Проклятый лорд

– Пожертвовать? О чём вы говорите? – я схватила её за руку и сжала.

Я могу стать нормальной? Могу перестать бояться и прятаться? Надежда всколыхнулась внутри, порождая целую бурю чувств.

Старуха сжала мою руку, и мы ступили в комнату. Тьма жадно окутала нас, встречая, как старых друзей, принимая в свои объятия. Мы шагали бесконечно долго, пока я не увидела впереди беснующиеся огненные всполохи. Мы все приближались к ним, пока я не застыла в испуге, ощущая жар под ногами.

– Огонь – суть нашей магии, – спокойно вымолвила старуха и вошла в пламя, взметнув полами рясы.

Помедлив на секунду, шагнула за ней следом, отдаваясь стихии, бурлившей и во мне самой. Я горела изнутри и снаружи, поглощая и делясь в ответ, пока вдруг огонь не утих. Тьма снова обступила. Раздались раскатистые удары – единственный звук, который я услышала, в храме Тёмной Богини. Гулкое, ритмичное, мощное биение нарушало тишину. Тьма вздрагивала, словно подчиняясь его ритму.

Старуха обернулась, я увидела всполохи огня в черноте её глаз.

– Селайна – сердце великой тьмы, – пояснила она негромко.

Мы в великой тьме? Там, куда уходят души? Или это лишь иллюзия? Бредни сумасшедшей старухи?

Я посмотрела на неё недоверчиво. Она лишь улыбнулась мне в ответ. Откуда-то в её руки мягко скользнула книга.

Жрица снова посмотрела на меня, в её взгляде я увидела приглашение. Осторожно подошла и взглянула на странный предмет.

Книга была древней и потрёпанной, в кожаном переплёте. Странные символы горели на ней огнём, коснулась одного из них неосознанно – этот огонь притягивал и манил. И отдёрнула руку, ощутив жгучую боль. Запах мертвечины коснулся носа, как будто я одним лишь касанием вспорола кожу на трупе.

Сердце Тёмной Богини застучало быстрее, словно она тоже заглянула в тот кошмар, что привиделся и мне. Кровь на страницах, кровь в самой сути этого фолианта. Души, запертые внутри него, кричат и плачут, умоляя мучителя о снисхождении.

– Всё что осталось от нашего великого предка, – вымолвила старуха, бережно лаская пальцами древнюю кожу книги. Неужели она не чувствует?

– Бенефит Дуом умел переплетать заклинания, связывать их между собой своей демонической сущностью. Порождать новые. Вырывать их из магического эфира Авалона. – пробормотала жрица, раскрывая книгу. – Именно это сделало его великим. И именно это развратило его душу.

Вот зачем столько смертей, столько боли и страданий…

Жрица вырвала лист из древнего фолианта и молча протянула мне.

Я отшатнулась, вперив в неё негодующий взгляд:

– Вы даете мне то, что когда-то породило самое страшное чудовище этого мира?

– Я даю тебе ключ к тому, что может тебя освободить.

Или уничтожить, пронеслась в моей голове мысль.

– Думаете, и я так смогу? Сплетать заклинания, вырывать их из эфира Авалона?

Старуха пожала плечами так, словно это не слишком волновало её:

– Твой огонь горит ярко.

Я приняла лист, ощущая, как вибрирует воздух:

– Но почему? Почему даёте его именно мне? Что всё это значит?

– Потому что так хочет Тёмная Богиня.

Я усмехнулась:

– Откуда вы знаете, что она хочет?

– А разве ты сама не чувствуешь? – лукаво ответила старуха, закрывая книгу. – Богиня показала тебе этот мир, показала его боль. Может показать и другой.

Я неуверенно обернулась, тьма сгустилась и ничего не было видно даже на расстоянии вытянутой руки. Повинуясь внезапному порыву, я призвала огонь, освещая пространство вокруг. Он взметнулся вверх и пополз вширь, захватывая все больше территории.

Я повернулась обратно, переживая, что навредила старухе, но её не было. Была лишь бесконечная чёрная пустыня, озарённая моим пламенем, редкая трава вспыхивала и горела, задетая безудержным огнём.

Огонь сразу потух, внимая моему приказу. Запах магии витал в воздухе. Я снова услышала мерное биение сердца. Тук-тук. Тук-тук.

– Селайна, – прошептала я во тьму.

Внезапный яркий свет пронзил глаза, заставляя зажмуриться. Воздух поплыл от удушливой жары, стало невозможно дышать. Я застыла, впитывая жар и огонь. Это моя стихия.

Подняла глазам к небесам, щурясь от безумного света. Те же два солнца, только огромное Дем прямо над головой нещадно жарит, пульсируя в такт сердечному ритму богини, превращая планету в пепелище. Шен же наоборот застыло тусклой мёртвой звездой, уступив первенство своему собрату.

Вот он – мир противоположный Авалону. Два полюса мироздания и между ними Земля. Как ад и рай. Огонь и вода. И я, принадлежащая огненной тьме, смогла коснуться всех трёх миров.

Огляделась, привыкая к свету. Огромный вулкан пылал не так далеко от меня, я вздрогнула, когда он изверг из своего жерла тысячи маленьких кусочков, разлетевшихся по чёрной пустыне. Один из них упал мне под ноги, я опустилась на колени, ощущая жар нагревшегося от Дема песка. Камень сверкнул, отражая свет. Абсолютно идентичный моему. Едва я протянула к нему руку, меня отвлёк жуткий, раздирающий пространство вокруг, рёв. Я подняла глаза и увидела, как из вулкана выбирается нечто гигантское и ужасное. Демон, обитающий в пустошах Тёмной Богини?

Существо покинуло жерло, выпрямилось, расправило огромные перепончатые крылья, и снова заревело, словно наслаждаясь свободой и солнечным светом. Затем спрыгнуло вниз и полетело в мою сторону, тяжело двигая крыльями. Я беспомощно огляделась – вокруг лишь чёрный песок и выгоревшая трава. На километры вокруг ничего и никого.

По мере приближения создания, начала осознавать, кто именно передо мной… Огромный дракон, такого красного цвета, словно он скроен из первозданного пламени Селайны. Тьма клубилась вокруг его крыльев, подчиняя и прогоняя свет.

Мир вокруг гас, я села на песок и словно в кошмарном сне смотрела, как существо летит ко мне, с каждым взмахом крыла набирая ход. Задрожала, задыхаясь в первобытном ужасе. В меня впились два черных глаза, в центре которых плясало и билось пламя, я зажмурилась от страха, сжала веки так, как будто могла спрятаться и спастись от жуткой твари, а когда открыла глаза мы со старухой снова стояли у обелиска. Я казалось ещё чувствовала остаточный жар огненного мира на своей коже.

– Что это было? – вопросила я, всё еще дрожа и сжимая в руке страницу. Единственное доказательство, что всё происходящее было не только в моём воображении.

Жрица улыбнулась и пожала плечами, собираясь уходить.

– Подождите! – вскрикнула я, нарушая тишину храма. – Если Селайна – тьма и огонь? То, кто же Амони? Свет?

– И вода, – закончила старуха. – Две половины одного целого схлестнувшиеся в яростном танце жизни и смерти.

Глава 8

Всё оставшееся время я провела в своей комнате, силясь понять, что именно написано на вырванном старухой листке. Обложившись книгами, я внимательно сравнивала письмена со всеми доступными мне языками, в том числе давно умершими. Но ответов так и не находила. Да и меня мучил вопрос – как именно можно пожертвовать моими силами? Что это вообще значит? Не было ли всё это просто обманом и умелой иллюзией старой ведьмы-жрицы?