Против сердца
Шрифт:
Через какое-то время, всё же отстраняюсь. Вся опухшая, наверно. Не важно.
Мы все размещаемся в беседке. Сандра рассказывает новости.
Отцовские клубы продолжают работать. Сестра за выходку с моим "похищением" все же отхватила. Но не сильно. Он быстро остыл. Но на сделку не соглашался. До сегодняшнего дня. И это отличная новость. Я счастлива. И Марк может пока вернуться к боям. До момента пока не задержат Астахова.
— Но есть и плохая новость… — все переглянулись, а Сандра посмотрела на меня. — Теперь тебя будет искать Астахов. Отец ему сообщит, что ты сбежала.
— А здесь, не надежно? — интересуюсь. Я привыкла к этому дому. А больше я привыкла к Марку. Не знаю на сколько затянется это всё. И хочу, хотя бы смотреть на него.
— Я не знаю, не думала еще…
— Мы можем пожить в квартире моей матери. Фамилии у нас разные, я не думаю что будут копать так глубоко, если выйдут на меня… — предлагает Марк.
Я ликую. Мысленно. Да-да-да! Сандра, соглашайся! Еле-еле прячу улыбку. На меня с ухмылкой смотрит Сергей. Что? Отвожу взгляд.
— Посмотрим… Линда, отец просит у тебя прощения. И обещает, что когда это все закончится, он тебе все объяснит.
Молчу. Насупившись. Я обижена на него. Но я не могу обижаться вечно. Я себя знаю. Наверно. Каким бы он не был, он папа… Я его люблю. Но виду не подам, пока.
— Ладно, решим всё и переедете тогда… — встает, направляется к калитке. Уходит.
На душе хоть какое-то облегчение. Сижу еще какое-то время в беседке, погрузившись в свои мысли. Булочка трется об ноги. Играть хочет. Не до игр мне сейчас.
— Линда… — Сергей садится напротив меня. Одетый. С сумкой. Уезжает? — Ты меня извини, наехал с утра. Был не прав.
— Ты уезжаешь?
— Да, отпуск закончен… Так, что там с прощением? — по-дружески улыбается.
— Не парься. Я не в обиде. И вот видишь, насчет Марка, ты ошибался.
— А насчет Марка… — оглядывается, наверно, чтобы друг не слышал. — Он втрескался в тебя по уши. И я знаю, что говорю. Он совершенно другой. Размазня. Я же тебе рассказывал о наших похождениях. Он никогда не был таким. Он сомневается в себе. Но не в своих чувствах. Конкретно запала ты ему в душу. Конечно, я могу ошибаться. Но подумай, пожалуйста. Если он тебе не нужен, скажи сразу. Пока он сам не спросил. Лучше резко пластырь сорвать. Чтобы он не был в непонятках. Лучше знать… И давай, береги себя. Смотри, замуж не выйди… не за того.
И тоже уходит. О чем-то еще разговаривает с Марком. Обнимаются на прощание. Марк закрывает калитку и направляется ко мне. Мы остались вдвоем. И надо что-то говорить.
Но, что?
Глава 17. Моя…
— Давай, братан, не пропадай… — прощаюсь с Серегой.
— Я тебе кое-что сказать хотел… — что-то меня начинает настораживать в его безобидных словах. — Тут такое дело… Я "спецом" подкатывал к твоей Линде…
Не понял сейчас.
— Таааак…
— Не кипишуй! — выставляет руки ладонями вперед, в знак примирения. — Хотел тебя подтолкнуть… к действиям. А ты? А ты совсем скис. Поэтому и понял, что ты запал. Ты давай, не теряйся… Не знаю есть у нее там кто-то или нет… Но у нее к тебе “что-то”… — играет бровями.
— Ну, ты, жучара… — волна облегчения.
Друг, хотя бы, точно остается. А там уже веселей…— Давай, братуха…
Жму руку ему. Садится в машину. И вместе с Булочкой отчаливает.
Вот, это уже разговор. Если у нее “что-то” ко мне, то тогда уж разберемся.
Но тут в атаку лезть нельзя. Убьет. Точнее, закроется. И тогда броню эту не пробьешь. И еще отец. Тоже есть весомый голос в этом вопросе. Линда побаивается его.
А мне с Сандрой предстоит разговор. Тоже будет нелегко.
Опять меня понесло не туда.
Сначала с Астаховым. Потом все остальное.
Но сегодня можно выдохнуть. И расслабиться. А завтра… будет завтра.
Захожу во двор. Стоит только посмотреть на нее… и неизвестный мне механизм внутри моего сердца начинает выброс очень теплых эмоций. И замечаю, что у меня улыбка от уха до уха. Хоть лимон ешь.
— Ну, что? Целый вечер впереди, чем займемся? — говорю с энтузиазмом в голосе. Что-то больно загруженная сегодня Линда.
— Не знаю, можно фильм посмотреть… — предлагает.
— Можно… набросай варианты…
— Перевозчик? Форсаж? Бойцовский клуб? Что вы еще любите смотреть?
— Кто, вы? — хмурюсь. Странный выбор для девушки.
— Ну, вы… — мнется, перебирая в руке салфетку. Опять закрывается. — Мужчины…
Открытой она со мной была только во время истерики в моей машине.
— Я же имел в виду, что бы ты хотела посмотреть?
— Ну, не будешь же ты смотреть романтические комедии, типа Красотки?
— Почему нет? Решено — смотрим ромком.
Пролистал на плазме, наверно, уже миллион фильмов, но Линда все забраковала.
Сам себе удивляюсь. Будь здесь другая девушка, неважно кто, одна из моих бывших, я бы психанул уже и выключил, нафиг, эту плазму. А тут даже не приходится проявлять какое бы ни было терпение. Надобности нет. Все легко и непринужденно. И мне тепло рядом с ней. И не важно, что мы с ней делаем. Разговариваем или молча фильм выбираем.
И она немного расслабилась. Вырывает из рук пульт.
— Я сама…
Сама, так сама. Я непротив. Я обеими руками за. Только, вот оставайся такой же, легкой и открытой.
Пока мы выбирали какой фильм смотреть, на улице почти стемнело. И мы не включаем свет. Обстановка интимная. Но в ней я не вижу ничего пошлого, как раньше. Здесь больше чего-то легкого и нежного, что ли. Ни капли вульгарности.
И фильм, конечно, атмосферу поддерживает. Чистый и непорочный.
Название, конечно, странное. "Письма к Джульетте". Ладно уж. Сам подписался.
Мы свободно развалились на огромном диване. Нас разделяет миска с кукурузными палочками. Еще один странный выбор от Линды. Вместо чипсов или попкорна. От нее другого и не жду. Вот совсем другая. Инопланетянка моя. Даже, если не моя. Все равно, с другой планеты.
Лежит, хрустит, внимательно смотрит… Еще и на меня шикает, если начинаю говорить. Ух… какая строгая…
Нечаянно касается моей руки. Резко одергивает. И опять эта растерянность… А я съедаю все ее эмоции без остатка. Потому что не знаю, будет ли она настолько честной со мной, как сейчас.