Пыль

— Я разбомбил Сороковое укрытие раньше, чем понял, что происходит, — сказал Дональд. Он уставился в потолок, ощущая вес всех этих этажей, вес грунта и тяжелого неба. — Я их разбомбил, потому что мне нужно было на что-то отвлечься. И еще мне было все равно. А Анну я убил за то, что она привезла меня сюда и спасла мне жизнь. В обоих случаях я проделал твою работу. Подавил два бунта, зарождение которых ты так и не увидел...

— Нет.

Турман встал и навис над Дональдом.

— Да, — возразил Дональд.

Он моргнул, смахивая набухающие слезы, и ощутил дыру в сердце — там, где когда-то лежал его гнев на Анну. От него теперь остались только сожаление и чувство вины. Он убил женщину, которая любила его больше всех и боролась за то, что было правильно. А он никогда не удосуживался спросить, пошевелить мозгами, поговорить.

— Ты запустил этот бунт, когда нарушил собственные правила, — сказал он Турману. — В тот момент, когда разбудил ее. Ты был слаб. Ты мог угробить все, а я это исправил. И будь ты проклят за то, что прислушался к ней. За то, что притащил меня сюда. И впутал меня во все это!

Дональд закрыл глаза. Он ощущал, как сбежавшие слезинки щекочут кожу на висках. Проникающий сквозь веки свет потускнел, когда над ним нависла тень Турмана. Дональд напрягся, приготовившись встретить удар. Он откинул голову, приподнял подбородок и стал ждать. Он думал об Элен. Об Анне. О Шарлотте. И, вспомнив о ней, начал говорить Турману, где она прячется, пока на него не посыпались удары, пока его не избили так, как он этого заслуживает за помощь этим монстрам, за то, что был их безмозглым инструментом. Он начал говорить Турману о Шарлотте, но за веками стало светлее, тень исчезла, а потом громко хлопнула дверь.

32

УКРЫТИЕ 18

Нехорошее предчувствие возникло у Лукаса еще до того, как он воткнул разъем наушников в гнездо. Красные лампы над серверами пульсировали, но время для вызова было неправильным. Вызовы из Первого укрытия приходили четко по расписанию, а этот застал его во время обеда. Звуковой сигнал и мигающие лампы переместились в его офис, а затем в коридор. Симс, старый шеф службы безопасности, отыскал Лукаса в комнате отдыха и сказал, что кто-то выходит на связь, и Лукас первым делом подумал, что это их таинственный благодетель хочет о чем-то предупредить. А может, хочет поблагодарить их за то, что они наконец-то закончили прокладку туннеля.

В наушниках послышался щелчок — установилось соединение. Лампы на потолке перестали инфернально мигать.

— Алло? — спросил он, переводя дыхание.

— Кто это?

Говорил кто-то другой. Голос был такой же, но слова неправильные. Почему это человек не знает, кто он такой?

— Это Лукас. Лукас Кайл. А вы кто?

— Дай мне поговорить с главой вашего укрытия.

Лукас выпрямился.

— Я глава этого укрытия. Восемнадцатого укрытия операции «Пятьдесят» мирового порядка. С кем я говорю?

— Ты разговариваешь с человеком, который придумал этот мировой порядок. А теперь вызови своего начальника. У вас это... Бернард Холланд.

Лукас едва не ляпнул, что Бернард мертв. Все знали, что Бернард мертв. Это факт. Он сам видел, как Бернард предпочел сгореть, но не выйти на очистку и не дал себя спасти. Но тот человек этого не знал. И от сложностей жизни на другом конце этой линии, этой непогрешимой и не знающей ошибок линии, у Лукаса слегка закружилась голова. Боги оказались не всемогущими. Или же они не сидели за одним столом. Или тот, кто называл себя Дональд, был еще большим мерзавцем, чем Лукас мог вообразить. Или — как заявила бы Джульетта, окажись она сейчас здесь, — эти люди имеют его как хотят.

— Бернард сейчас... э-э... недоступен.

Молчание. Лукас ощутил, как капельки пота выступают на лбу и шее: на него подействовал жар серверов и этого разговора.

— Он скоро вернется?

— Точно не знаю. Могу попробовать... поискать его?

Голос Лукаса дрогнул в конце фразы, которая не должна была прозвучать вопросом.

— Пятнадцать минут, — отрезал голос. — После чего и тебе, и всем вам будет плохо. Очень плохо. Пятнадцать минут.

В наушниках щелкнуло, и разговор прервался быстрее, чем Лукас успел что-либо возразить или оспорить. Пятнадцать минут. Голова все еще слегка кружилась от волнения. Ему нужна Джулс. Нужен тот, кто смог бы притвориться Бернардом, — быть может, Нельсон. И что имел в виду тот человек, когда сказал, что придумал мировой порядок? Такое невозможно.

Лукас подбежал к лестнице и торопливо спустился. Схватил портативную рацию из зарядного устройства и поднялся обратно. Он вызовет Джульетту, пока будет искать Нельсона. Голос другого человека позволит ему выиграть какое-то время, пока он не сможет решить эту проблему. В каком-то смысле то был звонок, которого он постоянно ожидал — когда кто-то захочет узнать, что, черт побери, происходит в их укрытии, — но так этого звонка и не дождался. Лукас ожидал его и теперь был настигнут этим звонком врасплох.

— Джулс? — произнес он в рацию, едва поднявшись по лестнице.

А если она не ответит? Пятнадцать минут. И что потом? Что плохого они реально могут сделать для их укрытия? Другой голос, Дональд, время от времени щедро раздавал зловещие и пустые угрозы. Но этот новый голос, похоже, не шутил. Он снова попробовал вызвать Джульетту. Сердце у него колотилось. Он открыл дверь серверной и побежал по коридору.

— Я тебе перезвоню, — откликнулась Джульетта из зажатой в ладони Лукаса рации. — Тут у меня внизу сущий кошмар. Пять минут.

Лукас тяжело дышал. В коридоре он промчался мимо Симса. Тот развернулся и посмотрел ему вслед. Нельсон должен быть в лаборатории. Дональд нажал кнопку передачи:

— Вообще-то, мне прямо сейчас не помешает помощь. Ты все еще идешь вниз?

— Нет, я уже на месте. Детей я оставила с отцом. А сейчас иду к Уокеру за батареей. Ты что, бежишь? Ты не вниз идешь?

— Нет, ищу Нельсона, — ответил он, переводя дыхание. — Нам кто-то позвонил и заявил, что ему надо поговорить с Бернардом, иначе нас ждут большие неприятности. Джулс... у меня насчет этого нехорошее предчувствие.

Зайдя за угол, он увидел, что дверь в лабораторию открыта. Вокруг дверной ручки болтались полоски изоленты.

— Успокойся, — сказала Джульетта. — И не дергайся. Так кто тебя вызвал? И почему ты ищешь Нельсона?

— Хочу, чтобы он поговорил с тем типом, выдал себя за Бернарда. Хотя бы для того, чтобы выиграть немного времени. Я не знаю, кто звонил. По голосу похож на прежнего парня, но это не он.

— Что он сказал?

— Велел привести Бернарда. И сказал, что это именно он придумал операцию «Пятьдесят». Проклятье, Нельсона здесь нет.