Прорыв осады

Место ему досталось заднее левое. По статистике, вроде бы как самое безопасное. И на том спасибо, хоть что-то безопасное в этой жизни.

– Уселся? – осведомился Шеф таким тоном, будто Павла ждали целый час. – Тогда вот что. Предлагаю успокоиться и подойти критически к тем глупостям, которые мы чуть не натворили. Стресс, он, конечно, не тетка, но думать, перед тем как сигать с крыши, в нашем положении особенно полезно.

– А какие глупости? – Павел почему-то решил принять на себя последние слова и почти обиделся. – Процессор на фабрике. Включить его можно только на месте. Логично было позвонить Градобору…

– Вполне, – перебив, согласился Потапов. – Но вот после! Если уж он не может включить эту штуковину, то зачем, спрашивается, туда полетел бы ты? Даже если допустить, что мускульный резонанс удалось бы задействовать, а навыки самого полета Градобор когда-то передал тебе вместе с умением вибрировать. Чем ты помог бы там, Паша? Сомневаюсь, что ты бы смог взять пассажиром хотя бы Романа, не говоря уже о Николае.

– Наверно, нет, – согласился тот. – Никогда еще не видел гиперборея с пассажиром.

– Значит, полет, даже удайся он, был бы бессмысленным. Канализация с этой точки зрения куда лучше… Кстати, Семен. Позвони-ка Николаю, пусть подъедет через час…

– На угол Полковой и Двинцев, – подсказал Сергеев.

– Куда? – переспросил Филиппыч. – Это ж два квартала от проходной.

– Вот-вот, – буркнул Федор. – Деляга сказал, что оттуда ближе.

– Ближе так ближе, – заключил Шеф. – Звони, Семен. А мы пока дальше… Значит, на фабрику вы пройдете… Кстати, кто? Паша, ты все-таки ранен.

– Вот и отлично, – кивнул тот. – По канализации уж доползу как-нибудь. А там уколы у индейцев возьму – заживет быстрее.

– Ну ладно, – согласился Шеф. – Феде я и тут работу найду. Дальше: Община на первом этаже, процессор у инков – на четвертом. Здание кишит экспертами и операми, у каждой двери по омоновцу. Ваши действия?

– Ну… – Здоровой рукой Павел почесал затылок. – Дождаться ночи… Света на первом этаже точно нет… Пробраться… Заблокироваться в помещении процессора.

– А на рассвете обратно? Кушать-пить что будете? Или ты надеешься, что на Колю снизойдет озарение?

– Я надеюсь, что Градобор в состоянии отличать артефакты смарров друг от друга, – отчеканил Павел. – В хранилище Общины их десятки. Неужели не найдется какого-нибудь маскировочного?

Шеф нахмурился и, не обращая внимания на бубнящего в трубку Филиппыча, задумался на целую минуту. Потом проследил, как тот прячет трубку, и неожиданно изрек, повернувшись к Павлу:

– Зарядное от телефона возьми. Другой связи там не будет.

Поняв это как общее согласие, Павел кивнул:

– Домой далеко, проще купить. Семен, тормознешь у киоска?

В этот момент из калитки с двумя целлофановыми пакетами в руках появился Евгений Саныч. Шеф приоткрыл дверцу.

– Все, что наскреб… – выдохнул директор, протягивая пакеты. Внутри звякнуло стекло, один на боку прорвался под напором изнутри чего-то острого. – Наскоро с полок… может, еще чего завалялось, после довезу.

– Ладно… – Шеф принял пакеты и, не заглядывая, передал их на заднее сиденье. – Анне Федоровне не забудьте прямо сейчас… И будут новости – сразу звоните.

– Обязательно, – директор отступил от машины, махнул рукой. – Удачи. И поосторожней там, что ли…

Похоже, он вообразил, что оперативным работникам предстоит что-то опасное. Впрочем, было ли когда-нибудь по-другому?

3

Федор не обманул. Их действительно ждали на углу Полковой и улицы Двинцев. Ждали сразу двое, ошиваясь на разных сторонах перекрестка и, видимо, давно уже подозрительно поглядывая друг на друга. Первым оказался Николай, успевший на место раньше ведущего «Вольво» Филиппыча. Вторым – отчаянно толстый субъект с рюкзаком в руках и в оранжевом жилете дорожного рабочего прямо поверх черной футболки.

К подъехавшей машине, узнав пассажиров, они шагнули одновременно. И одновременно остановились, преисполнившись еще большей подозрительности.

Федор торопливо распахнул дверь, махнул рукой.

– Свои, Сидор, давай сюда!

Шеф тоже выбрался на тротуар.

– Это что еще за тип? – враждебно осведомился Николай, подходя.

– Знакомьтесь, – предложил Федор. – Это Сидор. Диггер, черный археолог, торговец восстановленным оружием. Однажды не побрезговал героином, но тут по-быстрому погорел.

– Я ж раскаялся, начальник, – просипел диггер. – И цыган тех сдал, для которых дозы в коллекторе хранил.

– Правильно, – согласился Федор. – И еще сдашь, не сомневайся. Потому и на свободе до сих пор, – он обернулся персонально к Филиппычу и произнес: – Москву, паразит, знает как свои пять. Ту, которая под ногами.

– Допустим, – Николай степенно поправил очки. – А я тут зачем?

Вчерашнюю канонаду он слышал, находясь минимум за три квартала от эпицентра. Но впечатления, похоже, впитал вполне соответствующие и теперь явно не рвался на подвиги.

– Ты, Коля, очень нужен, – произнес Шеф. – Без тебя сейчас никак. Роману я даже звонить не стал – не потянет пока… – он быстро скользнул глазами по Сидору. – Отойдем-ка на минутку, введу тебя в курс…

Диггер хмуро проводил взглядом парочку до угла и уставился на Федора.

– Слушай, капитан, ты во что вляпался, я не понял?

– Разговорчики в строю, – обрезал тот. – Твое дело сейчас маленькое, Сидор. Проведи этих двоих до фабрики и будь свободен. Пока снова дозняк в коллекторе не спрячешь.

Диггер шмыгнул носом. Посмотрел в сторону скрытой за домами фабрики, прекрасно, видимо, представляя, о чем речь.

– Я это… там прошелся малость. Оцепление, спецура… А оперов ваших никого, между прочим. Так что если меня там где-нибудь за жабры… Извини, капитан, но я тебя с чистой душой. С потрохами.

Взгляд у диггера был возбужденно-веселый, предвкушающий приключение. Дерзкий был взгляд. Сдаваться с потрохами он явно никому не собирался – в себе был уверен. Но этот момент возврата должка капитану Сергееву по какому-то старому счету пропустить он не мог. Не ты, мол, один здесь командуешь.