Проклятый
Шрифт:
Кровь на кольчуге. В сердце — копье
Небо, да волки, да воронье
Дорога в Вальхаллу только одна
Конунгу — слава! Дружине — вина!
Бой оказался затяжным, больше двух часов мы топтались на месте, пока не сломали хребет противнику, первые два ряда бойцов, были потерянны для нас навсегда. Но мы смогли почти что уровнять наши силы, если раньше нас было один к десяти, то теперь один мой воин к четырём, а то и к трём вражьим. Эти дикие не знали страха и не хотели отступать. Всё лезли и лезли на копья, мечи и топоры северян. Я только и успевал вонзать свой кинжал под брюхо очередному дикарю, который решил проверить как прочно князь стоит на ногах. После того как стальная коробка воинов севера сделала первый шаг, я дал добро Пумбе на атаку. С правой стороны выскочил мой боевой
Враги показали нам спину и побежали, выйдя из строя, оседлав киира и вытащив меч, мы стали догонять и вырезать всех. Всех у кого в руках было хоть какое-то оружие, пусть это будет одна лишь стрела.
После нашей зачистки, как я узнал позже оказалось, что из более чем из полутора тысяч разумных которые в состоянии могли держать меч в руках выжило менее половины. В основном женщины и дети. Какой бы я не был добродушный и правильный, родившийся и выросший в двадцать первом веке, но всех стариков пришлось вырезать. Да, жестоко, согласен. Во-первых, это старейшины организовали переселение и бойню на этом поле, из-за них умер Карн, и больше двух десятков людей, которые дали мне клятву. За это я и карал! Разумные здесь добро не понимают и в большинстве случаев считают это за слабость, как сегодня. Если бы сразу пошли в бой, то эти старики не посчитали бы меня слабым князем! За эту ошибку отдали жизнь много моих людей. Ещё больше отдало жизнь у диких.
Вечером после боя, сидя у одинокого дерева на камне. Я рассматривал, как воины собирали трофеи и готовили наших погибших к похоронам. Отдельно под охранной ютились дикие, а хотя нет, правильно говорить отверженные. Ведь, большинство из них были изгнанники из других стран.
Как же много работы…. — мысленно простонал я.
— Князь? Вот, вам нужно поесть. — проговорил Дюр, подойдя ко мне со спины, передав мне кусок мяса, хлеб и бурдюк с вином. После чего присел рядом.
— Спасибо, Дюр. — кивнул я.
— Вы, простите брата, мы хотели как лучше. Если, что это я вёл переписку с нашим главным охотником, не брат. Он вас не придавал. — Тихо и как то отстранённо проговорил Дюр.
— Всё хорошо, Дюр. Вы меня и не придавали. Лишь хотели как лучше. Ничего страшного, друг. Но в следующий раз никому не доверяй, понял? Даже жене, если она у тебя когда-нибудь будет, только мне. И докладывай обо всём. Всё понял? И на Карна я не злюсь, пусть его дух покоиться с миром… — проговорил я, а сам подумал — Вот и слабое место клятвы нашлось. Нужно будет придумать как эту уязвимость исправить.
— Спасибо, князь! — резко подскочил Дюр. И как будто хотел обратиться к брату обернуться развернулся. После поняв, что теперь он один. Вновь приземлился на землю.
— Ну, всё! Хватит сопли на кулак наматывать, что о тебе брат подумает? Ты воин или кто? А ну встал! Бегом шагом марш, на разведку! Возьми трёх бойцов и пройдитесь вокруг!
— А как же…?
— Я сказал бегом! — рявкнул я на своего телохранителя. Может и переборщил в мелочах, но ему сейчас нужно не сопли вытирать, а дать хорошую затрещину. Чтоб переключить мозг. Помогает.
После того как Дюр ушел патрулировать окрестность возле лагеря, я поел и пошел разбираться с горе переселенцами.
Глава 41
Мир Цурада. Восточные Пустоши.
На следующее утро после боя и похорон, я вышел из палатки и направился к соплеменникам Дюра. Вчера на тризне он вкратце объяснил, что здесь находятся все восемь деревень через которые мы проходили когда-то. На что я напомнил ему, что вроде деревень было пять. Дюр помявшись объяснил, что у них есть три скрытые деревни, в которых живут старейшины. Они считаются самыми крупными, и при нападении именно они отбивают большую часть монстров и нежити. Это была интересная информация, которую нужно было взять на заметку.
Подойдя с Альбертом к толпе пленных женщин и детей, которых мы пленили вчера я начал говорить.
— Князь, вы серьёзно хотите разговаривать с этими бабами? Они же пленницы, раздайте их солдатам как награду и всё. — тихо, еле слышно проговорил мне Альберт.
— Нет, я не животное, что бы так относиться к будущим моим подданным.
Если кто-то без согласия с их стороны тронет, повешу. Я отлично понимаю, что такое порой нужно солдатам, но не сейчас. Мне нужны подданные. Они должны сразу почувствовать разницу между мной и их бывшими главами, которые повели их на смерть. — так же тихо ответил ему.— Здравствуйте, меня зовут Князь, Михаил Рахар! Я знаю, что все вы меня сейчас ненавидите и не говорите, что это не так! У каждого из вас вчера умерли родные и близкие. Извиняться не намерен перед вами! Если бы не ваши старейшины, которые и напали на меня! Ваши мужья, сыновья были бы живы! Это не ваша ошибка! Смерть ваших родных и близких полностью на совести ваших старейшин и они поплатились за это! Ведь, я хотел с вами заключить мир, предложить вам дружбу и защиту! А что в итоге увидел? Моего близкого друга! Вашего соплеменника, одно из вас, вы же и убили, когда он предлагал вам союз! Ваши воины напали на меня! За это ваш народ и поплатился! Но я не изверг! Мои солдаты не варвары, чтоб вас и ваших детей превращать в рабов! Князь Михаил Рахар великодушен и предлагает вам стать моими подданными! Вы получите плодородные, "чистые" земли, чтоб вы смогли себя прокормить, а так же всё что нужно, для первого посева! Но! От вас требуется верность вашему новому дому и лично моей семье! Что скажите?! — прокричал я.
Из толпы вышли несколько женщин и шесть старух. Видно этих старушенций пропустили вчера. Либо посчитали, что женщины не могут быть важными фигурами, либо они не лезли в пекло и на защиту своих мужей. Ведь, здесь патриархальное общество, но смотря на некоторых из них. Можно увидеть умные глаза, в которых можно было разглядеть стальную волю и изощрённый ум. Не такие это и простые бабки.
— Ваше величество, меня зовут Ираниэль. Я жена главного старейшины и сейчас так получилось, что на мне лежит ответственность за этих разумных. Здесь шесть сотен женщин и детей. Примерно столько же осталось в деревне. Можно ли нам узнать, что будет с нами по подробнее.
— Да, уважаемая Ираниэль. Сегодня мы выступаем в обратный путь и по приходу обратно, вам выделяют землю в близи города. Далее вы получаете всё что нужно и занимаетесь своим обычным делом, растите детей, собираете урожай. У кого будет желание создаёте семьи, среди вас много эльфов у меня на службе так же много мужчин вашего народа и не только. Когда вашим сыновьям исполниться 18 лет они уходят в армию, чтобы служить мне и защищать вашу новую Родину и свои семьи. Более подробно вам объявят глашатаи вам всё ясно? Насчет ваших соплеменников. С ними будут отдельные переговоры, а теперь собирайтесь и выходим!
Почему я так сделал? Проще было отдать этих женщин своим бойцам и только после этого предложить им мирный договор. Не хотел до такой степени вживаться в этот мир, наверное. И так слишком вжился и стал более спокойно относиться к смерти, отношению к бракам и богам. Привык приказывать и привык, что мои приказания выполняют. Потихоньку эта маска князя всё больше и больше прирастает ко мне. Да, наверное, многие мне скажут заигрался ты Миша, нужно было не так и не этак, но диванных критиков здесь нет и приходиться двигаться вперёд, без их советов. Идти и знать, что каждая моя ошибка это загубленные жизни моих подданных и моя. Возможно где-то и не прав, но уж какой есть. Так что, скорее всего, вернее и понятнее для этих пленных женщин. Если их мои солдаты поваляли, а не обращались с ними как с леди. Так тут принято захватил землю и первое, что нужно сделать это резко ассимилировать оставшихся в живых. Как у нас в древности. Когда захватывали город, отдавали на пару дней его своим солдатам. И не говорите мне, что это для того, чтоб вознаградить солдат. Глупость всё это. Нет часть правды в этом есть, только в основном отдавали город солдатам, чтоб смешать кровь и возможно в будущем после этого укрепиться в этом городе. Как говориться кровь не водица. Или например как я сейчас захватил в полон женщин и часть из них отдать своим бойцам. Возможно некоторые после станут женами или вторыми женами и так далее. Шанс есть? Есть, но почему-то не хочу оскотиниться что ли. У нас русских это как то не принято. Нет в древности такое было, но я то вырос можно сказать в советском союзе почти что. Мне всегда рассказывали, что мы защищали и освобождали людей и нации. Это сейчас я понимаю, что и у нас в стране грязи хватало. Но тот идеал человека, которого из меня старались вырастить ещё живёт где-то во мне.