Провал

– Это вы нарисовали? – восхищенно спросила Анна, когда Ян принес в ее кабинет толстую папку с рисунками.

– Это не все, так, малость, тут в основном наброски, я не знаю, что вам нужно, всего понемногу принес, может…

– Это потрясающе, великолепно, это… – защебетала девушка и, убрав со стола все лишнее, стала раскладывать рисунки Яна.

А уже через несколько дней она пришла к нему домой. Наверное, так живут все художники: не прибрано, на кухне настоящее захолустье, а зал, то ли кабинет, то ли мастерская, все сразу в кучу. Анна была поражена тому, что Яна в городе почти никто не знал.

– Тебе нужно сделать персональную выставку, тебе надо подняться, тебя должны увидеть и запомнить.

– Зачем? – скромно спросил он, хотя в душе признавался, что ему было лестно слышать такие слова.

– Как зачем?

– Ну я не знаю, вон в галереях сколько картин, они мало кому нужны. Сейчас легче купить постер, чем заказать картину, да и рисуют порой такую чушь.

– Деньги.

– Да, деньги, но так художники мельчают.

– А мне вот нравятся Маковская, Емельянова, Васильев, Самарцева, их, кстати, много.

– Ага, особенно Рябов, Ефремова и Антон Васильев, у которой головы как у куколи и цвет лиц словно они поросята.

– Э… а я их не знаю.

– Ну и славно, зачем запоминать всех. Таких как я сотни наберутся.

– Нет, ты такой один, ты талант.

Наверное, это и раскрыло в Яне душу, он зацвел как мак в поле, распушился, взял карандаш и стал делать наброски с Анны. Ему хотелось творить и как можно больше. Все дни напролет Ян сидел и работал над книгами, хорошо, что это можно делать в своей студии, а не за графическим планшетом у издателя. Анна все чаще и чаще заходила к нему в гости, иногда с подружкой, но обычно одна. Ян боялся себе признаться, что как в юности влюбился в девушку, которая младше его на десяток лет, но и Анна, похоже, не осталась в стороне.

– Мне кажется, только не смейся, может я и не права, но кажется, я тебя люблю, – как-то вечером сказала она.

Ян покраснел, словно ему сделали предложение, это он должен был первым сказать, но все опасался, уж слишком много было в прошлом неудач, и теперь, делая осторожные шаги, он боялся наступить на давно забытые грабли.

– Серьезно? – удивленно спросил Ян девушку.

– Серьезно, только не смейся, мне кажется, я люблю тебя. Нет-нет, я ничего не хочу взамен, я только…

– Почему не хочешь? – спросил Ян и, затаив дыхание, стал ждать ее ответа.

– Боюсь.

– Меня?

– Ну да, ты такой взрослый, у тебя имя, ты талант, а я… Я младший научный сотрудник, от которого толку мало.

– Нет, это не так, ты… ты… – Ян много раз думал, что бы мог сказать Анне, но вот настал момент, и слова куда-то исчезли. – Можно я тебя поцелую?

Наверное, не так надо было вести себя, а как старший, схватить девушку и, смяв ее, расцеловать. Но Ян был не из таких, несмотря на свой возраст, в котором уже потерял надежду найти любовь, он оставался романтиком, где было место переживаниям.

– Да, – робко ответила Анна и подошла к нему.

В груди сердце от радости запрыгало, хотя чего там прыгать? Что, раньше не целовался? Да было дело, и даже много раз. Но сейчас, как Яну показалось, он вернулся в свою юность, сердце как у кролика то замирало, то начинало бешено биться. Он уже хотел нагнуться, но девушка опередила его и прикоснулась к его губам. В этот момент время остановилось, Анна замерла, словно повисла в воздухе, а он все смотрел на нее и смотрел.

В жизни всегда есть повороты, главное вписаться, чтобы тебя не вынесло на обочину и не переломало ребра. Это были сладкие, словно в сказке, дни, Ян творил, ему хотелось еще и еще. Он ждал утра, чтобы пойти к Анне в музей, обычно они шли в кафе, а после она бежала на работу, а уже вечером бродили по городу. Ян думал, что это временно, сладкие сны рано или поздно пройдут, и он обязательно проснется. Но эйфория от любви не хотела проходить, и похоже, сама Анна окончательно влюбилась в этого совершенно неспортивного мужчину. Ян шлепал ладонью по своему округлившемуся от сидячей работы животу, щупал бока и думал, что стоит сесть на диету, чтобы сбросить пару кило.

Ян был рад, издательство Росмэн приняло его работы и буквально тут же предложило новый заказ на «Черную королеву» Майкла Морпурго. Он успел сделать несколько набросков, но вспомнил, что уже вечер и, бросив все, побежал в кафе «Pizza Express», чтобы встретить Анну.

Это маленькое кафе на несколько столиков. Ян устроился у окна, так уютней, заказал себе кофе и, посматривая на улицу, стал выискивать среди прохожих Анну. Лишь ближе к семи часам – к этому моменту Ян выпил две чашки кофе – заметил ее. Она шла с мужчиной, Ян не был ревнивым, но в груди все похолодело, на углу он обнял ее, и явно не как друг. В голове промелькнула глупая мысль: «А что ты ожидал, кто ты ей?» И все же Ян помнил, как Анна говорила, что любит его, и вот теперь она на прощанье поцеловала мужчину. Яну стало горько, захотелось уйти и сразу все забыть, но он не смог пошевелиться, словно замерзло сердце, а вместе с ним и тело. Перейдя дорогу, Анна увидела Яна и догадалась, что он все видел.

– Он мой старый друг. Ты осуждаешь? – уж как-то спокойно сказала Анна, присаживаясь за столик и беря в руки меню.

– Нет, что ты, это здорово, что ты нравишься другим, – Ян не хотел ругаться, хотя было желание закричать.

– Сегодня подводили итоги, мне начислили премию.

– Здорово, – безразлично сказал Ян.

– Ты давно тут?

– Нет, только что пришел, – соврал Ян, а ведь ему так хотелось похвастаться новым заказом.

Анна что-то щебетала, но в ее голосе уже не было той удивительной трели, появилась фальшь, которую он раньше не замечал. Анна отвлеклась от поцелуя на углу, словно его и не было. Ян пытался себя убедить, что это ерунда, но почему-то было обидно. А на следующий день, положив перед собой телефон – экран словно черная яма – Ян ждал звонка, но Анна не позвонила. Ни вечером, ни даже утром.

2. Реабилитация

Ян думал, что уже прошел стадию юношеской влюбленности, когда не спал ночами и словно мальчишка грезил о любви. Он раскрылся перед Анной, и наверное поэтому было так больно, когда через месяц она сказала, что уходит. Вот так просто, словно сменила перчатки, взяла и ушла. Да, он догадывался о причинах, не такой красивый, не спортивный, не богатый и без больших перспектив. В юности Ян думал, что ничего страшного, у него еще есть время, он все наверстает, придет весна, и он опять влюбится. Но сейчас, когда появились первые седые волосы, он осознал, что остался один.

Иногда на тебя могут кричать, и тебе как-то все равно, словно перед тобой невидимый щит. Ян вспомнил свою первую любовь, он с Леной даже не был знаком, она училась в параллельном классе. Просто настало время для любви, а потом она уехала, это было теплое воспоминание и никакого нытья, ломоты от несбывшихся планов. Тогда он не смог раскрыться, но сейчас Ян верил Анне, верил ее словам, что она полюбила его, и он распахнул свою душу. И вдруг в него пнули, кинули камень. Боль – вот что Ян испытал, вроде как понимал, что никто никому не обязан, и все же он выл от предательства.

Ян перестал работать, ему несколько раз звонили из типографии, напоминали о сроках. Он брал в руки карандаш, делал несколько штрихов, а после смотрел в одну точку, забывая о времени.

– Здравствуйте, можно поговорить с Яном? – как-то утром раздался телефонный звонок.

– Я вас слушаю.

– Вас беспокоят из поликлиники. Если помните, вы подключили свой браслет к общему анализу.

– Да, я помню, – Ян полгода назад купил умный браслет, это телефон и целый доктор в одном лице.