Пропавшие

— Миссис Гэвин обнаружила тело, — сказал он.

Лотти открыла блокнот, который достала из внутреннего кармана своей куртки. Обычно она использовала телефон, но ей показалось неуместным доставать его в этом святом месте. Уборщица подняла взгляд и начала всхлипывать.

— Ш-ш-ш, ш-ш-ш, — отец Бёрк утешал её, словно ребёнка. Он сел и стал осторожно потирать плечи миссис Гэвин. — Этот милый детектив просто хочет, чтобы вы объяснили, что произошло.

«Милый?» — подумала Лотти. Этим словом она никогда бы себя не назвала. Она опустилась на скамью напротив и повернулась к ним, насколько позволяла ей её куртка. Джинсы впивались в живот. «Господи, — подумала она, — придётся отказаться от нездоровой пищи».

Когда уборщица посмотрела на неё, Лотти предположила, что ей было около шестидесяти. Её лицо было белым как мел от шока, отчего морщины выделялись ещё сильней.

— Миссис Гэвин, можете рассказать всё с того момента, когда вошли сегодня в собор, пожалуйста?

«Довольно простой вопрос», — подумала Лотти. Но не для миссис Гэвин, которая в ответ на него разразилась слезами.

Лотти заметила сочувственный взгляд отца Бёрка, который будто говорил: «Мне жаль, что вам приходится что-то узнавать у миссис Гэвин сегодня». Но, будто в доказательство того, что они оба ошибались, безутешная женщина заговорила низким и дрожащим голосом:

— Я пришла на смену в двенадцать, чтобы прибрать после мессы, которую проводили в десять часов. Обычно я начинаю убирать с краю, — сказала она, указывая рукой вправо, — но мне показалось, что я увидела пальто на полу в начале центрального прохода. Поэтому я сказала себе: «Лучше начни-ка оттуда». Так я поняла, что это было не просто пальто. О, Матерь Божья…

Она трижды перекрестилась и попыталась вытереть слёзы скомканным платком. «Матерь Божья не собиралась тут никому помогать», — подумала Лотти.

— Вы трогали тело?

— Боже, нет! — ответила миссис Гэвин. — Её глаза были открыты, и эта… эта штука вокруг её шеи. Я раньше видела трупы, но никогда не видела такого. Ей-Богу, прости Господи, я знала, что она была мертва.

— Что вы сделали после этого?

— Я закричала. Выронила швабру и ведро и побежала к ризнице. Там я столкнулась с отцом Бёрком.

— Я услышал крик и выбежал посмотреть, что происходит, — сказал он.

— Вы видели кого-нибудь вокруг?

— Ни души, — произнес отец Бёрк.

По щекам миссис Гэвин снова потекли слёзы.

— Я вижу, что вы очень расстроены, — сказала Лотти. — Офицер полиции О'Донохью запишет ваши данные и позаботится о том, чтобы вас отвезли домой. Мы с вами свяжемся позже. Постарайтесь отдохнуть.

— Я присмотрю за ней, инспектор, — сказал отец Бёрк.

— Теперь мне нужно поговорить с вами.

— Я живу в доме священника за собором. Вы можете найти меня там в любое время.

Уборщица положила голову ему на плечо.

— Я должен пойти с миссис Гэвин, — сказал он.

— Хорошо, — смягчилась Лотти, наблюдая, как обезумевшая женщина старела у неё на глазах. — Я свяжусь с вами позже.

Отец Бёрк кивнул и, поддерживая миссис Гэвин под руку, повёл её по мраморному полу к двери за алтарём. О'Донохью последовала за ними.

Порыв холодного воздуха ворвался в собор, когда вошли эксперты-криминалисты. Суперинтендант Корриган поспешил приветствовать их. Джим МакГлинн, глава команды криминалистов, в спешке пожал ему руку, и, избегая коротких разговоров, тут же принялся давать указания своим людям.

Пару минут Лотти наблюдала, как они работали, затем обошла вокруг скамьи настолько близко к телу, насколько позволил бы МакГлинн.

— По всей видимости, это женщина среднего возраста, хорошо одета по погоде, — сказала Лотти Бойду, стоявшему за её спиной, словно приросшему к ней. Она вернулась к ограждению у алтаря, отчасти чтобы посмотреть на место преступления с хорошей точки обзора, но в основном для того, чтобы оценить расстояние между собой и Бойдом.

— Гипотермия здесь ни при чём, — сказал он, обращаясь, по сути, к самому себе и утверждая очевидное.

Лотти вздрогнула, ощутив, что спокойствие собора было нарушено повышенной активностью. Она продолжала наблюдать за работой технической группы.

— Этот собор — наш худший ночной кошмар, — сказал Джим МакГлинн. — Один Бог знает, сколько людей тут бывает каждый день и оставляет за собой частичку себя.

— Убийца удачно выбрал место, — сказал суперинтендант Корриган. Никто ему не ответил.

Внимание Лотти привлёк стук высоких каблуков в центральном проходе. Маленькая женщина, спешившая к ним, была укутана в чёрный пуховик, который зрительно делал её ещё меньше. Она бренчала ключами в одной руке, а затем, будто вспомнив, где находилась, бросила их в чёрную кожаную сумочку в другой. Она обменялась рукопожатием с суперинтендантом, когда он представился.

— Штатный патологоанатом, Джейн Дор, — сказала она тоном резким и профессиональным.

— Вы уже знакомы с детективом сыскной полиции Лотти Паркер? — спросил Корриган.

— Да. Я постараюсь закончить всё быстро, — обратилась патологоанатом к Лотти. — Не терпится провести вскрытие немедленно. Чем быстрее я смогу вынести какое-либо заключение, тем раньше вы сможете официально начать действовать.

Лотти впечатлило то, как эта маленькая женщина справилась с Корриганом, ловко поставив его на место прежде, чем он начал читать нотации. Джейн Дор была ростом не выше пяти и двух футов и выглядела миниатюрной рядом с Лотти, которая и без каблуков была ростом пять и восемь футов. Сегодня Лотти была в удобных уггах и джинсах, неряшливо заправленных в сапоги.

Надев перчатки и белый тефлоновый комбинезон, закрывающий даже обувь, патологоанатом продолжила проводить предварительную экспертизу тела. Она провела пальцами под шеей женщины, изучая провод, вдавленный в горло, затем приподняла её голову, сосредоточившись на изучении глаз, рта и головы. Когда криминалисты повернули тело на бок, в воздухе раздалось зловоние. Лотти осознала, что лужица, образовавшаяся на полу, состояла из мочи и экскрементов. В последние секунды жизни жертва обмочилась.

— Есть предположения о времени смерти? — спросила Лотти.

— Мое первоначальное наблюдение указывает, что она умерла в течение последних двух часов. Я смогу подтвердить это после завершения вскрытия. — Джейн Дор сняла латексные перчатки со своих крошечных рук. — Джим, когда закончите, тело можно перевезти в морг в Талламоре.

Не в первый раз Лотти хотелось, чтобы Исполнительный орган по вопросам здравоохранения не переводил морг в больницу города Талламор, которая была в получасе езды отсюда. Ещё один гвоздь в гробу Рагмуллина.

— Как только сможете подтвердить причину смерти, прошу, сообщите мне немедленно, — сказал Корриган.