Райское местечко. Том 2
Шрифт:
Но, увы, на самом деле я прекрасно знал, что если бы мы действительно ошиблись, и никакого нападения из космоса не было, это давно бы уже прояснилось, и Мелисса уже давно дала бы нам «отбой» тревоги.
И еще. Я заставлял себя не думать о Мелиссе: где она сейчас, что делает, что ее ждет. Но, чем бы я ни занимался, мысли о ней были постоянным фоном и заставляли тревожно сжиматься мое сердце. Потому что я знал, что она, как всегда, взяла на себя самую трудную и опасную работу.
Наконец, я увидел, что оцепление готово. Народ в толпе понимал, что что-то происходит, и волновался,
Я включил громкую связь:
– Внимание! Сейчас флаеры приземлятся, и начнется посадка для переброски в долину Занан по воздуху.
Толпа качнулась и навалилась на оцепление.
– Стойте, – быстро продолжил я, – флаеры будут переправлять только женщин. ТОЛЬКО ЖЕНЩИН! Сохраняйте спокойствие и порядок! Нарушители порядка войдут в Зан последними!
– Пилоты, – сказал я в комм, – сажайте машины напротив входов в Зан, не ближе, чем в тридцати метрах от оцепления. Капитан Самойлов, руководите приземлением машин и посадкой!
Флаеры начали дружно приземляться, по три-четыре машины напротив каждого входа.
В толпе началось коловращение: женщины пробивались к оцеплению. Их пропускали охотно, но толпа была очень плотной.
Я опять заговорил по громкой связи:
– Женщины, проходите через оцепление по одной. Быстро, но без суеты, идите на посадку в ближайшие машины!
Вот уже первые флаеры поднялись в воздух и перевалили через гору…
И тут все залил нестерпимо яркий свет.
Вспышки следовали одна за другой, а потом до нас докатились громовые раскаты. Я опустил на глаза фильтр и посмотрел на восток. За дальними холмами вспухали ослепительные шары…
За моей спиной застывшая на мгновение толпа ахнула, дернулась, как единое целое, а потом опять замерла.
А на востоке, там, где находился космопорт, продолжались вспышки, грохот, взвивались языки пламени…
«Так, это – катера и яхты…» – понял я. Потом до нас донесся какой-то треск, и над холмами встало широкое оранжевое зарево. «Это – наземные постройки…»
И тут что-то чудовищно ухнуло, и к небу начал медленно подниматься огромный светящийся шар, под которым рос и ширился белый столб.
«Что могло там так страшно рвануть? – не мог понять я. – Это же космопорт, там спокойно садятся и взлетают настоящие монстры!» Но тут мне вспомнились сдвинутые плиты одного из секторов посадочного поля…
«Господи! Боже всемилостивый!»
Я представил себе, как по подземным коммуникациям несется огненный смерч, плавя, испаряя и превращая все в горячую плазму… Как яростный шквал врывается в коридоры, в рабочие комнаты, на склады…
Успели ли люди укрыться на нижних уровнях? И спасет ли их это? Охваченный ужасом, я мог думать только об одном: «Господи, сделай так, чтобы люди остались живы…»
Тем временем на фоне пылающего неба стали появляться черные расплывчатые струи. Это горели деревья на восточных холмах, отделяющих нас от порта, – от того места, где раньше был порт, а теперь бушевал огненный шторм. Яростный свет стремился ввысь, и мне показалось, что где-то в небе, среди звезд, я вижу отблески этого страшного огня…
Открытую
часть моего лица опалила жаркая волна, и это привело меня в чувство. Я оглянулся. В потрясенной толпе не было ни малейшего движения. Все взгляды были устремлены на восток…Я заорал в коммуникатор, стараясь перекричать доносящийся в долину рев пламени:
– Скорее, скорее, бегом!.. В машины, в Зан!!!
Мой голос вывел людей из шока. Они, будто очнувшись от страшного сна, вяло зашевелились, плохо соображая, что надо делать.
Я отчетливо понимал, что отпущенное нам время стремительно истекает, и дорога каждая секунда.
– Давайте, давайте, быстрее! Женщины – в машины! Бегом! – опять закричал я в коммуникатор.
И тут в полусотне метров от меня из толпы, прорвав оцепление, вывалилась огромная мужская фигура и с каким-то звериным рыком ринулась к ближайшему флаеру, расталкивая женщин, ожидающих очередь на посадку.
Я взвился вверх и, за одно мгновение преодолев расстояние, обрушился на эту фигуру сверху. Женщины врассыпную бросились в стороны, и мы покатились по снегу. Я все-таки был сильнее того мужчины, и мне удалось прижать его к земле. Через секунду ко мне на помощь подоспели еще двое в скафандрах, и мы втроем подняли мужика на ноги и попытались его образумить. Но он вырывался и что-то злобно хрипел, вращая выпученными глазами.
Я поймал удобный момент и коротко ударил его в челюсть. Он замолчал и рухнул на снег.
В толпе раздался женский вопль:
– Гриша! Гришенька! Вы убили его, сволочи! Пустите меня! Пустите меня к нему!
Из толпы вырвалась женщина и, всхлипывая, опустилась на колени рядом с неподвижным телом:
– Убийцы! Гришенька, дорогой! Гришенька!
Надо же, «дорогой Гришенька» бросил ее в толпе, думал только о собственной шкуре, а она!..
Я поднес комм к лицу:
– Этот человек войдет в Зан последним! САМЫМ ПОСЛЕДНИМ! Соблюдайте порядок! Двигайтесь быстро, но без паники! Активнее шевелитесь, активнее!!!
Но народ уже не надо было подгонять. И преподанный мной наглядный урок не прошел даром: нарушить порядок никто больше не пытался.
Заполненные до отказа флаеры с визгом, на форсаже, уносились вверх, переваливали через гору, потом, возвращаясь порожними, резко пикировали, садились и мгновенно заполнялись новой партией женщин. Пропускная способность входов в Зан, до того казавшаяся мне предельной, неожиданно резко возросла, и толпа стала ощутимо уменьшаться.
Я с облегчением вздохнул, и подумал, что, может, все обойдется. Что, может быть, все успеют покинуть долину Зана…
Но в этот самый момент словно молния сверкнула совсем рядом, за северным холмом, и я понял, что настал черед Новозана…
Ударил гром, и раскаты его не прекращались. Под эту канонаду в небо над Новозаном взвивались огненные струи, поднималось облако то ли дыма, то ли пыли, и все выше и шире разливалось багровое зарево.
И вот в дыму стал заметен широкий луч, падающий откуда-то сверху. Луч двигался с востока на запад, и за ним взметались все новые языки пламени…
Нет, луч был не один! С неба город полосовали еще три луча!