Пропащие

Павел подошел и сел рядом.

Вокруг воцарилась тишина.

– Посмотри, какой закат, какие звезды, – тихо проговорил Павел и, задрав голову, посмотрел вверх, – а небо словно темно-синий бархат.

Он перевел взгляд на Полину. Та оторвалась от созерцания неба и, глянув на него, вдруг увидела в его глазах какую-то щенячью нежность, при этом некстати отметив, что у него очень красивые, серые глаза.

Она тут же прыснула, не в силах сдержаться.

– Ты серьезно? Если ты сейчас скажешь: «Это так романтично!», меня стошнит.

– Почему? – удивленно глянул на нее Павел.

– Да потому что все эти закаты-восходы – отстой, а вся романтика – просто слюнтяйство. Только слабые люди склонны все романтизировать.

– А вот ты зря так говоришь, – горячо возразил Снежин. – Я все свое детство прожил в семье, в которой отец очень любил мать, а она его. И я был счастлив! А знаешь почему?

– Ну?

– В их жизни всегда была романтика… Как жаль, что это длилось недолго.

– Романтика не помогла, и они развелись? – с сарказмом предположила Поля.

– Отец умер. А мама прожила без него всего пять лет и тоже умерла.

– От тоски? – Полина посерьезнела, у нее тоже мама умерла, это больно, она знала.

– Да, наверное, от тоски…

– Ужас! – Поля искренне посочувствовала этому странному, непонятному человеку.

– Опять смеешься? Романтика много значит в жизни…

– П-ф-ф, прекрати, – прервала Поля и скривилась. – Глупости все это.

Он снова посмотрел ей в глаза и усмехнулся:

– Думаю, ты просто до этого не доросла.

– Нет, не поэтому.

– А почему же?

– Да потому что романтика и я – вещи несовместимые!

Она отвернулась, совсем не хотелось рассказывать, что ничего в ее жизни хорошего нет, никогда не было и уже, по всей видимости, не будет. А поэтому просто не до романтики.

– Да? А кто мне только что про робин гудов рассказывал? Это же чистой воды романтика.

Поля фыркнула и снова промолчала. То, что она наплела ему про робин гудов, все неправда, она прекрасно понимала, что занимаются они с братом обычным воровством.

Но Павел все понял по-своему и сочувственно сказал:

– Понятно. Твоя работа убила в тебе всю романтику.

Она бросила на него полный презрения взгляд:

– Да что ты обо мне знаешь?! Все, пошли.

– Пойдем, – он встал и протянул ей руку.

Но она уже вскочила и быстрым шагом пошла вперед.

Павел нехотя поплелся следом. Странная она, он думал, что все девушки романтичны от природы, вот и затеял этот разговор, чтобы расположить к себе. Снежин усмехнулся. Неромантичная аферистка, что может быть прагматичней?

Он догнал ее и продолжил разговор:

– Хорошо, раз ты не хочешь говорить о романтике, а у нас много времени, давай обсудим наши дела.

– Ты о Кадочникове или о бизнесе? – не оборачиваясь, спросила Поля.

– Для начала о Кадочникове. Вряд ли он отстанет, еще и в полицию обратится. Что будем делать? Так и будем бегать от него?

– Нет, мы что-нибудь придумаем, – уверенно сказала девушка.

– Что?

– Погоди, – она так резко остановилась, что Павел налетел на нее. – Кажется, у меня есть одна мысль. Спасибо за подсказку, – в ее глазах загорелся хитрый огонь.

– Нет, нет! Только не это! – запротестовал Снежин, будучи уверенным, что она придумала очередную аферу. – Давай лучше сами пойдем в полицию и во всем признаемся. Скажем, что вышло недоразумение.

– Ага, а еще скажем, что ты мне вовсе не муж, а сумку прихватил по ошибке.

Поля покрутила пальцем у виска и пошла дальше.

– Да, точно, – бубнила она себе под нос. – Кадочников наверняка не обратился в полицию, ведь он сам бандит и пытается разобраться своими методами. И это хорошо.

– Бандит? – с сомнением переспросил Снежин, услышав ее слова.

– Да, а ты не знал?

Тот покачал головой:

– Нет. Я думал он честный коллекционер и художник. Ну и что в этом хорошего?

– Да ничего, только то, что он не заявит на нас в полицию. Но только пусть не радуется, полиция придет к нему сама.

– Не понимаю, в чем смысл. Что ты имеешь в виду? Нас же арестуют!

– Не волнуйся, решим вопрос.

– Хорошо, – сдался он, осознавая, что понять ее не в силах, – а когда все обсудим насчет моего бизнеса?

– И это решим, – Поля снова прибавила шаг.

Пугало и беспокоило лишь одно – как обо всем рассказать брату? Он вряд ли согласится и снова будет ругаться.

На рассвете они наконец добрели до первой городской остановки. Появилась связь, но теперь у Поли сел телефон.

– Денис, наверное, волнуется, – посетовала она и села на скамейку. – Но ничего, скоро пойдут автобусы, подождем.

– Может, такси вызовем? – спросил Павел, доставая телефон.

– У тебя есть две тысячи? – с иронией спросила Полина. – Тогда вызывай.

Павел смутился и убрал телефон в карман.

– Ладно, подождем.

Уставшие и голодные, они сидели и молчали. Поле очень хотелось напомнить Павлику о романтике, которая в жизни ну очень важна, но она промолчала. Даже на споры не осталось сил.

– Скажешь номер своего телефона? – немного сомневаясь, спросил Снежин.

Поля хмыкнула:

– Скажу, конечно, куда теперь от тебя денешься?

– Никуда, – подтвердил он, но тут же встрепенулся, – но если ты передумаешь, я пойму.

– Не передумаю, – отрезала Полина.

Брат мечтает о новой жизни, и это их шанс.

Глава 10

Когда Полина вернулась домой, Денис уже ушел на работу. Она тут же набрала его номер и виновато сказала:

– Денечка, не ругайся, я вчера после работы…

– Дома поговорим, – голосом грозного папаши рявкнул Денис и отключился.

К его приходу Поля успела выспаться, приготовить вкусный ужин и накрыть на стол. Разговор предстоял серьезный.