Пуритане

— Это Энди построил! — Дженни распахнула перед сестрой дверь. Энди стоял рядом с Нелл. Он был готов в любую минуту прийти ей на помощь.

Нелл постояла, прислонившись к косяку, потом подошла к грубо сколоченному столу и села на скамью. Дженни и Энди терпеливо ждали, пока она отдышится. Нелл посмотрела на три жерди, скрепленные сверху, на сложенный из неотесанных камней очаг, на земляной пол, покрытый соломой, и погладила рукой шершавую поверхность стола.

— Красиво, — сказала она и заплакала.

Энди не ожидал похвалы. Ему хватило бы и простого «спасибо». К слезам он тоже не был готов.

— Это временное жилье, — объяснил он. — Весной я построю для вас настоящий двухэтажный дом. Где захотите. Сами выберете место.

Нелл с трудом сдерживала слезы. Она промокнула носовым платком глаза и вытерла нос.

— Спасибо, не стоит. Я благодарна вам за все, что вы сделали для нас, мастер Морган, особенно пока я болела. Но я скоро поправлюсь, и мы с Дженни сами сможем позаботиться о себе.

— Нелл! Почему ты так груба с Энди? — Дженни приблизилась к сестре.

— Ах, его зовут Энди? — сказала Нелл. — И когда же ты успела так сблизиться с мастером Морганом? Чем вы занимались, пока я болела?

— Это несправедливо, — сказал Энди. — Дженни не отходила от тебя. Ты неоправданно резка. И я не понимаю почему.

— Резка? А чего ты ждал? Как я должна себя вести? Из-за тебя мы оказались в этом забытом Богом месте. Из-за тебя вынуждены жить в сарае. Я чуть не умерла во время плавания. Неизвестно, переживу ли я зиму. Десятки тех, кто был куда крепче меня, не вынесли ее. И это ты убил единственного мужчину в нашей семье.

— Нелл, перестань. — Дженни тронула ее за плечо. — Ты просто устала. Ты отдохнешь, и тебе полегчает.

— Не надо меня опекать! Может быть, физически я ослабла, но голова у меня в порядке. Мастер Морган сказал, что ему непонятна моя резкость. Где уж ему понять! Ведь это не его отца предали и убили! Это не его семью уничтожили! Это не его жизнь разрушили!

— Нелл!

— Пусть говорит, — остановил Дженни Энди, — она давно хотела сказать мне это.

— Как мы будем зарабатывать себе на жизнь? — Нелл больше не стеснялась своих слез. — Много ли в Новой Англии тех, кому нужно кружево? Здесь нет даже ткацких станков! На что мы будем жить?

— Я позабочусь о вас, — сказал Энди. — Я обещал это вашему отцу.

— Вот как? Ты давал это обещание отцу, когда ему выжигали клеймо на щеках или отрезали ухо?

И тут Энди вспылил.

— Хватит, Нелл! Я старался помешать епископу Лоду добраться до твоего отца. Я пытался спасти его после ареста. Я отказался от всего, к чему стремился, надеясь, что когда-нибудь смогу стать похожим на него. Что же до этого дома, — Энди кивнул на хижину, — согласен, его нельзя назвать дворцом. Но это лишь временно. Обещаю, через год у вас будет отличный дом.

— Что ты понимаешь в домах? — возмутилась Нелл. — За всю жизнь ты построил лишь эту лачугу!

— Уж поверь мне, понимаю, — скрипнув зубами, ответил Энди. — Что до лачуги, то по сравнению с Морган-холлом ваш дом в Эденфорде — настоящая халупа!

В дверь постучали так энергично, что дом задрожал.

— Нелл? Нелл? У тебя все в порядке? — это был Джеймс Купер.

Дверь распахнулась, прежде чем Нелл успела ответить.

— Опять ты? Что ты здесь делаешь? — зарычал Джеймс, увидев Энди.

— То же самое я хотел спросить в Эденфорде, когда застал тебя в доме Нелл, — не замедлил отозваться Энди.

Рыжий великан схватил юношу за рубашку и замахнулся на него кулаком.

— Джеймс Эйбел Купер, отпусти его! — из последних сил прерывистым голосом закричала Нелл.

— Я вышвырну его отсюда, Нелл! — Джеймс потащил Энди к двери.

— Нет! — тихо, но решительно сказала Нелл.

Джеймс хорошо знал этот тон. Он неохотно отпустил Энди.

— Теперь послушайте вы оба. Вон из моего дома. И больше никогда не возвращайтесь сюда.

— Нелл, дорогая, — заскулил Джеймс.

— Значит, мне самой придется встать и выпроводить вас! — сказала Нелл.

— Нелл Мэтьюз, я и так слишком долго ждал тебя, — упорствовал Джеймс. — Твой отец умер, и тебе нужна опора. Я пришел сделать тебе предложение.

— Не сейчас, Джеймс, — сказала Нелл. — Уходи.

Джеймс Купер поднял толстый волосатый палец.

— Я не шучу, Нелл. Мне надоело тебя ждать. Если ты не согласишься выйти за меня, ты меня больше не увидишь. Если я уйду, то уже навсегда.

— Именно об этом я и прошу, — устало произнесла Нелл. — Я хочу, чтобы с этим было покончено. Уходи.

Джеймс ошарашенно взглянул на нее. Видя, что девушка не шутит, он резко толкнул дверь. Створка распахнулась и так сильно ударилась о стену дома, что одна из деревянных петель сломалась. Джеймс ушел.

— Ты тоже, — сказала Нелл Энди.

— Ты не можешь так поступить! — заплакала Дженни. — Ладно Джеймс, но Энди!

— Могу.

— Это и мой дом! И Энди может приходить сюда, когда захочет!

— Пока я жива — нет. — Было видно, что Нелл совсем обессилела. Побледнев, она опустила голову на стол.

Дженни взглянула на Энди.

— Подожди меня снаружи, — сказала она. — Нелл надо отдохнуть. Я постелю ей постель.

Когда Энди увидел, как плохо Нелл, от его гнева не осталось и следа. Конечно, ему было тяжело слышать сказанное Нелл, но она серьезно болела и не знала, что ждет ее впереди. Он ругал себя за то, что забыл об этом и начал спорить с ней.

Энди вышел наружу и закрыл за собой сломанную дверь.

— Мне очень жаль, — сказала Дженни и взяла Энди за руку. — На самом деле Нелл так не думает.

— Нет, думает. Но она нездорова и напугана. И она права.

Дженни прижалась к нему.

— Пойдем в лес.

Было начало октября, листва уже начала менять цвет, и в лучах заходящего солнца лес пылал разными красками. Кое-кто из переселенцев занимался обычными будничными делами: шел за водой к реке, одалживал у соседа тлеющий уголек, чтобы растопить угасший очаг, занимался починкой жилища. Жизнь шла своим чередом, и люди постепенно привыкали к этому, оправляясь от первого потрясения. Под деревом для собраний, как всегда, сидели несколько человек, наблюдая, как Энди и Дженни рука об руку идут к лесу.