Purge

Наверное, осознание, что Рио будет стоять на месте чисто из упрямства.

Нотации вертелись на языке, и как бы мужчина ни стискивал зубы, чтобы удержать их за импровизированной решёткой – его внутренние моральные установки подбивали их на успешный побег.

Всё-таки он не выдержал.

– Куртка тебе не нужна, я смотрю? – замученный совестью, таки спросил Йоханн.

– Вернуть её? – тут же оживилась девушка, словно лишь этого вопроса она и ждала.

– Капюшон надень. Повторять не буду.

– И что ты сделаешь? – с вызовом спросила Рио, сжимая рукоять пистолета в кармане.

Они остановились, и Йоханн развернулся, посмотрев ей в глаза.

– Оставлю тебя на съедение тварям. – хищно улыбнулся во все зубы Йоханн, давая понять, что это не шутка.

Наступила длительная игра в гляделки, во время которой они собирались выяснить, кто же из них является более упёртым бараном. Рио вопросительно подняла бровь, словно пытаясь понять, почему Йоханну не всё равно. Каждый из возможных ответов был потешнее предыдущего, и девушка издала смешок.

– А ты забавный… – неохотно надвинула Рио капюшон, с особым смаком проговорив: – …Йоханн.

Он благодарно кивнул, и они пошли дальше. Что же получается… Рио сделали подарок?

Справедливо будет дать Йоханну что-то взамен – не благородства ради, а чтобы не оставаться в долгу. Посмотрим, что завалялось в сумочке… о, то, что нужно.

Резво поспешив к Йоханну, девушка протянула ему шоколадку. Та немного подтаяла, но есть было можно.

Йоханн подрастерялся, ожидая каких-либо пояснений.

– Бери. – настойчиво сказала Рио.

– Не люблю сладкое. – отказался Йоханн.

– Бери или я избавляюсь от куртки. – недружелюбно улыбнулась девушка, показывая, что тоже умеет играть в эту игру.

– Половину. – начал торговаться мужчина.

– Не-а.

– Куртку мы тоже разрежем. – предложил он, надеясь, что правильно понял условия сделки.

Рио, закатив глаза, сломала плитку надвое, и Йоханн наклонился, взяв свою половинку зубами.

При всей своей нелюбви к шоколаду мужчина заглотил его, словно белая акула, ведь чем быстрее это закончится – тем лучше. Рио же собиралась растянуть удовольствие, так как сегодня она не завтракала, да придут они явно нескоро… если вообще придут куда-либо.

Спустя пять минут от шоколадки осталась только обёртка, которую Рио скомкала, собравшись бросить через плечо.

– В моём лесу не мусорить! – громко предупредил Йоханн, погрозив вскинутым пальцем.

– Ч… а куда?! – не поняла девушка.

– В карман. – пояснил мужчина, словно это само собой разумеется, и Рио, глядя на него, как на сумасшедшего, сунула мусор куда приказано.

– Ты знал, что у многих маньяков пунктик на чистоте? – спросила она после короткой паузы.

– Кидать мусор под ноги – это обезьяний инстинкт. – зная, что Рио не удержится от язвительных комментариев, тут же начал лекцию Йоханн. Интонация и жесты, после многолетней практики, были отработаны до совершенства: не хватало лишь, чтобы он, как старый профессор, прочистил горло в начале. – Обезьяна ест авокадо, сидя на дереве, и кидает семечко вниз. Но! Оно прорастёт и однажды станет деревом, а мусор так и останется гнить.

– Я ведь не первая, кому ты это рассказываешь? – спросила девушка, явно не впечатлённая попыткой промыть ей мозги.

– Уверен, что не последняя. – печально вздохнул Йоханн, отдавая себе отчёт, что заставить других заботиться о природе неспособны даже регулярные пиздюли, не говоря уж о пустословии.

– И что же случилось с остальными? – ехидно спросила Рио, но ответа так и не дождалась: впереди раздался душераздирающий крик. Йоханн театрально навострил ухо, переведя весёлый взгляд со стороны звука на напарницу.

– Примерно это. Идём, посмотрим?

____________________________________________________________________________________

Самка разродилась прямо в петле, ненароком обмотавшись своими детишками, словно ёлка новогодней гирляндой. Какого бы низкого мнения о людях Йоханн ни придерживался, он отдавал им должное – существо с человеческим интеллектом никогда бы не оказалось в этой ловушке.

При появлении Йоханна и Рио произошло нечто, что мужчина бы описал как «бешенство матки»: особь мгновенно пришла в ярость, принявшись раскачиваться на месте, лишь бы добраться до «свежей добычи» и попытаться впиться в неё когтями. Возможно, её просто раздражало присутствие «зрителей», наблюдающих за этой неловкой ситуацией, и Йоханну было жаль, что здесь нет удобных стульев с попкорном.

Рио же больше интересовали детишки. Маленькие, розовые и слепые, совершенно не приспособленные к выживанию. Все трое соединялись одной пуповиной, но лишь один из них проявлял активность, издавая невнятное бормотание – двое других либо спали, либо умерли. Судя по мутным, едва приоткрытым глазкам, смотрящим в никуда, скорее второе.

Не желая привлекать внимание стрельбой, Йоханн подгадал безопасный момент, чтобы сделать шаг вперёд, и одним взмахом ножа перерезал «женщине» горло, тут же отпрыгнув назад. Поддавшись предсмертной панике, особь принялась махать руками и раскачиваться вокруг своей оси, пока её кровь фонтаном стекала вниз, пачкая лицо и перекрашивая грязную дождевую лужу в тёмно-коричневый цвет. Как только стенания особи стихли и к существу стало можно приблизиться без опаски – настала очередь детей. Шаг, который можно пропустить, но…

…здесь инициативу проявила Рио, просящим жестом указав на нож. Мгновенно получив оружие, девушка легко перерезала «гирлянду», и все трое детей упали вниз, скрывшись в глубокой для их размеров воде.

Йоханн и Рио наблюдали за идущими на поверхность пузырьками в дальнем углу до тех пор, пока они не закончились. Девушка была права – жив оказался только один.

– Что ты там говорила про маньяков? – попросил напомнить Йоханн.

– Нужен помощник – обращайся. – вытерла Рио нож о клочья чужой одежды, вспомнив, как видела это в какой-то видеоигре. – Руки мне пачкать не впервой.

____________________________________________________________________________________

К убежищу Йоханн и Рио шли вдоль реки – к счастью, нечто рукотворное проглядывалось уже за поворотом, напоминая по очертаниям каменный мост. Подойдя чуть ближе, девушка отметила, что сооружение красивое и на его создание явно потрачено много времени, но детально его рассматривать не было ни желания, ни сил. Прийти бы в сухое место и завалиться спать, если ей предоставят такую возможность.