Пыль

— Чёрт знает. Чей-то здешний. Да никто и не заметил пропажу, я думаю. Может даже сами и-и отправили, родители. Меньше ртов. Здесь люди такие.

Коробка из бетонных плит утопала на ближнем краю поля. В пустых оконных проёмах выл жестокий ветер.

Все трое прошли по ржавой пластине, мостом лежавшей у подножья дома.

— Оно ушло под землю уже давно. Вот это, — Ян указал на пластину под ногами, — раньше болталось на крыше.

— Типа вывеска.

— Ну… Что-то типа, наверно. Я пытался её сбить. Кидал в неё всякий мусор. Но ничего. Потом здание немного осело ещё, оставался всего один этаж на поверхности, и эта херня сама упала. Когда-то на ней ещё можно было различить герб такой же как на твоей форме. И буквы, какие-то. Здал взглянул на вывеску, служившую мостом. Пластину покрывал толстый, пупырчатый слой налёта и ржавчины.

Через оконный проём падал лунный свет взбаламученная пыль висела серебристым облаком. Тряпьём на ветру повсюду висела паутина.

— Здание засасывает. Не знаю — чёртово поле его проглатывает.

— Долго оно ещё простоит?

— По лестнице на нижние этажи…, которые уже под землёй. Всё чисто, я уже там был.

— Долго? — переспросил Здоровяк вопрос Здала.

— Да чёрт его… Так что можно спустится.

Ян смело направился в кромешную бездну озаряя путь стрекотом динамо машинки и светом. Здал и Здоровяк шли следом.

— Откуда у тебя фонарик? Это же роскошь, а вы с Милой живёте в… городом не назвать.

— Много городов видел?

— Да не так чтобы… Ни одного.

— От сюда, — ответил Ян Здалу, — Всё от сюда и всё в моём доме тоже от сюда. Местные очень любят заглядывать в мои окна, а потом распускают всякие сплетни. Как мы с Милой хорошо живём. Какие у нас модные вещи. Разные непонятные штуки… Не любят нас здесь, чужие мы… — Почерствевшим голосом произнёс Ян последнюю фразу.

— Я бы и дом обновил, но что-то… Боюсь люди эти нас тогда точно на куски порвут.

— А у меня другой фонарик. Самозарядный. — видя, что Ян разнервничался, касаясь этого вопроса решил сменить тему, — Не знаю, правда, как устроен. Я его встряхиваю, слышно там что-то щёлкает, и он светит.

Они спускались всё ниже воздух становился всё тяжелей.

— Всё. Ниже нельзя, затоплено. Ещё год назад можно было, на этаж ниже. Но… Чёртово поле скоро всё здание… под землю утащит. Скорей всего, мы здесь последний раз. — Опечаленно сказал Ян.

— Мы со Здоровяком итак здесь последний раз. С рассветом мы уйдём из вашего города.

— Не получится у вас уйти.

— Не понял.

— Ты нам помешаешь?! — наехал Здоровяк.

— У нас с Милой не получилось. Не отпускают.

— Кто?

— Жители. Мы им не нравимся. Так что, если что случится, мы виноваты и-и нам по задницам. Нас держат чтобы на нас злится. И мне с Милой хреново и им не скучно. А вы так вообще всем понравились. Вас точно не отпустят.

— Как не отпустят?

— Чёрт знает, заставят как-нибудь. Однажды, к нам пришли… группа. Эта — отряд «Жар-птица». Исследовать остатки прошлой цивилизации: заброшенные здания, там, раскопки вели всякие. Они, наверно, должны были знать почему мы все сейчас так живём. Но, их всех перебили. Остался один доживать свои дни и развлекать тут всех. И знаешь — он жил здесь без права покинуть «Садомерск». Он несколько раз пытался убежать, но его дом держали под конвоем, чёртовы дерьмоеды. А пару дне назад он всё. Умер старый. Теперь им нужен новый весельчак.

— Слышал я по радио вашего ветерана. Он всё правильно говорил про конец света. Но всё равно. Никто не имеет право меня здесь удерживать. Я представитель власти. У меня задание!

— Это мы ещё посмотрим, как они нас заставят. — воскликнул Здоровяк, подбадривая Здала.

— Вот и объяснишь…, когда уходить будете. — с усмешкой сказал Ян.

— Кому объяснять?

— Всем жителям, этого ублюдского города. У них уже мозг издох. Это не люди, это живые мертвецы и им нужна свежатинка, — смеясь сказал Ян, как будто бы в шутку, но не смешную. Улыбка сползла и его лицо приобрело унылый вид в темноте казавшийся гримасой рыдающего клоуна. Ян шмыгнул носом и омрачённое темнотой лицо стало плоским.

Обыскав несколько комнат, они нашли много разных безделушек: настольные лампы, стулья, несколько курток полицейских, и прочих хлам.

— Вот будет подарок для Милы. — Ян открыл шкаф и вынул комплект женской формы.

— Ты что это только что нашёл? Ты же сказал, что уже был здесь.

— Да я был здесь. Чёрт, — Ян оскалился, — Ты знаешь… нельзя, нельзя было мне новую одежду тащить домой. Я же говорил. Люди бы, соседи бы неправильно поняли. А сейчас, сейчас, будь что будет.

— Ты чего так разнервничался?

— Здал, у тебя есть дубинка и пистолет? Это всё должно быть в комплекте, здесь так нарисовано. — Ян светил фонариком на плакат, на котором был нарисован полицейский в полном обмундировании.

Здал замешкался: «Я мог взять не всё? Надо было по лучше посмотреть там около скелетов.».

— Да, давай посмотрим, здесь должно быть. — сказал он.

Со скрежетом Здоровяк двигал стол.

— Эй! Ты что делаешь?

— Я стол нашёл.

— Долго искал? Их здесь в каждой комнате по три штуки.

— На черта он? — спросил Ян.

— Я вам новый стол нашёл.

— Соседи не поймут. Лучше не надо.

— Меня не поймут. — громко рассмеялся Здоровяк, — Так я объясню.

— Сказали тебе не надо, — вмешался Здал.

— Я же сломал.

— Ну и чёрт с ним. Чем беднее живём, тем к нам отношение лучше.

— Ну хотя бы стул.

— И стул не надо. Если получится уйти мы уйдём вместе с вами.

Пучок диодного света выявил из тьмы металлический шкаф.

— Может здесь? Смотри какая чёртова дура.

— Посмотрим.

Шкафчик оказался не такой простой, как наивно ожидалось. Его ковыряли и пинали, и долбили чем попало. Когда показалось что металлическая дверь уже хлюпко держится, прозвучал глухой хлопок. Будто воздушный пузырь, на котором как на подушке балансировало и удерживалось всё здание, лопнул. Здание рывком опустилось.

— Это что?

— Чёртово говно! Не знаю. — крикнул Ян, прислушиваясь, но продолжая, медленно и стараясь как можно тише, выдёргивать дверь шкафа.

— Надо уходить. — утвердительно и непререкаемо сказал Здоровяк. Схватил руку Здала в которой был фонарик поволок к выходу.

— А..! Подождите… — Вода начала омывать ноги Яна, — Чёрт, чёрт…

Здоровяк и Здал, следом за ними Ян, что было духу взметнулись на верхний этаж. Здание медленно проседало.

Коморку, через которую пробрались в здание, завалило землёй. Они остались на лестничной клетке. Лица их были противны уныньем и обречённостью.

— Мы погребены!

У Яна погас фонарь. Заплакав он разбил его о мокрый пол, подняв небольшой всплеск и капелька затхлой воды попала на щеку Здала. Запрокинув голову от брызг Здал воскликнул: