Расул

— Жить. Переезжай ко мне…

Я застыла в его руках, не смея ни отстраниться, ни что-либо произнести.

— Лиля…

Видимо, молчала я долго и упорно, и Хасаев, не выдержав, отстранился от меня первым, чтобы иметь возможность взглянуть в глаза, найти в них безмолвный ответ.

— Не хочешь?

— Я… это очень неожиданно… — Я тряхнула головой, словно это могло хоть как-то помочь, а затем нахмурилась. — Кто мы друг другу? — Наверное, этот вопрос был самым важным, и знай я на него ответ, я бы точно могла сказать Расулу либо «да», либо «нет».

— Ты так хочешь затеять этот разговор прямо сейчас?

— С учетом того, что ты только что предложил, да.

— Понятно. — Расул отстранился, а я вдруг почувствовала холод, стало неуютно, но я не подала вида.

— А чего ты хотел? Если бы мы были давно устоявшейся парой, у которой давно к этому шло, я бы сказала, разумеется, давай жить вместе и на этом вопрос был бы исчерпан. У нас же с тобой… я даже не знаю, как назвать то, что происходит у нас с тобой, понимаешь? Мы друг другу коллеги, враги, друзья, любовники или просто бывшие одноклассники? В качестве кого я поеду сейчас жить с тобой в твой дом?

— Женщины… — выдохнул Хасаев, качая головой. Мол, все-то вы любите усложнять. Но разве я могла по другому? Кто бы на моем месте поступил иначе?

— Не можешь ответить? — Я скрестила руки на груди и нахмурилась, оглядывая старого знакомого осуждающим взглядом.

— Нет, не могу. — Расул пожал плечами. — Но если ты переедешь ко мне, то рано или поздно мы определимся, кем являемся друг для друга.

— А позвать на свидание?

— Да что ты заладила с этим свиданием, я предлагаю тебе жить вместе, это серьезнее! Это намного больше показывает мое отношение к тебе, чем таскание тебя по театрам и дарение букетов. Но если ты хочешь, ок, мы сходим в в театр и завалю тебя цветами, — устало выдохнул Хасаев. Так, словно боролся со мной уже очень и очень давно.

— Ты же говорил, что не веришь в искренность моих намерений… Ты думал, что я манипулирую тобой, пользуюсь… Как ты собираешься проверять это, позвав меня жить у себя? Или хочешь просто затащить в постель, а затем найти идиотский повод и вышвырнуть меня из своей жизни? Так? Этого ты добиваешься? Наверняка думаешь, отомстить, ведь так? Влюбить меня в себя, как когда-то ты влюбился в меня, а затем послать к чертям и вычеркнуть из своей жизни?

— Господи, женщина, что ты несешь? — Кажется, Расул обалдел от моих предположений.

— Ну уж нет. Я больше не буду зависимой от мужчин. Неважно, кем они мне приходятся, — зло прошипела я. — Хочешь меня в качестве… не знаю, девушки, так сделай так, чтобы у нас сначала сложились хоть какие-то отношения, дай узнать себя нового, потому что я совершенно не понимаю тебя! То ты помогаешь, то хочешь отомстить, то пропадаешь и игнорируешь меня неделями, а то предлагаешь жить вместе! Я уже не знаю, о чем думать и в каком контексте рассматривать формат наших недоотношений!

— Да лучше б я вообще не приходил! — рассерженно выдал Хасаев.

— Ах, вот, значит, как! Так мы будем жить в твоем дивном новом мире?! Чуть что и лучше бы я этого не делал?! Да кому вообще понравится такое?!

— Все, я пошел!

— Что?! — взревела я, бросаясь следом за Расулом. — Убегаешь от разговора?!

— Я лучше вернуть на долбанное минное поле, чем буду находиться рядом с рассерженной и неудовлетворенной женщиной!

— Я, значит, еще и не удовлетворена?! — Кажется, я перешла на ультразвук, потому что уже у самой входной двери Хасаев поморщился. — Ну и отлично! Вали, а я найду с кем удовлетвориться!

Зря, определенно зря я это сказала. Расул тут же повернулся ко мне, выражение его лица приняло какой-то хищный оскал, он резко притянул меня к себе и больно сжал в свободной руке. Удивительно, но даже с учетом того, что другая у него была загипсована, вырваться мне не удалось. При любом раскладе эта сволочь была сильнее меня. Я смогла только затравленно на него посмотреть и ударить кулаком в грудь.

— Веришь или нет, детка, но я тоже тебя плохо понимаю, — прорычал он. — То ты не хочешь со мной спать, то стонешь в моих объятиях так, что порно-актрисы позавидуют, то я тебе нужен, видите ли, задел своим игнором, то, когда дело доходит до чего-то важного, я не понимаю к чему все идет, мы должны все обсудить! — он передразнил меня, заставляя зло выдохнуть и сощуриться. Гадина! — Определись уже, наконец, чего ты хочешь!

— Мы говорим о разных вещах! Я за то, чтобы все развивалось постепенно, как у нормальных людей!

— Ты живешь по законам американских сериалов и строишь из себя дурочку!

— Вовсе нет, просто ты…

— Решай уже, либо да, либо нет. А то, если вдруг что, я тоже найду с кем удовлетвориться, — зло выдал Расул.

— Вот же ж… сволочь! Ты сволочь, Хасаев!

— А, к черту! Чего я вообще с тобой разговариваю? — Я думала, что он отпустит меня после этих слов и громко хлопнет дверью за собой, а на деле… что ж, я ведь уже говорила о том, что совершенно не знала нового Расула? Я была права, потому что он сделал то, чего я совершенно не ожидала — взвалил меня себе на плечо, будто какой-то дикарь и понес сначала в холл лестничной площадки, а затем и к выходу из дома. И все это делая вид, что он не слышит моих возмущений. Совсем.

Глава 7

Это сработало. То, что сделал Хасаев. Неожиданно, странно, но это оказалось намного более действенным, чем все наши попытки поговорить с ним, выяснить что-то, что были до моего переезда. После того, как Расул просто взял и сделал, а точнее, унес к себе домой, словно свежепойманную добычу, выбора у меня не осталось. Благо, что уже на следующий вечер он согласился съездить обратно ко мне на квартиру и забрать вещи. Жаль, конечно, было терять залог за студию, что я сняла, однако в качестве небольшой компенсации владелец вернул мне оплату, произведенную за месяц вперед. Почему-то только после разговоров с Расулом.

Что-то в этом было. Я никогда не мечтала о подобном, наоборот, всегда стремилась быть самостоятельной и самодостаточной, но то, как решал все мои проблемы Расул… было в этом что-то приятное. Ощущение, что он может защитить меня от всего мира разом. Что с ним я как за каменной стеной.

Наверное именно поэтому я не стала закатывать грандиозных истерик и пытаться от него сбежать. Не было желания кичиться своей свободой или требовать вернуть все на свои места. Стоило признаться себе в том, что Расул имел влияние на меня и на мою жизнь. Даже после того, как перестал помогать мне в работе или с деньгами.

Мне хотелось верить в то, что он поверил мне. Что я с ним не из-за банальной выгоды или прочих благ, что предоставляли деньги, которыми он явно распоряжался. А он ими явно владел в немалом количестве, это я понимала в тот вечер, когда переступила порог его городской квартиры. А затем, спустя чуть меньше недели отправилась в его загородный коттедж. Где бы и чем бы он не зарабатывал, а денег у него и впрямь было много. Но, что самое приятное, при ближайшем рассмотрении выяснилось, что он совершенно ими не кичился. От прежнего парня, которого я знала еще со школьной скамьи, осталось больше, чем я предполагала. И меня это определенно радовало.