РАБСТВО

Матросы умерли легкой смертью, они так ее и не увидели смерть в лицо!

Увидев нелепую гибель своих матросов, шкипер "Весенней Ласточки" рассердился и решил наказать подлых убийц, он бросил короткое приказание и матросы разбежались по местам, а также, чтобы вооружиться и одеть боевые доспехи. Вскоре по лестнице в носовой части биремы на верхнюю палубу поднялись матросы в броне и с большими луками и арбалетами в руках, полными колчанами стрел за спиной, С морских баллист сбросили матерчатые чехлы и они были приведены в боевую готовность. Послышалась команда шкипера и лучники выпустили первые стрелы по берегу. Но к тому времени, на берегу уже не было ни лучников, ни шлюпки с товаром и ни тел убитых матросов биремы. Один только человек в красном плаще никуда не прятался, а продолжал стоять у линии прибоя, широко расставив ноги и внимательно рассматривая бирему. Ни одна из пущенных нашими лучниками стрел не долетела до берега, все они попадали в волны прибоя. Я всматривался в этого человека, пытаясь понять, зачем ему потребовались невинные души четырех матросов и что у этого человека на душе.

В какой-то момент я почувствовал взгляд человека на берегу, который был очень тяжелым и он был наполнен большой магической сила и мощью, которому было бы трудно противостоять и опытному боевому магу. Этот взгляд только скользнул по мне, поэтому я не пострадал, но сумел уловить и прочувствовать безумие разума этого человека на берегу. Безумный маг на берегу! От понимания этого, от тяжести взгляда его безумных глаз и от ледяного ужаса, охватывавшего меня, стали шевелиться и вставать дыбом волосы на голове. Этот маг не понимал и не ценил человеческую жизнь, он отрицал любые жизненные принципы и устои, был готов совершить любое преступление, но чтобы только иметь власть над людьми и высшее могущество в магии.

Последовала новая команда шкипера, под барабанный ритм и рабы-гребцы сделали несколько гребков, а затем левый борт дружно начал веслами табанить, заставляя "Весеннюю Ласточку" правым бортов развернуться к берегу. Шкипер полагал, что, если бирема будет оставаться в таком положении, то лучникам легче будет обстреливать цели на берегу. Но к этому моменту, как я уже говорил, других целей помимо мага в красном плаще на берегу уже не было. Маг стоял и не двигался и терпеливо ждал своего часа. Он был крупным по своему телосложению человеком, имел высокий рост и широкие плечи, но ночной сумрак делал его малоразличимой целью. Вслед за первым, последовали второй и третий залпы лучников биремы, но ни одна из стрел так и не поразила цель. Простым глазом можно было заметить, что стрелы проскальзывали рядом с его головой и телом, но ни одна из них не задела мага.

И тогда, в моей голове мелькнуло понимание разворачивающейся всей этой картины, маг заманивал "Весенняя Ласточка" ближе к берегу, чтобы ее захватить, ему была нужна сама бирема и весь ее экипаж. Маг на берегу матросов экипажа планировал превратить в зомби, сотворить из них новых слуг или верных солдат. Бирему он хотел превратить в своего рода "Летучий Голландец" для грабежей и пиратства на море.

Еще в начале боя, наблюдая за поведением шкипера и его матросами, я в душе хорошо понимал, что они не смогут противостоять боевой магии противника, рано или поздно "Весенняя Ласточка" окажется в руках черного мага. Эта мысль молнией пронеслась в голове, мне очень хотелось предупредить шкипера о надвигающейся опасности и о том, что ему следует бросить заигрывать с магом на берегу и бежать отсюда, как можно быстрее и куда глаза глядят. Нужно любой ценой спасать "Весеннюю Ласточку", потому что любая задержка биремы в этом заливе приведет только к тому, что будут большие жертвы среди матросов экипажа и погибнут все рабы-гребцы, мы были не нужны магу на берегу по какой-то причине, которую я не совсем разобрал или не понял. Непонятно почему этот маг опасался рабов-гребцов биремы и был решительно настроен их уничтожить, особо не общаясь с ними на близком расстоянии. Мои чувства были обострены и мне хотелось сорваться со своего места, запрыгнуть на палубу и прокричать шкиперу, чтобы он, как можно быстрее поднимал якорь и убирался от этого берега.

Ошейник воспринял этот мой внутренний порыв, как проявление непозволительного своеволия и явное нарушение дисциплины, поэтому в профилактических целях решил подвергнуть меня наказанию. Внутри моего тела родилась боль, которая начала быстро разрастаться, пока не захлестнула все тело и, находясь на грани провала в беспамятство, я почувствовал, как удушье перехватило мое тело, как я ни старался протолкнуть в свои легкие хотя бы один глоток воздуха, ошейник не его пропускал. Чтобы не умереть от удушья я руками ухватился за это магическое устройство и старался растянуть его, что еще и еще раз глотнуть свежего воздуха. Но у меня ничего не получалось, тогда я напряг мускулы рук и с силой рванул за кольцо на шее. Послышался хруст шейных позвонков и я умер.

Глава 18

Этот день стал черным днем для всего султаната Гурам, его столица и замок-цитадель Эль-Нассара подверглись вражескому нападению.

В этот день ничто не предвещало и не говорило о том, что именно сегодня султанат и его столица подвергнутся вражеской атаке. Утро началось, как и обычно, Эль-Нассар проснулся и поспешил за рабочий стол, столько дел и документов требовали его внимания, что времени не хватало. Он давно уже забыл о тех временах, когда находил свободный час, чтобы побыть одному и поразмышлять на свободную тему. А сейчас приходилось прямо из-за рабочего стола ложиться в постель, чтобы прикорнуть пару часов и с утра снова за дела. Вчера была получена очередная депеша из Пограничья, в которой сообщалось, что в этом захваченном врагом регионе обстановка оставалась напряженной, враг продолжал там укреплять свои позиции и власть. Он пока не выказывал намерения о дальнейшем продвижении вглубь султаната. Вот и сегодня утром, пока слуга готовил завтрак, Эль-Нассар еще прочитал этот маленький листок бумаги, исписанный каллиграфическим почерком резидента его разведки в том регионе. После выявленного предательства Хусейна Файеза, он попросил маркиза Алистана направить в Пограничье своего человека, людям Файеза теперь доверять было нельзя, чтобы тот наблюдал за тем, что происходит в на захваченных врагом территориях, и своевременно его информировал бы о любом изменении, происходящим в стане врага.

Это шпион-разведчик вот уже второй месяц слал из Пограничья свои успокоительные донесения. Но в душе Эль-Нассара постоянно скребли кошки, не то, чтобы он не верил этому шпиону маркизу Алистана, просто его память не могла забыть о внезапном появлении и таком же внезапном исчезновении первого гонца из Пограничья. Тот гонец принес весть о разгроме пограничной стражи и о захвате врагом этого региона, Повелитель лично принимал этого человека и разговаривал с ним. Человек-гонец не вызывал не малейших подозрений ни своим видом, ни тем, о чем рассказывал, он предоставил достоверную бумажку с ценнейшей информацией, которая была написана почерком руки капитана пограничной стражи. В результате появления этого гонца и доставленной им информации было выявлено предательство министра внутренних дел Файеза, люди маркиза Алистана бросились разыскивать этого гонца, после ареста министра, но его уже нигде не было. Так и осталось загадкой, кто же был этот человек и кто направил его с депешей в столицу.

Прочитав донесение разведчика еще раз, Эль-Нассар принялся за завтрак, с которым расправился в минуту. В эти минуты он размышлял о том, что неплохо начались дела в Аннуаре, было набрано немало рекрутов из сельской молодежи и вот второй месяц идет ее обучение азам военного искусства, парни уже стали понимать, что такое строй и как держать первый удар противника. Сегодня он собирался капитана Фенриха освободить от обязанностей капитана городской стражи и направить его в Аннуар для ускорения процесса обучения сельской молодежи и формирования дивизии. После чего, можно было заняться и делами в Пограничье. Но в этот момент послышался тревожный зуммер гранатового браслета, то Эль-Нассар довольно-таки спокойно соединился с вызывающим его капитаном Фенрихом. Но когда капитан Фенрих стал докладывать о том, что вблизи крепостных стен столицы открылся гигантский магический серебряный портал, из которого выходят войска, Эль-Нассар ощутил, как защемило его сердце. Что в его жизни наступил тот момент, к которому он и его друзья всегда готовились и ждали, однако, в глубине своих душ надеясь, что этого момент никогда не наступит. Что султанат Гурам оказался на пороге большой войны, что прольется народная кровь.

Враг постучался в ворота мирного султаната рукой в железной латной рукавице и с обнаженным мечом в руке. Теперь можно с большой доли уверенности сказать, что его близкий друг и придворный маг Айрон Филдинг был полностью прав, когда утверждал, что мир Тринидада погрязает в борьбе за передел власти и что султанат Гурам первая жертва этой борьбы. Выслушав капитана Фенриха, поездка которого в Аннуар откладывалась на неопределенное время, он спокойным голосом попросил его отправить разведку в различные кварталы столицы, чтобы выяснить, какая там обстановка, и одновременно продолжать наблюдение за магическим порталом и появляющимися из него войсками. Подумав немного, Эль-Нассар попросил капитана, не приказал, а именно его попросил, собрать в кулак все подразделения городской гвардии и прорываться из города, идти в Аннуар. Капитан Фенрих был несколько огорошен подобной просьбой Повелителя, который только что приказал не защищать его лично и его замок от атак врага, без боя уходить из столицы, сдать ее на милость врага. Он хотел переспросить Эль-Нассара о подоплеке подобного приказа, но тот уже отключился.

Эль-Нассар поспешил в свой кабинет, он хотел по янтарному камню переговорить с Верховным Правителем Восточной Империи и попросить его о срочной помощи войсками. Этот янтарный камень заклинаниями придворного мага был настроен на постоянную магическую связь с дворцом правителя. Двадцать лет он верой и правдой служил Верховному Правителю, исполнял его малейшие поручения и за это время еще ни разу не обращался к нему с какой-либо просьбой. Но сегодняшний день изменил это правило, заставлял Эль-Нассара обратиться к своему сюзерену и просить его о военной помощи, так как у него не было армии, чтобы противостоять врагу.

Янтарный камень находился на своем обычном месте, но в этот момент вокруг него не было голубоватого ореола слабого мерцания. Отсутствие подобного мерцания означало лишь одно, и это одно было наиболее худшим, что могло бы произойти - связь с Верховным Правителем в данный момент отсутствовала. Эль-Нассар все же схватил янтарный камень в руки и прислушался, не появиться ли фон, который обычно возникал при установлении канал связи, но ни единого звука не было слышно.