Психика в действии

Психиатр занимается не только профилактически-гигиенической работой: беседует с молодыми людьми, намеревающимися вступить в брак; с матерями, испытывающими проблемы в отношениях со своими детьми; заботится о людях, погруженных в депрессию, или чрезмерно возбужденных, или переживающих ненормальные чувства и побуждения. К его вотчине относятся также некоторые нарушения и заболевания, возникающие вследствие передозировки некоторых лекарств и наркотических веществ. Хотя бы даже по этой причине он должен неплохо разбираться в анатомии. К числу вышеупомянутых заболеваний относятся сифилис головного и спинного мозга, эпилепсия, белая горячка (которая может сильно повредить сердце и мозг), а также алкогольная и наркотическая зависимости, приводящие к появлению физических симптомов болезни. Применяя в случае серьезных нарушений шоковую терапию, психиатр должен разбираться в действии, которое оказывают на человеческий организм сильные лекарства и электричество.

Кроме того, к психиатру часто обращаются в решении вопроса, какую роль могут играть эмоции при язве желудка, повышенном артериальном давлении, болезнях щитовидной железы и сердца, болях в спине, параличе, астме, кожных заболеваниях и других расстройствах, которые зачастую трудно излечиваются традиционными медицинскими методами.

Прежде чем попытаться помочь пациенту, психиатр старается узнать, из какого яйца он вышел, то есть каким было физическое и психическое здоровье его предков, и под воздействием каких факторов яйцо это развилось во взрослую человеческую личность. Выяснив эти обстоятельства, психиатр может лучше судить о том, каким было изначальное состояние пациента и что привело его к нынешнему. Он пытается узнать, с какими «активами и пассивами» пациент явился на свет, какие он приобрел в раннем детстве и как он затем распоряжался ими в своей жизни.

Многие черты личности в значительной степени обусловлены наследственностью. Она предопределяет верхние пределы возможностей человека, а также когда они должны естественным образом проявляться или затухать. Например, наследственность определяет, способен ли человек стать великим музыкантом или математиком (и шахматистом, если на то пошло), и в каком возрасте он будет способен к полноценным половым сношениям. Однако реальное осуществление способностей определяется средой. Иными словами, наследственность определяет возможности, а среда определяет, насколько эти возможности удается реализовать. Но тратить время на раздумья, какой из этих двух факторов важнее, так же бессмысленно, как спрашивать: «Что важнее в клубнике со сливками — клубника или сливки? Плавают ли ягоды в сливках, или же сливки окружают ягоды? Что важнее при кори — корь или ребенок?»

Нет доказательств тому, что среда не может изменять некоторые из так называемых врожденных психических качеств. Практически любая из человеческих способностей может быть улучшена путем соответствующей тренировки, и утверждения о том, что какое-то нарушение является «наследственным», вовсе не означает, что больной должен оставить все попытки вылечиться. Изучение функции желез может сыграть в будущем важную роль в лечении заболеваний и нарушений, которые нынче считаются наследственными, и точно так же психиатрия ныне приобретает все большее значение в лечении тех расстройств, которые объясняются действием среды. Поэтому думать надо не о том, что определяется наследственностью, а что — средой. Думать надо о том, какие характеристики мы можем изменить при нынешнем уровне наших знаний, а какие — нет.

Эта книга о человеческой психике, какой она видится психиатру. Поэтому начнем мы с изучения того, что у разных людей есть в сознании и в теле, как они используют то, что у них есть, а затем посмотрим, как люди растут и развиваются, какие в ходе их развития могут случаться нарушения и чем можно им в таких случаях помочь. После этого мы обсудим некоторые таинственные явления психики, которые при нынешнем состоянии наших знаний объяснить не можем, и, наконец, попытаемся разобраться, какую практическую пользу может иметь психиатрия в отношении больших групп людей, таких как политические партии и целые нации.

Часть 1. Нормальное развитие

Глава первая. Что мы имеем?

1. Можно ли судить о людях по внешности?

На очень ранней стадии развития человеческий зародыш представляет собой трехслойную трубку, внутренний слой которой преобразуется в желудок и легкие, средний слой — в кости, мышцы, суставы и кровеносные сосуды, а внешний — в кожу и нервную систему.

Обычно эти три слоя растут более или менее равномерно, так что «средний» человек представляет собой правильную комбинацию мозгов, мышц, внутренних органов. Однако в некоторых яйцеклетках один из слоев разрастается больше других, и, когда ангелы завершают сборку ребенка, у него может оказаться больше внутренностей, чем мозгов, или больше мозгов, чем мышц. Если такое случается, дальнейшая жизнедеятельность человека зачастую в наибольшей мере определяется самым разросшимся слоем.

Таким образом, можно утверждать, что, хотя средний человек представляет собой смесь разных качеств, некоторые люди наделены преимущественно «пищеварительным типом мышления», другие «мышечным мышлением», а третьи «мозговым». Соответственно различают и три типа телосложения: пищеварительное, мышечное или мозговое. Люди с пищеварительным телосложением выглядят полными, люди с мышечным телосложением — широкими, а люди с мозговым телосложением — длинными. Это не значит, что чем выше человек, тем он умнее. Это значит, что если человек, даже невысокого роста, выглядит скорее длинным, чем широким или толстым, то он зачастую более интересуется тем, что происходит у него в голове, нежели тем, что он делает или что он ест; решающим фактором является здесь не рост, а худощавость фигуры. С другой стороны, человека, производящего впечатление скорее толстого, чем длинного или широкого, обычно скорее заинтересует сытный обед, нежели хорошая идея или предложение прогуляться.

Для обозначения этих типов телосложения ученые пользуются греческими словами. Человека, на форму тела которого преимущественное влияние оказал внутренний слой яйцеклетки, они именуют эндоморфом. Если на телосложении явно виден отпечаток среднего слоя, такого человека называют мезоморфом. Наконец, если форма тела определяется внешним слоем, индивид называется эктоморфом.

Поскольку из внутреннего слоя человеческой яйцеклетки, эндодермы, образуются внутренние органы брюшной полости (viscera), то эндоморфу обычно свойственно думать брюхом. Из среднего слоя формируются мышцы и другие телесные ткани (soma), и потому мезоморф обычно обладает мышечным типом мышления. Наконец, поскольку из внешнего слоя образуется мозг (cerebrum), то эктоморф обычно думает мозгами. Если все это перевести на греческий, получаются следующие три типа людей: висцеротонический эндоморф, соматотонтеский мезоморф и церебротонический эктоморф.

Для церебротоника красивые слова звучат как музыка, но висцеротоник знает, что меню не съешь, на каком бы языке оно ни было напечатано. И соматотоник понимает, что объем грудной клетки чтением словарей не нарастишь. Поэтому лучше оставить термины в покое и посмотреть, кто скрывается за этими терминами, памятуя, что у большинства людей все эти качества смешаны в примерно равных пропорциях, и те случаи, которые мы будем исследовать, являются крайностями. Стоит добавить, что до настоящего времени эти типы были основательно изучены лишь среди мужчин.

Висцеротонический эндоморф. Если человек определенно относится к толстому типу, а не к широкому или длинному, то он, вероятнее всего, выглядит круглым и мягким, с большой грудью и еще большим животом. Ему явно удобнее есть, чем дышать. У него, скорее всего, широкое лицо, короткая толстая шея, толстые бедра и плечи, но маленькие ладони и ступни. Грудь развита сверх меры, и в целом вид надутого шарика. Кожа у него мягкая и гладкая, и когда он лысеет, что случается с мужчинами такого типа обычно довольно рано, то плешь в первую очередь образуется на макушке.

Жизнерадостный коренастый коротышка-политик с вечно красным лицом и вечной сигарой во рту, который всегда выглядит так, словно его вот-вот хватит удар, — лучший образец такого типа людей. Его успех в политике объясняется тем, что он искренне любит людей, банкеты, баню и сон. Он беззаботен, обходителен и искренен с людьми.

Живот у него большой, потому что в нем много кишок. Он любит все вбирать в себя — еду, похвалы, расположение окружающих. Пообедать с людьми, которым он нравится, — лучшая известная ему форма времяпрепровождения. Важно, чтобы психиатр понимал природу таких людей, когда они обращаются к нему за советом.