Противостояние

Окажись здесь Метиус арГеммит, он не преминул бы объяснить девушке, что Дилану ловили и куда более умелые и опытные охотники. Одни из них стыдятся рассказывать о печальном опыте даже близким друзьям, другие и при всем желании уже никому и ничего не смогут рассказать… И еще Метиус напомнил бы, что приказ Ордена не допускал двояких толкований – при обнаружении Диланы Танжери ни в коем случае не предпринимать мер к ее задержанию. Только наблюдать. Только не выпускать из виду. И ждать помощи. Орден желал захвата убийцы, но при этом не собирался предоставлять Дилане возможности для увеличения списка ее побед.

В общем, Метиус мог много чего сказать… только вот Таша не была намерена все это слушать. Сейчас ею руководил отнюдь не трезвый расчет.

Поймать саму Танжери! Да еще и без помощи светоносцев! Ха, таким достижением можно было бы гордиться. Тогда многие в Ордене поймут, что Таша Рейвен не просто волшебница средней руки, тогда ее наконец-то оценят по достоинству.

Наследница одного из наиболее древних родов Инталии Таша не вписалась в светское общество, не стала своей среди магов, не обрела влиятельных друзей или хотя бы высокопоставленных покровителей. Если не считать Метиуса арГеммита. Даже значительных врагов – и тех не было у молодой, временами взбалмошной волшебницы, не желающей прислушиваться к чьему бы то ни было мнению. Ей хватало средств для того, чтобы вести свободный образ жизни, – и в то же время золота было слишком мало, чтобы сундуки рода Рейвен мозолили глаза Святителю и его казначеям. Хотя покойный лорд Рейвен и считался богатым владетелем, на самом деле (и Таше это было известно куда лучше прочих) от наследия ушедших предков осталось не так уж и много. Родовой замок, который давно бы уже надо было отремонтировать, неплохая коллекция оружия, еще более неплохая библиотека, тайник, в котором покоился небольшой сундучок, наполненный золотыми монетами. Вот, пожалуй, и все. Да еще стопка расписок – лорд Рейвен отличался мягким характером, а потому выпросить у него денег взаймы было не слишком сложной задачей. Только теперь должники не торопились возвращать золото, понимая, что девчонка, над которой посмеиваются маги и которую недолюбливают в Обители, вряд ли пойдет жаловаться на неплательщиков. А если и пойдет… кто станет ее слушать?

Золото Ташу интересовало мало, куда больше ее волновала слава. Она отчаянно пыталась доказать всем и каждому, что достойна и звания волшебницы, и титула леди. Как правило, эти попытки выливались в дуэль с любым наглецом, усомнившимся в благородном происхождении девушки… После того, как в чертоги Эмнаура отправился пятый по счету хам и невежа, на обладательницу буйного нрава и болезненного самолюбия обратил внимание Вершитель Метиус арГеммит. Таше было сделано предложение, от которого она не нашла в себе сил отказаться. Работать на одного из Вершителей Инталии (и, что было известно лишь посвященным, на руководителя второй по величине разведывательной сети, поставлявшей Белому Ордену бесценную информацию о событиях за пределами власти Святителя) – или отправиться в тюрьму. Поскольку леди Рейвен была дипломированным магом – в комфортабельную, можно сказать, уютную… и все же тюрьма остается тюрьмой, даже если вместо охапки соломы там имеется роскошная кровать с шелковым бельем, кормят отнюдь не прокисшей бурдой и позволяют сколько угодно пользоваться библиотекой Обители.

Поэтому предложение Метиуса, сделанное в мягко-ультимативной форме, Таша приняла. И позже даже гордилась своей новой ипостасью. Правда, особых успехов и на этом поприще она не добилась. АрГеммиту не раз говорили, что вспыльчивая, самовлюбленная, предпочитающая иметь обо всем собственное мнение девушка – не лучший разведчик. Вершитель лишь усмехался – там, где половина расквартированной в Броне армии и вся тайная стража во главе с Ангером Блайтом будут ловить прямо-таки напрашивающуюся на неприятности Ташу, настоящие знатоки своего дела смогут работать относительно спокойно. А девушку потом можно будет выкупить, по-отечески пожурить за неосторожность… и направить обратно в тот же Гуран. Или, для разнообразия, в Индар или Кинтару. В данном случае разнообразием был только пункт назначения, исход же очередной «важнейшей и секретнейшей» миссии был, как правило, один.

Таша не могла не понимать, что ее не принимают всерьез. И оттого еще больше злилась, еще более рьяно хваталась за любое дело, где можно было снискать хоть тень славы. Поэтому, получив информацию о том, что какая-то приезжая женщина, подходящая под присланное из столицы описание, появилась у местного торговца лошадьми, Таша бросилась за ней, в одной руке сжимая шпагу, а другой лихорадочно плетя заготовки боевых заклинаний. Она опоздала… По счастью, именно в это время торговец не смог предложить покупательнице ничего путного – уже пару месяцев, как во всей округе невозможно было найти ни одного более-менее приличного коня, способного ходить под седлом. Труп торговца, плавающий в луже натекшей из перерезанного горла крови, лишь подтверждал тот факт, что клиентка осталась в высшей степени неудовлетворенной.

Следовало отдать должное Таше – она не кинулась в погоню очертя голову. Одно дело – напасть неожиданно, ударить в спину, без предупреждения, и совсем другое – гнаться за жертвой, способной почувствовать приближение преследователя и подготовить ему «теплую» встречу. К тому же в рекордно короткие сроки проведенное расследование (случайный свидетель, мальчишка лет десяти, под воздействием оков разума выложил все – даже то, что никогда не сумел бы вспомнить по собственному желанию) показало, что женщина была не одна. На улице ее ждал спутник – крупный мужчина, на первый взгляд, безоружный. Последнему Таша не поверила – может, имперский шпион и не рискнет таскать в открытую меч или арбалет, но в том, что под одеждой и у Диланы, и у ее спутника найдется немало смертоносных «подарочков», она не сомневалась. Это даже в том случае, если не вести речь о магии – а Таша не обольщалась насчет своей способности выиграть открытую магическую дуэль с Диланой Танжери.

Поэтому она потратила драгоценный час на то, чтобы собрать разношерстную, кое-как вооруженную и отвратительно экипированную охотничью команду.

Которая к настоящему моменту почти полностью выдохлась… И лишь благодаря собакам след беглецов еще не был утерян.

Взбираясь на очередной холм, вслушиваясь в хриплый лай уставших псов, Таша вдруг подумала, что и это тоже было немного странно… любой мальчишка сумел бы найти способ сбить собак со следа. Дилана (если там, впереди, вне пределов видимости, была именно она) этого делать не стала. Почему?

– Позволь я понесу тебя, госпожа!

Черные глаза Диланы метнули молнии, но от едкой реплики она воздержалась. Быть может, Керб и впрямь силен и вынослив, но сколько он сможет пройти с таким грузом? Стиснув зубы, она встала и упрямо зашагала вперед, не оглядываясь. Воин лишь пожал плечами – он давно уже привык подчиняться хозяйке во всем, в том числе и тогда, когда считал ее не вполне правой.

Она была молода и красива. Темные волосы, смуглая кожа, пухлые, чувственные губы. Длинные, невероятно длинные ресницы. Немыслимо тонкая и гибкая талия… И все же между Диланой и юной танцовщицей, показывающей свое мастерство на ярмарке неподалеку от школы, было не так уж много сходства. Ровно столько, чтобы любой, видевший тот танец, глядя на Дилану, мог с сомнением промямлить: «Вроде и похожа… нет, точно не она… но похожа». Такое свидетельство зачастую приносило куда больше пользы, чем категорическое отрицание. Дилана редко использовала заклинание фантома для радикального изменения своей внешности – куда проще придать лицу несколько лишних черточек и при этом выглядеть совершенно иначе… К тому же она считала, что прятаться за полностью чужим обликом недостойно настоящего мастера.

Она была мастером. Сейчас – основательно потрепанным мастером. Темные волосы явно нуждались в теплой воде и гребне, бархатную кожу щеки пересекала тонкая царапина, покрытая корочкой засохшей крови. А дорогому дорожному костюму чистка не требовалась. Совсем. Его стоило просто выбросить…

Женщина споткнулась и чуть слышно застонала – резкая боль пронзила поврежденную руку.

И снова, в который уже раз, прокляла злой рок, преследовавший ее в последние дни.

Как это часто бывает, за чередой успехов рано или поздно приходит неудача. Везение не может длиться бесконечно, оно должно одарить многих, а потому и пропадает время от времени… часто в самый неподходящий момент. Дилана могла бы с уверенностью сказать, что исчерпала свой запас удач по меньшей мере на полгода вперед. Отправляясь в Инталию, она и подумать не могла, что сумеет столь эффективно исполнить задуманное… верхушка Несущих Свет заметно ослаблена, и именно это может сыграть решающую роль в предстоящих событиях.

Дело было за малым… теперь надо вовремя смыться, поскольку озверевшие от потерь светоносцы готовы были рыть носом землю, но найти беглянку. И что бы там ни говорил Керб, соваться к горам более чем опасно, наверняка рыцари попытаются этот путь перекрыть в первую очередь.

Имелось по крайней мере три места, где ее по определенным дням должны ожидать гуранские корабли. Такой путь отступления Дилане нравился больше, да и пребывание на борту судна в относительном комфорте было заманчивей перспективы пробираться через не тающие даже в разгар лета ледники Восточного хребта. Или Западного – с какой стороны посмотреть. Поэтому, пока большая часть светоносцев рвали себе сапоги на горных кручах, она двинулась на юг.

И вот тут-то удача ее оставила…

Инструментом невезения выступил самый заурядный сурок. Или другая какая зверушка, имеющая привычку рыть себе глубокие норы, в одну из которых и провалилось копыто лошади. Кажется, Дилана даже успела услышать хруст ломающейся кости… или это была ее собственная кость? Так или иначе, но правая рука волшебницы сейчас висела на перевязи, опухшие пальцы не способны были даже удержать ложку, не то что плести кружево заклинания.

Разумеется, Керб тут же уступил госпоже своего коня. Дилана попыталась отбросить мрачные мысли и внушить себе надежду на то, что до нужной бухты удастся добраться вовремя. Увы, неприятности не имеют привычки хаживать поодиночке, а потому уже вечером следующего дня, когда они расположились на ночлег, неподалеку послышался заунывный волчий вой. В обычное время волшебница даже не обратила бы на незваных гостей внимания, а особо наглых просто испепелила бы на месте… да и не полезли бы волки к костру, звериным чутьем предвидя печальные для себя последствия.