Провал

Когда они в 2011 году начали его вести, он назывался «Орел или Решка», и идея заключалась в том, чтобы описывать одни и те же события как бы с двух разных точек зрения.

Сара считает, Эбба считает.

Потом им надоело: приходилось слишком сильно и слишком часто напрягаться, чтобы их впечатления казались разными. Различия, конечно, существовали, но чаще всего они думали одно и то же обо всем, что делали и что с ними происходило. Тогда они закрыли старый блог и начали вести новый.

«Родственные души».

Если вдуматься, совершенно естественно.

Вместо того чтобы привлекать внимание тем, какие они разные, они решили строить блог на том, как они похожи.

Как они близки.

Как уникальна их связь.

Написать о своем дне может кто угодно, но немногие могут показать жизнь с точки зрения близнецов. Это была их изюминка, и она сработала очень, очень хорошо.

Их заметили, они стали частью блогосферы, на их страницу заходило все больше народу, у них непрерывно увеличивалось количество подписчиков, и в прошлую субботу на вручении премий они победили в категории «Главный блог лета».

В понедельник позвонили из фирмы «Нивея», поинтересовались, не хотят ли они с Сарой написать о том, что пользуются их продукцией для ухода за кожей, и стать одним, или вернее двумя, из их лиц. Им собирались за это платить. Если еще какие-нибудь фирмы надумают к ним обратиться, то вскоре они смогут жить за счет блога. Мелинда, одна из подруг, прикрепила ссылку «связывайтесь со мной для сотрудничества» к электронному адресу на странице, где она предлагает, за плату, выставлять торговые марки у себя в блоге или в Инстаграме. Она начала вести блог в прошлом году и уже выписывает счета с налоговым уведомлением предприятия.

Им с Сарой тоже бы следовало так действовать, подумала Эбба.

Она разок стукнула по закрытой двери, прежде чем открыть ее. В сущности без всякой необходимости – они знали друг о друге абсолютно все, но если дверь в их комнату была закрыта, они стучались. Так уж повелось.

Сара сидела за письменным столом перед открытым ноутбуком.

– Я только что обновила пост.

– О чем?

– О том, насколько мы ненавидим «Арриву».

Компания «Аррива» занималась у них в городе автобусными перевозками. Сара уже не впервые писала об их ужасном сервисе: неприятные шоферы, опаздывающие автобусы и отмены рейсов. Эбба предположила, что «Аррива» не станет одной из компаний, которые появятся на пороге, когда они начнут поиски рекламодателей.

– Что ты наденешь сегодня вечером? – поинтересовалась она, открывая их общий шкаф.

– А что мы сегодня вечером делаем?

Эбба мысленно вздохнула. Есть все-таки одна область, в которой они отличаются друг от друга. Сильно. Для Сары тот факт, что ей утром предстоит позавтракать, мог оказаться сюрпризом. Планировать, соблюдать порядок и быть в курсе событий – это не ее. Эбба считала виноватой себя. Она рано взяла на себя ответственность за то, чтобы школьные работы сдавались, назначенное время соблюдалось, жизнь планировалась.

Она была аккуратной. Сара – небрежной.

– У нас будут брать интервью.

– Кто?

– Тот, что звонил после вручения премий.

Сара обернулась с таким выражением лица, будто она совершенно точно впервые слышит о том, что после вручения премий кто-то звонил. Эбба никогда не сердилась на сестру, а если бы сердилась, то это был бы подходящий случай.

– Я же говорила, – терпеливо принялась объяснять она. – Фрилансер. Свен какой-то там…

Королевский технологический институт

Секретарю

Швеция-100 44 Стокгольм

Обжалование решения о назначении на должность профессора (VL-2914-00071)

Настоящим я обжалую решение о назначении другого соискателя на анонсированную профессорскую должность VL-2914-00071.

Комиссия по трудоустройству служащих в своем заключении нашла, что я отвечаю всем требованиям данной должности как в плане педагогической, так и научной компетентности.

Кроме того, в § 8 протокола номер 4/2013 комиссия по трудоустройству служащих пишет, что отдел «ищет человека, который может не только создать исследовательскую группу, но и способен объединить всю деятельность отдела, вести преподавание и привлечь внешнее финансирование».

Исходя из этих критериев, я, несомненно, прекрасно подхожу (см. прилагаемое резюме) и помимо этого, являюсь популярным и ценным сотрудником и педагогом с наработанными контактами как в Королевском технологическом институте, так и за его пределами.

В отличие от человека, принятого на должность, я, кроме того, обладаю широким общим образованием, горячим интересом к передаче знаний и пониманием важности обучения и знаний для нашего будущего. Я смог бы не только образцовым образом возглавить школу, я стал бы отличным послом для всего Королевского технологического института и был бы важным противовесом распространяющимся в обществе поверхностной культуре и презрению к знаниям.

Поэтому я являюсь наиболее подходящим для должности кандидатом и требую изменения решения, касающегося должности VL-2914-00071, в мою пользу.

17

– Торкель!

Он поднял взгляд от наполовину съеденного, наполовину разогревшегося обеда, который он оказался даже не в силах выложить на тарелку, а ел прямо из фольги. Котлеты и вареная картошка с коричневым соусом. Правда, каким-то вкусом обладала только брусника, баночку которой он нашел в холодильнике. К нему направлялась Эва Флурэн.

– У нас был один звонок…

Торкель понял, что она имеет в виду какой-то особенный звонок. Поскольку у них был не один звонок. В последний час им звонили каждые пятнадцать секунд. Звонки начались практически сразу после пресс-конференции и так и не прекращались.

Люди видели на улицах таинственных мужчин, «похожих на журналистов». Наблюдали машины перед школами, перед всеми, не только перед школой Хильдинг. Кому-то казалось, что они слышали крики в заброшенных зданиях, а кому-то, что соседи в последнее время вели себя странно. Многие были уверены в том, что видели во вторник Мирослава Петковича. В нескольких разных местах, с несколькими разными мужчинами. (На удивление многие видели его и в среду тоже, хотя он был уже мертв.)

То же самое с Патрицией Андрэн. Хотя в отношении нее сведения расходились еще больше. Со времени ее убийства прошло больше времени, и память во многих случаях оказывалась продуктом скоропортящимся.

Вызванный дополнительный персонал, состоявший в основном из сержантов полиции и отдельных стажеров, выслушивал всех, записывал и передавал сведения командной группе, которая, в свою очередь, их анализировала и распределяла по степени важности. Руководила командной группой Эва Флурэн.

Сейчас она выдвинула стул и села напротив Торкеля.

– Мы получили сведения о том, где обедали Петкович и Катон.

Торкель проглотил остатки несомненно сухой котлеты и с интересом посмотрел на Эву.

– Достоверные?

– Две официантки и один из посетителей, – кивнула она. – Независимо друг от друга указывают то же место. Петкович со спутником.

Она передала Торкелю листок бумаги, который тот сразу начал просматривать.

– У вас там немного соуса, – сказала Эва, и Торкель поднял взгляд. Эва показала на собственный уголок рта. Торкель легонько провел рукой по своему.

– С другой стороны, – уточнила Эва, и Торкель, предпочтя не рисковать, вытер оба уголка большим и указательным пальцами.

– Хотите, чтобы я отправила туда кого-нибудь, или вы возьмете это на себя?

Положив листок, Торкель стал быстро обдумывать. Он пожалел, что отпустил сразу и Билли, и Ванью. Один из них сейчас очень бы пригодился здесь. Себастиана с Урсулой «командой мечты» не назовешь, а посылать кого-то из них в одиночку – тоже далеко не оптимальное решение. В случае Себастиана это немыслимо. Урсула, безусловно, справилась бы, но допросы свидетелей не являются самой сильной ее стороной. Он немного поиграл с мыслью поехать вместе с Урсулой самому, но быстро отбросил ее. Он не может покинуть здание полиции сейчас, всего через несколько часов после того, как они дали расследованию новый толчок. Однако посылать местные силы, о которых он ничего не знал, тоже не хотелось.