Поедем домойСамой длинной дорогой,Поедем к себе,Не считая затрат…Поедем, поедем…Нам тайные хлопотыНамоленным летомУснуть не велят.Поедем мыДолгой плацкартной зимою,Без спроса, под чайныйНаивной обряд.Поедем к себеСамой верной дорогой,Поедем домой —Не жалея затрат.
«А здесь не так уж плохо…»
А
здесь не так уж плохо…Какой-то господинНесёт мне чай с востока,Рахат-лукум – не жизнь.И брошена монеткаВ фонтан через плечо —На счастье, на удачу…Беспечное житьёв бульварных откровеньях —С вином и ни о чём.Зато в тебя здесь верят —Сначала и потом.Черёмухи цветенье, велосипеда прытьПо уличному склону – нельзя остановить…Открыто предложенье – до страшного суда,До белого каленья вновь чистого листа.
Адамов след
Собачий холод… Пик Адама.Разбужен за полночь – иду…Иду к вершине, шаг за шагом,Прикрывшись фиговым листком.Ступени скользкие базальта,Тут днём с огнём – колени в кровь.Ребро, обугленное напрочь,Не претендует на любовь.И прахом грубого помолаСквозь пальцы не за грош ушлоДобычи краткое весельеК подножью пожелтевших рощ.В расщелинах цвет родиолы…Рассвета луч берёт своё.Я на вершине… Плоть от плотиАдам… и больше ничего.
«Мне знакомо его лицо…»
Мне знакомо его лицо,Перепаханное однажды,Пересыпанное мукой,Где отдельно глаза-заплатки.Он несёт мои дни на помол,На прокорм жерновам бесстрастным.Никого не винит и ни в чём —Не грешит укоризной напрасно.У него на плечах мешок —Ловко высыпал зёрна в короб.Перемелется и пройдёт —Лишь ветра сединою в бороду.У него за плечами поток —Колесо крутит, вертит «по-чёрному».Я пойду напишу стишок —Мне для этого хватит удали.
Посадский круг
Мне только бы увидеть вечной город —Я б все болезни вынес на ногах,Чужого толка однотонный морокСпалив в подлунных выцветших стогах.На вдохе распахнулись окна,На выдохе – сомненьям приговор.И переборы разночинной конки —Бессонницы измученный простор.Окраин бледных скомканные лицаНа сдачу покупают корм щеглам.История – кормилица и жрица,Тигрица, погибающая в нас.На вдохе – не увидишь, не поверишь…На выдохе – всему отпущен срок.Мне только бы увидеть вечный город —Алмазный круг посадских мастеров.Создателем закат рукоположен…И никуда не денешься, сиреньИзобличает свойство тонкой кожи —Окраин незлопамятную месть.
«С тобой играют в поддавки…»
С тобой играют в поддавки,Напялив маску с длинным клювом,Чумные тропы проторив,Вокруг развалин Трои водят.Из снов, из караульных зимВоспоминания приходят —В раскрасках детских переживНаивность набуханья почек.Но что-то заставляет вновьПривычным жестом камень броситьС обрыва и считать кругиВ зеркальной чешуе потока.В
какой-то книге я прочёл,И в памяти зависли строки:Лишь отражение тебя —Развалины погибшей Трои.
Бумажный мост
Вы убежали ночью,Хоть выколи глаз – темно…Не дожидаясь рассвета —Едкого дыма в лицо.Вы убежали ночью,Так скоро, что даже смешно,Немые признанья изведавНа зыбком бумажном мосту.Вы убежали ночью —Направленно – в никуда,Стучаться в закрытые двери,По кругу – не помня себя.Вы убежали ночью,И было тёмным-темно —Строчкой по белому полю,Отмычкой в вороньем рту.
«На фоне стен из чёрной черепицы…»
На фоне стен из чёрной черепицы —Продутый ветром, солнцем уличён,Чтоб обелить отпетые страницы —Для фотоснимка делаю лицо:Про то, что умудрён смешным закономВчерашнего без имени числа,Где, с прямотой плацкартного вагона,Чугунных рельс кривая пролегла.
Х
А где-то там война,И все друг друга знают.На выстрел от любвиНа музыках играют.Багровую лунуСквозь тучи наблюдают.Она и он в толпе,Других не замечают.И видно, как быльёмДорогу заметает,А жизнь наперекорМинутами считают.Кроваво-красный светЗа плечи обнимает.Война берёт своё,Где все друг друга знают.
ХI
Им воля была дана —Путешествовать подо льдами.Саблезубая стерва веснаПритаилась, забыв состраданье.Мудрецу перемены в упрёк:«Всё вернется на круги», – он скажет…Лица впалые юных бойцовИ во снах не живут чудесами.Вдоль излучин – торосы гурьбой,Кровоточат под пристальным взглядом.Захлебнуться тяжёлой водойИм не кажется наказаньем.Тело к телу – прошли перекат,По цепочке своих окликая…Впереди глубина, льдов накатИ слышней разговор с небесами.
XII
Нам эта непогодь – ничто…Где берег выгнулся подковой,Построим оловянный домБесценной памяти походной —Привал воскресшей тишины…На безымянной точке сбора,Мы строим оловянный дом,На вырост – в летах беспокойных.И, лёгкость на ветру добыв,Жетонов гроздья соблазнённыхПерекликаются в тишиВечерним поминальным звоном.По имени не знаем всех —По святцам молимся походным.И строим оловянный дом —Во имя стойкости бездонной.
«Паутина летит…»
Паутина летит —Тоска и предчувствие…Дверь захлопну – «в сердцах» —Кругового бесчувствия.И уйду на постойС корабельными соснамиЗа порог болевойНастигающей осени.И уймётся тоскаОтношений застуженных…Паутина летит —Значит, солнце без удержу.
