Рамаяна

— О Сита, я — Равана, царь демонов, в страхе перед которым трепещет мир, боги и демоны. О источник радости, лишь только я увидел тебя, сияющую, как золото, облаченную в шелк, мои жены перестали привлекать меня. Стань первой царицей среди тех бесчисленных женщин, украденных мною в разных частях мира. Ланка, моя столица, что лежит посреди океана, выросла на вершине холма. Там, о Сита, гуляя со мной в рощах, ты забудешь этот лес. О прекрасная, если ты станешь моей женой, пять тысяч слуг в драгоценных украшениях будут служить тебе. Безупречная дочь Джанаки преисполнилась негодования и презрительно отвечала демону:

— Я завишу от моего господина, Рамы, непоколебимого, как скала, спокойного, как океан и равного самому Махендре. Рама обладает всеми добродетелями и статью напоминает дерево Ньягродха. Я завишу от этого знаменитого и благородного воина, у которого длинные руки, широкая грудь, походка льва, который напоминает царя зверей. Я принадлежу ему, величайшему из людей, ему я отдала всю свою преданность. Я останусь верна Раме с лицом прекрасным, как полная луна, сыну царя, обуздавшему страсть, безгранично известному и могущественному. О шакал, ты жаждешь львицы, но тебе не овладеть мною, как не поймать луч солнца! О негодяй, ты пытаешься увести возлюбленную супругу Рагхавы! Воистину, ты воображаешь деревья перед собой золотыми, ты пытаешься вырвать зуб у голодного и мужественного льва, врага лани, или добыть клык ядовитой змеи. Ты хочешь голыми руками поднять гору Мандару или жить легко, выпив яд? Ты пытаешься растереть глаза иголкой или облизывать бритву! Ты мечтаешь пересечь океан с камнем на шее и достать солнце и луну? О демон, задумавший похитить возлюбленную супругу Рамы, ты пытаешься унести в своей одежде огонь или ходить по железным шипам. Ты и Рама — это шакал и лев, ручей и океан, нектар богов и кислая ячменная кашица! Это золото и железо, сандал и глина, слон и кот, орел и ворон, павлин и утка, лебедь и стервятник. Даже если ты украдешь меня, пока этот могущественный стрелок Рама, доблестью равный тысячеглазому богу, будет жив, ты сможешь насладиться мною не более чем муха — очищенным топленым маслом, в которое попала. Бросая эти слова жестокому ночному разбойнику, бесхитростная Сита дрожала, как лист на ветру. Видя ее страдания, Равана, ужасный, как смерть, стал хвастливо описывать свой род, могущество, имя и подвиги, дабы еще больше разжечь ее страх.

Глава 48. Сита отвергает Равану

Задетый гордыми словами Ситы, Равана, нахмурившись, сурово отвечал:

— О дева прекрасного облика, процветания тебе! Да будет тебе известно, что я — брат хранителя сокровищ, мое имя Равана. Я — могущественный Дашагрива, от которого в страхе разбегаются все твари — боги, гандхарвы, пишачи, патаги и наги. Я подчинил своей власти единокровного брата Куверу, вызывав его на бой и одержав над ним верх. Кувере пришлось бежать из своей роскошной обители и искать прибежища у Кайласа, повелителя гор. Благодаря своей доблести я лишил его чудесной колесницы Пушпака, управляемой лишь силой желания, в которой я путешествую по небесам. Взгляни на мое устрашающее лицо, от которого боги с Индрой во главе разбегаются в ужасе, о Маитхили. Куда бы я ни отправился, ветер затихает, а лучи солнца уподобляются лунным. Где бы ни ступила моя нога, листва на деревьях замирает, а реки замедляют свой бег. За морем находится моя великолепная столица Ланка, населенная могущественными великанами, не уступающая Амаравати, крепости Индры. Это прекрасный, окруженный сияющими защитными сооружениями город с золотым валом и изумрудными вратами. Это город мечты! Полный слонов, коней и колесниц, оглашенный звуками горнов, он украшен садами чудесных деревьев, плодоносящих фруктами на любой вкус. О Сита, о дочь царя, ты будешь жить со мной в этом городе, забыв обо всех смертных женщинах. Ты вкусишь небесных радостей! О дева с утонченным лицом, не думай больше о Раме, это не более чем человек, и конец его близок. Возведя на трон своего любимого сына, царь Дашаратха сослал лишенного доблести героя в лес. Что тебе до Рамы, потерявшего свое царства и живущего в уединении, как аскет, о большеглазая красавица? Я, повелитель демонов, сам явился сюда, сраженный стрелой бога любви. Не достойно тебя пренебрегать мною. О робкая женщина, если ты пройдешь мимо меня, ты скоро раскаешься, подобно Урваши, ударившей ногой пураравов. Рама — обыкновенный смертный, он не стоит даже моего пальца в сражении. Великая удача, что я пришел к тебе, отдайся мне, о прекрасная женщина! Ваидехи, сверкая гневными глазами, твердо отвечала повелителю демонов:

— Ты выдаешь себя за брата Куверы, который держит в страхе всех небожителей, почему же ты позволяешь себе совершить столь бесславный поступок, о Равана? Несомненно, все демоны встретят свою смерть, имея такую жестокую, бесчувственную и сладострастную личность, как ты, своим государем. Похититель Шачи, супруги Индры, может выжить, но тот, кто унесет супругу Рамы, не узнает покоя. О демон, если у похитителя супруги Индры есть надежда остаться в живых, то унесший меня не избежит смерти, даже если выпил напиток бессмертия!

Глава 49. Равана похищает Ситу

Могущественный Равана ударил рука об руку и явил свой истинный гигантский лик. Он красноречиво обратился к Сите:

— Мне кажется, ты утратила дар слуха, раз не слышишь о моей величайшей доблести и могуществе! Паря в просторах космоса, я могу поднять Землю! Я могу осушить океан и победить саму смерть в сражении. Своими стрелами я могу разбить на куски солнце и расколоть земной шар. Ты, поддавшаяся на хитрость и потакающая любому своему капризу, видела, как по собственной воле я могу менять облик. Равана говорил это, преисполненный гнева. С горящими, как угли, глазами, он напоминал пламя. Сбросив личину добродетели, младший брат Куверы, принял ужасающий лик, словно это была сама смерть. С горящими глазами, во власти гнева, сверкающий украшениями из чистого золота, этот подобный темному облаку повелитель ночи явил Сите свой истинный лик с десятью головами и двадцатью руками. В кроваво-красных одеждах он устремил на Маитхили, эту жемчужину среди женщин, свой взгляд и обратился к подобной солнцу, чарующей деве с темными волосами, в сари и драгоценностях:

— О прекрасная женщина, если ты жаждешь повелителя, прославленного на все три мира, то вручи себя мне. Я муж достойный тебя. Отныне служи мне! Я окружу тебя великим почетом и никогда не доставлю неудовольствия. Откажись от своей любви к человеку и отдай свое сердце мне. Что связывает тебя с Рамой, о глупая, но полагающая себя мудрой? Он изгнан из своего царства и слишком слаб, чтобы сотворить свою судьбу, дни его сочтены! Рама, по приказу женщины лишившийся царства, друзей и народа, теперь живет в лесу, полном диких зверей! Бросив эти слова Маитхили, достойной нежных и мягких речей, злобный великан, пылая страстью, схватил ее, как Будха хватает Рохини. Левой рукой он держал лотосоокую Ситу за волосы, а правой — за бедра. Видя Равану с его острыми, как верхушки гор, зубами, напоминающего смерть, небожители в страхе разбежались. В то же мгновенье появилась громадная золотая колесница Раваны, запряженная мулами. Он поднял Ситу и, заключив в объятия, взошел на колесницу. Добродетельная и несчастная Сита, оказавшая во власти демона, стала рыдать и громко звать: «Рама! Рама!» Но он был далеко в лесной чаще. Сита не испытывала и тени любви, но Равана, охваченный страстью, вместе с нею поднялся высоко в небо, хотя она отбивалась изо всех сил, словно супруга повелителя Змей. Обнаружив себя высоко в небесах в колеснице царя демонов, измученная Сита пронзительно кричала:

— О Лакшмана, о длиннорукий воин, который всегда служит удовольствию старших, неужели ты не знаешь, что великан с изменчивым ликом уносит меня? О Рагхава, пожелавший отречься от жизни и счастья во имя долга, неужели ты не видишь, что меня уносит демон непревзойденной злобы? О повергающий врагов своих, разве ты не привык карать злодеяния? Почему ты еще не проучил этого ужасного демона за его надменность? Повернувшись к Раване, она продолжала:

— Воистину, злодеяния не сразу приносят плод, но время заставляет зерно созреть! За это грубое попрание закона, тебя, о Равана, лишенного судьбой разума и чувств, ожидает ужасное возмездие, с которым тебе придет конец. Увы! Замысел Кайкейи увенчался успехом, поскольку я, добродетельная супруга Рамы, разлучилась с моим героем. Я взываю к Джанастхану и цветущим деревьям Карникара, чтобы они поскорее рассказали Раме, что Равана унес Ситу! Я молю реку Годавери, чтобы перекликающиеся журавли и лебеди поведали Раме, что Равана украл Ситу! Почтительно приветствуя лесные божества, я взываю к ним рассказать моему господину о моем похищении! Я умоляю все созданья, где бы они ни были, будь то зверь или птица, или житель леса, дайте Раме знать, что его нежную супругу, которой он дорожил больше жизни, насильно унес Равана. Ища защиты, сообщите могучерукому царевичу о моем несчастье, чтобы он своей великой силой освободил меня даже из плена Ямы, сын бога солнца! В безграничном горе большеглазая Сита, бросая эти слова скорби, увидела коршуна Джатаю, сидевшего на дереве. Уносимая Раваной, полным плотских желаний, прекрасная Сита жалобно крикнула:

— О благородный Джатаю, посмотри, как злобный царь демонов безжалостно уносит меня, словно женщину, оставшуюся без защиты! Ты не сможешь противостоять ему, потому что этот жестокий и злой ночной разбойник очень могуществен, надменен и вооружен. И все же, о птица, отнеси Раме и Лакшмане весть о моем похищении, расскажи им все, ничего не упустив!

Глава 50. Джатаю нападает на Равану

Крепко спавший Джатаю проснулся, услышав этот зов и увидел Равану и дочь Видехи. Царь птиц, своим острым клювом напоминавший вершину горы, усевшись на дерево, мягко обратился к Раване:

— О Дашагрива, я сведущ в Пуранах, тверд в своих обетах и следую путем дхармы. О брат, не пристало тебе совершать эту подлость у меня на глазах! Мое имя Джатаю, я царь коршунов. Знай, ты силой уносишь прекрасную Ситу, верную и знаменитую супругу защитника миров, повелителя людей Рамы, сына Дашаратхи, который равен Варуне и Махендре и всегда заботится о благе всего живого. Как царь, верный долгу, может засматриваться на чужую жену? О наделенный великой доблестью, ты должен защищать царских жен, поэтому обуздай низменные порывы своего сердца оскорбить чужую жену. Благородный человек избегает всего, за что его можно будет потом упрекнуть, и покровительствует чужим женам, как своим. О радость Поуластьи, так или иначе это касается того, что приемлемо и приятно, в отсутствие авторитета писаний человек чести в вопросах долга следует примеру царя. Царь воплощает долг, царь воплощает желание и является высшим сокровищем своих подданных, он — корень добра и зла. О царь демонов, ты зол и изменчив по природе! Как обрел ты царство, словно грешник, завоевавший небесную обитель? Неправедному и похотливому человеку трудно изменить свою природу, порочные люди не помнят благородных советов. Могущественный и добродетельный Рама не чинил зла ни твоему государству, ни столице, почему же ты бросаешь ему вызов? Разве можно упрекать безупречного Раму за то, что он из-за Шурпанакхи убил злобного Кхару в Джанастхане? Почему ты пытаешься унести супругу этого повелителя людей? Отпусти Ваидехи немедленно, чтобы своим смертельным взглядом, напоминающим раскаленный очаг, он не уничтожил тебя, подобно Индре, своей молнией испепелившему Вритру. О Равана, ты сознаешь, что несешь в своей одежде страшно ядовитую змею, не заглядывая далеко вперед, ты надел смертельную петлю себе на шею. Человеку должно нести только посильное бремя и есть только то, что не вызовет в нем болезни. Кто посвятит себя недостойной деятельности, где нет ни справедливости, ни уважения и которая будет стоить жизни? О Равана, мне уже шестьдесят тысяч лет, я справедливо правил владениям своих предков. Я уже стар, а молод и вооружен луком, кольчугой и стрелами, ты возвышаешься на колеснице, и все же тебе не уйти целым и невредимым, если ты пытаешься унести Ваидехи. В моем присутствии тебе не удастся более совершать над ней насилие, как невозможно силой логики уничтожить мудрость Вед. Если ты не боишься, о Равана, тогда остановись на мгновенье и сражайся! Ты падешь на землю, подобно Кхаре! Рама в одеждах из древесной коры, не раз повергавший Даитьев и Данавов в сражении, скоро убьет тебя в сражении. Что же до меня, я знаю что делать! Двое царевичей далеко, и ты несомненно бежишь изо всех сил в страхе перед ними, негодяй! И все же, пока я жив, тебе не удастся украсть прекрасную Ситу, возлюбленную супругу Рамы, с глазами, подобными лепесткам лотоса. Даже если это будет стоит мне жизни, я совершу это служение великодушному Раме, как и самому царю Дашаратхе. Стой! Стой! О Дашагрива, задумайся на мгновенье. О Равана, я сброшу тебя с твоей огромной колесницы, словно спелый фрукт с ветки! О ночной разбойник, я вызываю тебя на последний бой!

Глава 51. Битва Джатаю и Раваны

Пока Джатаю, царь птиц, говорил, Равана, этот индра среди людей в золотых серьгах, с глазами красными от гнева, напал на него, и в небе завязалась ужасная битва, когда оба напоминали облака, гонимые сильным ветром. В этом сражении Джатаю, царь стервятников, и Равана, повелитель демонов, казались двумя крылатыми горами. Равана стал осыпать могущественного царя птиц бесчисленными стрелами со стальным наконечником, но царь обладателей колесницей крыльев не поколебался и своими острыми длинными когтями нанес тирану множество ран. Тогда Дашагрива, в ярости пытаясь уничтожить своего противника, достал смертоносные стрелы, натянул к уху свой лук и выпустил их в Джатаю, который сразу стал для них мишенью и которого они пронзили своими стальными наконечниками. Видя дочь Джанаки, обливающуюся слезами в колеснице демона, Джатаю, не замечая тех стрел, набросился на своего врага и когтями тот доблестный правитель пернатого племени сломал его лук, украшенный жемчугом и драгоценными камнями, и вместе с ним стрелы. Тогда Равана в гневе схватил другой лук и осыпал Джатаю градом сотен и тысяч стрел. Погребенный под теми стрелами, Джатаю был похож на птицу в своем гнезде, но, взмахнув своими крыльями, он разогнал это облако стрел и своими острыми когтями сломал могущественный лук. Ударами своих крыльев он разбил сверкающий, как огонь, щит Раваны и разбросал пылающие стрелы, окружившие его. Джатаю в этой схватке убил быстрых мулов с головами демонов в золотой сбруе и разрушил колесницу Раваны, снабженную тройными бамбуковыми перекладинами, которая подчинялась велению мысли, сияющая как огонь, усыпанная драгоценными камнями. Одним движением своих крыльев Джатаю разбил полог, подобный полной луне вместе с опахалами и демонами, которые держали их. Со сломанным луком, лишившийся колесницы, коней и возничего, Равана спрыгнул на землю, прижимая Ситу к груди. Видя, что Равана прекратил свой полет, а колесница его разрушена, все лесные твари издали возглас радости и стали вновь и вновь прославлять царя птиц, почтительно кланяясь ему. Однако Равана понимал, что крылатый герой истощен и стар, и потому с великой силой взмыл в воздух с Ситой в руках. Потеряв в сражении свой лук и другое оружие, с одним мечом в руках он страстно прижимал Джанаки к груди. Царь птиц ринулся на него и сказал:

— О бесчувственный, ты уносишь возлюбленную супругу Рамы, сияющую, как молния. Ее похищение принесет тебе гибель. Как истомленный жаждой человек пьет воду, так ты выпиваешь яд вместе со своими друзьями, родственниками, министрами и всем народом. Те, кто несмотря на желанную дальновидность не сознают последствий своих деяний, скоро погибают, и ты тоже встретишь свой конец. Со смертельной петлей на шее куда тебе бежать? Ты подобен рыбе, проглотившей крючок или наживку. Несомненно те два непобедимых героя, потомки династии Рагху, не потерпят этого насилия. Преступление твое, совершенное безо всяких оснований, станет известно всему миру, как путь, опасный разбойниками, который честные люди обходят стороной. Если ты не трус, сражайся, о Равана, или остановись на мгновенье и ты мертвым ляжешь на земле, подобно брату твоему Кхаре. Воистину, все, что ты делаешь сейчас, привет тебя к гибели, как неблаговидные поступки приводят человека к смерти. Злодеяния недопустимы даже для создателя Вселенной, самого Сваямбху [13] ! Произнеся столь резкие слова, Джатаю налетел на десятиглавого демона и, схватив его своими когтями, разорвал его плоть, словно погонщик — упрямого слона. Нанеся глубокие раны, он вонзил свой острый клюв ему в спину и когтями вырвал волосы. Под нападками доблестного царя, демон, дрожа от гнева и левой рукой прижимая к себе Ваидехи, ударил Джатаю ладонью, а могущественный коршун, повергающий своих врагов, бросался на Дашагриву и своим клювом рвал его десять левых рук. Но на месте оторванных мгновенное появлялись новые, словно змеи, выползающие из муравейника и брызжущие ядом. В гневе могущественный Дашагрива выпустил из рук Ситу, чтобы кулаками и ногами отбить атаки царя коршунов. Страшная битва разгорелась между теми двумя отважными противниками — царем демонов и лучшей среди птиц, пока Равана, достав свой меч, не отсек Джатаю крылья и ноги, пронзив бока этого верного защитника Рамы. Небесный скиталец разорвал два крыла царя птиц, и Джатаю упал наземь в преддверии смерти.

13

Брахмы.