Пустой стул

— Подождите, — остановил его шериф. — Я не поспеваю за вами.

— Пока я не могу это доказать. Но я уверен.

— Генри? Он-то каким боком здесь задействован?

— Все дело в канале Блэкуотер, — наставительно произнес Райм, не отрывая взгляда от карты. — В семнадцатом веке строительство каналов было объяснимо, поскольку сухопутные дороги были ужасными. Но, по мере того как шоссе и железные дороги становились лучше, водные пути использовались для перевозки грузов все реже и реже.

— Где вы все это узнали?

— В историческом обществе Роли. Мне это поведала очаровательная дама по имени Джулия Девер. Она также сказала, что канал Блэкуотер был закрыт вскоре после Гражданской войны. И не использовался в течение ста тридцати лет. До тех пор, пока Генри Дэветт не начал водить по нему баржи.

Белл кивнул.

— Это случилось лет пять назад.

— Позвольте спросить, — продолжал Райм, — вам не приходило в голову, почему это произошло?

Шериф покачал головой.

— Помню, мы беспокоились, что мальчишки станут плавать к баржам, и рано или поздно это плохо кончится. Но ничего подобного не произошло, и мы обо всем забыли. А я ведь действительно не знаю, почемуДэветт использует водный путь. У него полно грузовых машин. А до Норфолка рукой подать.

Райм кивнул на списки улик.

— Ответ здесь. Та улика, происхождение которой я так и не смог установить — камфен.

— Та штука для фонарей?

Скорчив гримасу, Райм покачал головой.

— Нет. Я допустил ошибку. Камфен действительно использовалсяв фонарях. Но он также имел и другое применение. На основе камфена производился токсафен.

— Это еще что?

— Один из наиболее ядовитых пестицидов. В основном он использовался на Юге, но в восьмидесятые его применение запретили по требованию экологов. — Райм гневно тряхнул головой. — Я предположил, что поскольку токсафен запрещен, присутствие камфена не может объясняться пестицидами, и зациклился на старых светильниках. Но только мы так и не нашлиникаких старых светильников! Мои мысли двигались по проторенной колее и никак не могли из нее выбраться. Светильников нет? И только совсем недавно я пересмотрел свое решение и понял, что надо искать источник пестицидов. И сегодня утром я установил происхождение камфена.

Белл кивал, зачарованно слушая его.

— И где же вы нашли камфен?

— Везде, -ответил Райм. — Я попросил Люси взять образцы воды и почвы в окрестностях Таннерс-Корнера. Токсафен повсюду: в воде, на земле. Мне следовало бы обратить внимание на то, что сказала Сакс в тот день, когда она шла по следу Гаррета и Лидии. Она везде встречала большие голые участки, полностью лишенные растительности. Сакс решила, что это следствие кислотных дождей, но это не так. Всему виной токсафен. Самая высокая концентрация этого яда наблюдается в радиусе двух миль от завода Дэветта — в районе Блэкуотер-Лендинг и канала. Асфальт и рубероид являются лишь прикрытием для производства токсафена.

— Но ведь вы сказали, токсафен запрещен.

— Я позвонил знакомому агенту ФБР, и тот связался с Управлением по охране окружающей среды. Токсафен разрешается использовать в чрезвычайных случаях. Однако Дэветт сколотил свои миллионы не на этом. Сотрудник управления объяснил такое понятие, как «ядовитый круг».

— Звучит устрашающе.

— Неудивительно. Так вот, токсафен действительнозапрещен в Соединенных Штатах, однако запрет относится только к его использованию.Токсафен можно производить для поставок в другие страны.

— И там он используется?

— Токсафен разрешен в большинстве государств Третьего мира и странах Латинской Америки. И вот круг: там растения обрабатываются пестицидами, а потом продукты питания поступают в США. Санитарные службы осматривают лишь незначительную часть импортируемых овощей и фруктов, так что, несмотря на запрет токсафена, многие люди у нас в стране до сих пор употребляют этот яд.

Белл цинично усмехнулся.

— И Дэветт не может транспортировать токсафен сухопутным путем, потому что города и округа, через которые проходят шоссе, не позволят перевозить через них ядовитые грузы. Не говоря уж о том, какой это вызовет общественный резонанс, если о его деятельности станет известно.

— Вот именно, — кивнул Райм. — Поэтому Дэветт возобновил судоходство по каналу Блэкуотер, чтобы по Внутреннему водному пути доставлять токсафен в Норфолк, где его перегружают на иностранные суда. Но только сначала ему пришлось решить одну проблему: когда в конце девятнадцатого века канал закрылся, прилегающие к нему земли были распроданы в частную собственность. Люди, чьи дома выходили на канал, имели право контролировать то, как он используется.

— Поэтому Дэветт им заплатил, выкупая по частям землю вокруг канала, — кивнул Белл. Внезапно его озарило. — Должно быть, он выложил кучу денег — достаточно только взглянуть, какие роскошные особняки выросли в Блэкуотер-Лендинг. А какие у жителей шикарные машины — одни «Мерседесы» и «Лексусы». Но все же причем тут Мейсон и родители Гаррета?

— Отцу Гаррета принадлежал участок земли на берегу канала, и он не желал продавать свои права на него. Поэтому Дэветт или кто-то из его помощников наняли Мейсона, чтобы тот с помощью местных подонков расправился с семьей Хэнлонов. Полагаю, это сделали Калбо, Томел и О'Сариан. После чего Дэветт подкупил распорядителя завещания, и земли были проданы ему.

— Но ведь родные Гаррета погибли в автомобильной катастрофе. Я сам читал отчет.

— А не Мейсон ли составлял тот отчет?

— Точно не помню, но может быть, и Мейсон, — признался Белл. Он с восхищением посмотрел на Райма. — Боже мой, как вам удалось до этого докопаться?

— О, все очень просто — в июле не бывает изморози. По крайней мере, в Северной Каролине.

— Изморози?

— Я разговаривал с Амелией. Гаррет рассказал ей, что в ту ночь, когда погибли его родные, окна машины были изнутри покрыты изморозью, и его родители и сестра дрожали от холода. Однако катастрофа произошла в июле. Я вспомнил фотографию в деле: Гаррет со своей семьей. Он был в одной футболке. Снимок был сделан на празднике в честь Дня Независимости, четвертого июля. В статье сообщалось, что катастрофа произошла неделю спустя.

— Тогда что же имел в виду мальчишка? Изморозь, холод?

— Мейсон и Калбо расправились с семейством Хэнлонов с помощью токсафена. Я разговаривал с доктором Уивер. Она сказала, что сильное нейротоксическое отравление часто сопровождается судорогами. Это и есть та дрожь, которую видел Гаррет. А изморозь, вероятно, была вызвана парами токсафена.

— Раз он все видел, почему никому об этом не сказал?

— Я описал мальчишку доктору Уивер. По ее словам, судя по всему, он тоже получил в тот вечер отравление. Следствием чего стала обостренная чувствительность к аллергенам. А также частичная потеря памяти. Его организм остро реагирует на присутствие в воздухе и воде активных химических веществ. Вспомните, у него все тело покрыто язвами.

— Ну да.

— Гаррет считает, что всему виной ядовитый дуб, но это не так. Доктор Уивер сказала, что подобное раздражение кожи является одним из классических симптомов обостренной чувствительности к аллергенам. Организм реагирует на присутствие химических соединений в очень небольших количествах, не заметных здоровым людям. К возникновению язв может привести обычное мыло или одеколон.

— Ваши предположения не лишены оснований, — задумчиво произнес Белл. Он нахмурился. — Но до тех пор, пока у вас нет никаких вещественных доказательств, это все остается на уровне умозаключений.