Пушляндия

— Любовь священна. Я надеюсь, она не твоя истинная?

— Нет, Диана миловала. — криво улыбнулся вампир.

Верховная жрица порезала палец и приложила его к стене. Как только она это сделала, открылась кладка, а за ней был встроен сейф. Она вставила ключи, повернула замок, достала бумаги и передала их вампиру.

— Положи на стол и прими поздравления с приобретением любви.

— Благодарю. До меня доходили слухи, что ты тоже себе кого-то нашла.

— Нашла, но мы не можем быть рядом, пока я не найду себе преемницу, которой смогу передать все дела. И только тогда я смогу выйти за него замуж.

— Понятно. Может, новую Марути поставишь на этот пост? По крайней мере, эта женщина мне кажется разумной и у нее есть опыт правления.

— С чего ты взял? — немного удивилась Эверилд.

— Ты больше повелеваешь, чем разговариваешь.

— Не замечала такого за собой.

— Угу. В основном твое заявление состоит в том, что ты не имеешь права находиться на этой территории без моего позволения. И ты даже не особо интересовалась моим мнением. Просто сказала, что прямо сейчас или завтра уйдете, пока я не охладил твой пыл. — усмехнулся Дион.

— Ну, я была королевой в своем мире, а если более точно, то женой правителя вампиров.

— Видишь, я прав. У вас вампиры тоже считают себя главными в мире?

— Мы не считаем, а действительно такими являемся. Мы единственные бессмертные существа на той планете.

— Как интересно, но сейчас документ это подтвердит или опровергнет.

— Как это? У него есть своя душа? — не удержалась вампирша.

— Нет, это артефакт. Таких документов почти не осталось в мире. Их создавали маги разума и от него ничего не скрыть.

«Если только ты сам не являешься магом разума». — подумала про себя Эверилд, а вслух спросила:

— И не жалко вам на нас переводить такую драгоценную бумагу?

— Нет, так проще по миру отслеживать всех Марути, а нас и так слишком мало, чтобы терять гражданок.

— И сильно помогает?

— С тех пор как мы их начали использовать, намного меньше Марути сгинуло во внешнем мире. Но все равно бывают случаи, когда и магические бумаги бессильны.

— Знаете, какая-то ненадежная гарантия. Документ можно отнять.

— Станешь моей преемницей, и я открою секрет, почему это достаточно надежный магический артефакт.

— Но, вы же не маги.

— Документ активируется каплей крови, а она уже сама по себе уникальная жидкость.

— С этим не поспоришь.

— Если вопросы кончились, давайте приступим к процедуре.

— Мелкой тоже полагаются документы?

— Да, детям в первую очередь. Они начинают с трех лет работать.

— Она не будет работать.

— Что?

— Я ее не отправлю работать, пока ей не исполнится пятнадцать лет.

— Когда ей будет пятнадцать лет, она будет лежать в больнице и приходить в себя после выгорания дара.

— Он у нее не выгорит. У нас не выгорел и у нее останется. — упрямо заявила вампирша.

— Я бы не была так уверена, на вашем месте. Есть пары, где у обоих родителей сохранился дар, а у их ребенка выгорел полностью.

— Значит, плохо учили.

— Нет. Боги у кого-то забирают дар, а избранным оставляют. Например, Диан - правитель Исконии, остался при своих способностях и получил дозволение у богов продолжить развиваться.

— Я тоже это дозволение получила. — ровно сообщила вампирша и глаза верховной расширились.

— Но у вас всего двадцать седьмой уровень. — немного растеряно сказала Иона.

Она даже глянула на табличку над головой Эверилд, чтобы еще раз убедиться, что память ей не изменяет.

«Диана, как ей показать мой основной дар?»

«После того, как она тебя сделает своей преемницей».

«Диана, мы так не договаривались!» — мысленно возмутилась Эверилд.

Но божество уже больше не ответило.

— Хорошо, Иона, я стану вашей преемницей. — выдохнула вампирша.

— Это замечательно, но все же меня волнует вопрос, когда ты получила дозволение развития?

— Я пошутила, хотела посмотреть на вашу реакцию.

— Грубо играешь.

— Диана сказала, что я смогу эту тайну открыть, только после того, как стану вашей преемницей.

— Вот как, тогда посвящение надо пройти уже сегодня. — задумчиво сказала она.

— Пройдем, но давайте сначала закончим с документами.

— Ах, да. — спохватилась она и сказала: — Вам каждому на свой документ надо капнуть каплю крови.

Она разложила книжечки перед ними.

— Арина, подойди сюда, мы возьмем кровь из пальчика.

— Не хочу.

— Надо, солнце.

— А ты купишь мне шоколад?

— У вас есть такой продукт?

— Это? — верховная достала из стола плитку шоколада.

— Угу. — подтвердила вампиресса.

— Холосо.

— Есть игла и спирт?

— Вино только.

— Давай. — сказала Эверилд.

Иона налила в бокал немного вина и подала его Эверилд. Она окунула иглу в напиток, немного подержала и, достав, взяла руку Арины, проткнула пальчик, стряхнула кровь на документ, и он стал заполняться строками.

Вампирша с любопытством взглянула и поняла, что язык ей был знаком, ведь в нем смешался древнегреческий, латынь и этрусский.

— Любопытный у вас язык, правда, я не все могу прочитать.

— У вас примерно на таком же языке пишут?

— Уже, нет, они считаются мертвыми языками. Только латынь еще в медицине используют. — немного задумчиво сказала Эверилд.

— Медицина, это что?

— Ну те, кто лечит людей и живых существ. — немного смялась Эверилд.

— А целители, тогда понятно. Это общий язык, на нем говорят все. Ваша очередь.

— Ребенку шоколад отдай. — сказала Эверилд.

Иона подала девочке шоколад.

— И выведи ее в коридор. — продолжила распоряжаться вампирша.

— Пойдем, тебе мои помощницы храм покажут. — сказала верховная жрица.

Она вывела ее за двери, передала пробегавшей младшей жрице, повелев беречь ее пуще своей жизни, и вернулась в келью.

Лексу вскрыли вену, и пролился поток крови. Затем они оба что-то шепнули.

— Я понял вас. О вашем даре к разуму никто не узнает. — пообещал артефакт и строки стремительно стали заполняться.