Пропуск в будущее

Женщина за столом усмехнулась.

– Наверно, вас не предупредили, с кем вы имеете дело.

– «Волчицы», – с оттенком презрения проговорила Дарья-вторая.

– Ах, вот как? Панов вас просветил? Это хорошо. Не надо будет объяснять, что к чему. Итак, вопрос первый: зачем Панов устроил вам побег из ваших хроников? Насколько я понимаю, вы из разных виртуалов. Терминологию понимаете?

– Стас… – начала Дарья-первая нерешительно.

– Он нас спас! – перебила её Дарья-вторая.

Брови женщины за столом изогнулись.

– Он вас спас? Зачем?

– Мы не знаем, – дружно заявили девушки.

– Не лгите маршалессе! – строго сказала конвоирша.

Компьютер на столе руководительницы «волчиц» издал тихий гудок, над столом поднялся красный лучик.

Амалия Даниловна посмотрела на экран, глаза её мрачно вспыхнули.

– Опять теракт! Терсис взорвал стадион в Милане, прямо во время футбольного матча! – Она пробежалась пальцами по клавиатуре. – Карвалью на связь!

– Пойдёмте. – Доставившая пленниц женщина подтолкнула их к выходу. – Расскажете всё мне.

Дверь за ними закрылась.

Глава 16 МЫ РАДЫ ВИДЕТЬ ВАС

Идея вернуться в свой родной хроник возникла у Стаса спонтанно: сначала он хотел «высадиться» в мейнстрим-реальности Регулюма. Поэтому, уже появившись в «настоящей» Москве двадцать первого века, он тут же «повернул» обратно и «спрыгнул» с «тхабс-дилижанса» в своём мире, обречённом раствориться в вакууме без следа.

Ещё в процессе перехода он откорректировал свой выход таким образом, чтобы оказаться в городке Урень Нижегородской губернии. В течение нескольких лет каждый год он вместе с компанией друзей отдыхал там, спускаясь по реке Усте на байдарках до впадения Усты в Ветлугу. Приучил Стаса к этому отец, заядлый турист, и с тех пор он считал, что летний вояж на лодках не компенсируется никаким отдыхом на зарубежных и прочих морях.

То, что в момент прощания с хроником в средней полосе России была зима, его не смутило. Стас выбрался в Урень, увидел снег, вернулся обратно в тхабс-колодец и сориентировал выход на ранний май. Увидев зелёные деревья на берегу реки, – тхабс «высадил» его под мостом через реку, – он понял, что рассчитал всё правильно.

От моста до турбазы «Уста», где они всегда останавливались компанией, было рукой подать.

Стас слегка ожил, разглядывая знакомые пейзажи, преодолел желание лечь где-нибудь под кустиком и поспать, дождался на остановке автобуса, и тот довёз его до турбазы.

Вообще если бы не печать близкого растворения в небытии, лежащая на природе, – он уже научился видеть её; энергия свёрнутого в каких-то немыслимых измерениях варианта реальности кончалась, отчего даже солнце светило бледнее, – Стас чувствовал бы себя неплохо. Но душу грызла мысль о предательстве и бегстве, пусть и вызванных не зависящими от него обстоятельствами, и он снова ощутил усталость, физическую и душевную. Предвидеть, что его ждёт в будущем, несмотря на резко возросшие возможности, он не мог.

Его узнали. Сначала старший администратор турбазы, потом директор. Очень им запомнился сам Панов, плюс его друзья, щедрые на чаевые и оплату мелких услуг.

– Хочу отдохнуть у вас пару дней, – сказал директору Стас. – Без всяких водных путешествий и процедур. Это возможно?

– Разумеется, для вас нет ничего невозможного, – засуетился директор. – К вашим услугам лучший ВИП-номер, только вчера освободился. Вы в нём ещё не отдыхали, мы открыли его в марте.

– Прекрасно, – кивнул осоловевший окончательно Стас. – Беру.

– А когда приедете с друзьями? У нас новые немецкие байдарки, с антиопрокидывающим механизмом.

– Приедем, – туманно пообещал Стас. – Попозже.

Его провели в трёхкомнатный «люкс» в отдельно стоящем домике, действительно спроектированный и отделанный по последнему слову строительной эргономики, предложили обед в номер, но Стас отказался, попросил только бутылку отечественной минералки и яблоко. После того, как заказ принесли, он с непередаваемым наслаждением искупался и рухнул в благоухающую чистотой и свежестью постель. Последней мыслью была мысль о Дарье. «Я тебя найду!» – пообещал он ей.

* * *

Он проспал восемь с лишним часов, не ощущая времени и не увидев ни одного сна!

Разбудил его голод. Зверский!

Стас разлепил глаза, таращась в тёмное окно, подумал: ночь, что ли? Почему же так есть охота?

Потом вспомнил, что лёг в обед, а сейчас действительно уже половина девятого, то есть он проспал практически весь день, но организм не обманул: тот возмущённо требовал энергии.

Ладно, в таком случае пообедаем и поужинаем одновременно.

Стас позвонил дежурной и попросил принести меню.

Требование выполнили за три минуты.

Он выбрал на закуску копчёное сало по-украински, салат чечелин и солёные грибы, затем пирожки с потрошками и бараньи рёбрышки под соусом старвек. Ни вина, ни пива, ни чего-то посерьёзней брать не стал. Предстояла тяжёлая работа по поиску спутниц, и голова должна была быть трезвой и соображающей.

Трапеза не заняла много времени. Мысль о том, что Дарья находится в плену и что ей там совсем не сладко, вернулась и уже не уходила. Стас заторопился. Однако, трезво поразмыслив, приказал себе не пороть горячку, а просчитать все варианты своих действий. С этой идеей он и устроил себе прогулку по территории турбазы, а затем выбрался в город, чтобы запастись кое-какими продуктами в дальнюю дорогу.

Вылазки в Урень с отцом и его друзьями для Стаса обычно начинались с Казанского вокзала Москвы. Вечером они садились на поезд Москва—Барнаул и утром выгружались на вокзале в Урени. Затем местные автовладельцы довозили группу до турбазы, где и начиналась укладка в байдарки походного снаряжения.

Отучившись и став директором компании, Стас сколотил свою группу любителей лодочных путешествий, и они начали ездить в Урень на машинах. Городок этот приобрёл свой городской статус не так давно, в тысяча девятьсот семьдесят третьем году, но, как и все старинные русские поселения, имел много достопримечательностей. Панов с друзьями любил гулять по его улочкам, и у него дома хранилось (теперь-то уж ничего этого нет, наверно) много фотографий, сделанных в Урени.

Со щемящим чувством прощания он прошёлся по центральным улочкам города, полюбовался обновлённой церковью и особняком уреньской таможни. Зашёл в магазины, работающие допоздна, вполне современные, нарядные, чистые и светлые. Выбрал удобную спортивную сумку, которую можно было носить за плечами, купил несколько банок тушёнки, не плесневеющий при долгом хранении хлеб, конфеты. Подумав, выбрал для обеих спутниц спортивные костюмы и брюки-стрейч: их нынешние наряды были малопригодны для путешествия по мирам Регулюма.