.

Что такое дрон? Это миниатюрный летательный аппарат на радиоуправлении. Дрон не надо искать. Нужно ждать, пока он сам прилетит. После того, как примотала, поставить дрон на асфальт и убираться восвояси. Все понятно?

– Елка! Ты не помнишь, куда делся конверт?

– Можно в целлофановый пакет положить деньги, чтобы не намокли.

– Сказано же, конверт.

– Он сверху, на книгах лежит.

Елена Андреевна протянула руку, нащупала на книгах конверт и достала его. Да, тот самый. Плотный, хороший конверт с маркой, изображающей индейца. Двести тысяч пятитысячными купюрами, сколько это? Сорок штук. Как раз войдет.