Путь дурака
Шрифт:
– Ну че, гандон, пойдешь мыться или нет?
Нарада в это время уже опустился на корточки, обхватил свои костыли руками и уставился в пол.
– Пока ответ не придет, я никуда не пойду, я хочу знать, что на этот счет думает Гуру Рулон, обманываете вы меня или нет, – как робот произнес говноед. Рулониты, угорая и глумясь над шизоидом, на некоторое время расползлись по углам.
Минут через 15 в комнату вбежал, как всегда радостный, Сантоша, у которого, казалось, никогда не было никаких проблем, и закричал:
– Нарада, держи, читай ответ Мастера.
Нарада стал читать письмо. Его напряженное рыло стало постепенно расслабляться.
Нарада прочитал
– Ну ладно, если вы не будете бить, пойдем мыться!
Все громко заржали.
Гуру Рулон очень тонко чувствовал каждого человека, и даже если человек находился за миллионы километров от Него, Он мог точно определить, какие у него мысли, какое состояние, какие намерения. И Мастер всегда знал, что кому нужно и в какой момент. И часто одной только фразой Гуру Рулон мог сделать человека самым счастливым на Свете!
«Когда я начал наблюдать за всеми процессами внутри себя, то я стал знать все!!! Потому что все люди - машины и, зная основные программы, по которым работают все машины, можно с легкостью определить, как среагирует в следующий момент та или иная машина. А я пробудился, я перестал быть машиной! В этом мое основное отличие от всех людей, - говорил Рулон, - теперь я могу помочь вам перестать быть машинами, если, конечно, вы этого захотите!!!».
Когда Гурун с Мудей повели Нараду в ванную, последний повернулся ко всем на прощание мордой и, состроив глупую улыбочку форменного шизофреника, помахал рукой. Так три долбоеба скрылись в ванной. После столь длительных мучений, Нарада даже не заметил, что его моют грязными вонючими тряпками из-под обуви.
Минут через пятнадцать из ванной стали раздаваться странные возгласы, придурковатый смех, легкие шлепки, удары обо что-то твердое. Толпа рулонитов вновь сбежалась на очередное представление, посмотреть, что же на этот раз выкинет уебище. Когда дверь в ванную распахнулась, из нее вышли употевшие с взъерошенными волосами Гурун с Мудей - мокрые с головы до пят так, что было не понятно, кто кого мыл. Вслед за ними выполз гвоздь программы – Нарада. По пояс голый, в мокрых штанах, он стал вываливаться в коридор, оставляя за собой мокрые следы. На башке у него была белая в цветочек простыня, которой он вытирал голову. Увидев какие-то осатаневшие глаза Нарады, все расступились, видя, что у него явно где-то что-то сместилось. Нарада тем временем задрал резким движением одну штанину, повязал простыню, которая была на башке, как платок у бабки, и стал корчить рожи, то вытягивая, то втягивая губы, то скашивая, то выпучивая глаза. При этом он издавал сначала гудящие звуки, а потом начал истерично ржать.
Вдруг он завыл не своим голосом, потом схватил себя за волосы и начал их дергать, мыча и воя. Потом он начал кружиться вокруг своей оси, завывая, как вурдалак, а потом встал на бошку и начал бешено вращать орбитами. Веселье было неописуемое! Поначалу все даже слегка опешили, не зная, как реагировать – то ли ржать, то ли обеспокоиться за здоровье Нарады. Вдруг Нарада резко замер, а потом заорал:
Кто я?!!! Кто я?!!!
Нарада, – сказал Гну и прыснул со смеху.
Нарада никак не отреагировал и, схватив, себя за нос, начал теребить
его, тряся башкой вправо-влево. Так он долго тряс себя под общее веселье и улюлюканье наблюдателей. Потом снова заорал:Кто я?!!! Кто я?!!!
Затем Нарада принялся выплясывать «яблочко», то садясь на корточки, то вставая, выкидывая ногу вперед.
– Эх, яблочко, да на тарелочке, - пел дебил.
– Слушай, Мудя, а как ты думаешь, может он просветлел? – спросила опешившая от происходящего, как и многие в тот момент, Вонь Подретузная.
– Да навряд ли, - сморщившись от такого поведения Нарады, сказал Мудя, - скорее всего у него крышу сдуло, я вот думаю, он вообще теперь в себя придет или нет?
– Ребята, Нарада либо просветлеет, либо дураком на всю жизнь останется, - сказал Гну и радостно захихикал.
– Боже ты мой, а может Нарада-то правда просвтелел?!
– схватилась за голову Синильга и вылупила глаза, не в силах оторвать их от Нарады.
– Я его никогда еще таким не видела!
– поделилась дура, наблюдая, как Нарада продолжает юродствовать. Он все так же дергал себя за нос, крутил башкой и орал: «Кто я? Кто я?». Затем он подбежал к камере и стал в нее строить разные рожи, высовывая язык и безумно выпучивая глаза. Потом дебил начал подбегать к рулонитам, дергать их за какую-нибудь часть тела и спрашивать: «А ты кто?».
Так же по-дебильному, с задранными штанами и с перекошенным ебальником он подбежал к ненаглядной Синильге и, тыкая ее пальцем в живот, доебался и до нее: «А ты кто?».
– Это же я, Синильга, вы что меня не узнаете, Нарада?!
– искренне удивилась Синильга, заволновавшись за здоровье своего бомжа.
– Вот он принц во всей своей красе, любуйся!!!
– обратился Гурун к Синильге.
– Ты его еще и не таким увидишь. Это хорошо, что он еще спокойный пока, а то ведь бывают и буйные шизофреники.
Бедолага Нарада так переживал за свои яйца, что слегка сдвинулся и, чтобы как-то спастись от собственных страхов, принялся шизовать. Коды он сам понял, шо с ним стряслось, он уже начал выпендриваться, корча из себя скомороха и, позируя перед камерой в надежде, что коды Рулон увидит этот цирк, то скажет, шо Нарада уже просветлел. Но нихуя подобного, ясен перец, не произошло, т.к. Рулон видел, что Нарада просто выебывается.
Смотри, вот видишь, а ты боялся! – весело сказал Гурун.
И че я боялся! – довольный ответил Нарада. – Оказывается, совсем нестрашно! – Нарада проявлял явные признаки шизы.
Ну че, Нарада, помылся? – спросила Элен.
Да! – радостно ответил Нарада.
А хуй ли ты ссал и так долго ломался?
Не знаю, – пожал плечами Нарада.
Страшно было?
Вообще не страшно. И че я боялся, - удивленно сказал Нарада, продолжая играть дебила в трусах.
Массаж Просветления
А сейчас вы пройдете еще одну практику, которая называется «массаж просветления», - сказала Элен, когда дураки снова собрались все вместе.
А что это такое? – спросил Мудя.
А вот раз ты у нас такой любопытный, на тебе мы и покажем. Ложись, - сказала Ксива.
Мудя, пожалев, что вызвался, лег на живот, снял футболку. Три жрицы сели по бокам от спины Мудона и со всей силы, наваливаясь весом, стали сильно сжимать кожу на спине, передвигаясь вперед, поперек позвоночника.
– А-а-а, - заорал от невыносимой боли Мудя, ощущая, как глаза выпазят из орбит.
Терпи наставник, жрецом будешь, - приговаривая, похлопал его по голове Гну.