Разбитое зеркало
Шрифт:
– Отлично – продолжил Кирилов – Для начала я хотел бы ознакомить вас с той частью отчета об исследовании Лунной базы, которая, пока что, не известна не только широкой общественности, но и вашим экипажам. И если честно, мы пока что не знаем, имеет ли смысл вообще обнародовать эту информацию.
Глеб с Беном переглянулись и вновь застыли в позе настороженного внимания.
– При исследовании Лунной базы, в дальней части, которую пришельцы не использовали, был обнаружен обвал породы. С чего научников понесло с ним возиться одному богу известно. Мало им было остальной базы! – зло бросил Кирилов и даже пристукнул рукой по столу – В общем, они раскопали этот завал и обнаружили сохранившуюся комнату с оборудованием наших предков.
Гости обратились в слух и даже
– То, что Лунную базу строили наши предки теперь можно считать доказанным. В этих папках кое-какие материалы по находке и выводы научников. В частности, по языку – Кирилов сел в свое кресло и потерев лицо руками и пожаловался – Не спал нормально уже пару месяцев, некогда! – он помолчал и неожиданно продолжил – Все, что в этих папках, кроме информации с красного чипа, через несколько дней перестанет быть секретом, скорее всего, даже в новостях появится. А теперь поговорим о том, что в новостях не появится. В этой комнате найдены останки человека и дневник, который он вел много лет, после того как оказался один. Сразу скажу, среди тех, кто допущен к исследованию, нет однозначного мнения, не является ли этот дневник бредом оставшегося в одиночестве человека или, еще хлеще, милой шуткой чужих – хозяин кабинета уставился в окно и замолчал.
– Мы сможем его прочитать? – после затянувшейся паузы спросил Грустинин.
– Большей частью да – странно оглядев Глеба, ответил Кирилов – Вначале я ознакомлю вас с краткой выжимкой, потом сможете более подробно ознакомиться самостоятельно. Фотографии страниц дневника и подстрочный перевод на красном чипе. Большей части страниц. С занятий я вас сегодня снимаю, так что можно будет не торопиться.
– А из-за чего, некоторые, решили, что дневник подделка? – осведомился Бен.
– Ну, во-первых, из-за языка, на котором документ написан – хмыкнул хозяин кабинета.
– И что не так с языком? И, извините за навязчивость, как его вообще смогли прочитать? – продолжил интересоваться Хокс.
– О! Это оказалось проще простого. Немного непривычное начертание некоторых букв, большее количество символов, часть из которых прочитываются как слоги, много устаревших и вышедших из употребления слов, а в остальном совершенно обычный нам современный язык – произнеся это, Кирилов взял паузу.
– Какой? – не удержался Бен.
– Ну, уж не английский, точно – немного сварливо ответил Владимир Александрович, чью великолепную паузу столь варварски прервали – Русский, причем, действительно, очень близкий к современному. До половины слов не требуют перевода или интерпретации.
– Тогда вряд ли фальшивка – неожиданно констатировал Хокс – Был бы какой-нибудь древнегреческий, вавилонский или шумерский, то фальшивка, однозначно. А если русский, то вряд ли – расшифровал свою мысль американский пилот.
Кирилов как-то по-новому взглянул на командира резервного экипажа и сам себе, покивав, продолжил:
– Есть еще и, во-вторых. В дневнике, нигде нет упоминания, ни о том, кто такие чужие, ни о том, откуда они взялись. Об этом вообще нет никакой информации. Автор именует их: противник, враг, а также всевозможными нелестными эпитетами в переносном смысле. Кстати Бен, а откуда вы так хорошо знаете русский? Расскажите, а то не хочу запрашивать ваше полное личное дело – Неожиданно сменил тему хозяин кабинета.
– А там и не найдете ничего – хмыкнул Хокс – Моя бабушка была русской. Маргарита Ивановна Устинова.
– Да? А почему об этом нигде нет упоминаний? – всерьез заинтересовался Кирилов.
– Время тогда было такое. Холодная война в разгаре. Иметь русские корни, значит закрыть себе многие дороги, особенно для военнослужащего. Поэтому Маргарет Хокс всегда считалась ирландкой. Так всем было проще – пожал плечами Бен.
– Это многое объясняет – буркнул себе под нос Грустинин и хмуро зыркнул на товарища. Тот в ответ только обезоруживающе улыбнулся и развел руками.
– На чем я остановился? – Владимир Александрович посмотрел
на посетителей поверх очков – Ах, да! Есть еще, в-третьих. Автор дневника ни разу не упоминает о том, что чужие как-то увеличивали свой флот. Такое ощущение, что они только теряли корабли, иногда чинили их или модернизировали, но ни разу не вводили в строй новых. Вот собственно три основные причины.– А как вы считаете Владимир Александрович, это фальшивка или подлинный документ? – спросил Грустинин.
– Я – Кирилов сделал небольшую паузу – В целом согласен с мистером Хоксом. Это вряд ли подделка. Но, если честно, лучше бы этот документ ей оказался, а еще лучше, чтобы его вообще не было!
– Но почему? – практически в один голос воскликнули гости.
– Из-за содержания! – рыкнул хозяин кабинета – Давайте уже перейдем к краткому обзору, а потом будете задавать вопросы, если они у вас к тому моменту еще останутся.
Кирилов снова встал из-за стола и стал прохаживаться по свободной части кабинета, теребя в руках очки. Навернув несколько кругов, он начал краткий обзор:
– Про начальный период войны сами прочтете компиляцию аналитиков, вам это ближе. Единственно, хочу обратить ваше внимание на прекрасное согласование данных по колониям и станциям землян до войны эмпирически выведенных нашими аналитиками с показаниями автора дневника. Хотя есть и расхождение. Оно касается Венеры. Мы считали, что на ней находилась колония землян, уничтоженная чужими, а вот автор дневника говорит лишь о том, что планета подверглась, скажем так, агрессии, в результате чего биосфера на ней была полностью уничтожена. Кроме того, по косвенным данным, до этой агрессии Венера вращалась в ту же сторону, что и остальные планеты нашей системы. На основании различного воздействия, оказанного оружием противоборствующих сторон по Марсу, Земле и Луне с одной стороны и по Венере с другой, можно предположить, что Венеру вскипятили люди, а не чужие.
– Но зачем? – не удержался Глеб.
– Я уже сказал, вопросы потом – не прекращая ходить, сказал Кирилов – Далее. Первой, как не странно, пала Земля. После уничтожили жизнь на Венере, затем на Марсе и уже в конце чужие добивали базы на естественных и предположительно искусственных спутниках. Кроме того, есть упоминание о том, что часть человеческого флота пыталась после гибели колонии на Марсе вырваться из системы, но удалось им это или нет, автор дневника выяснить не смог. По военным действиям это все. А вот на оккупации Земли я хотел бы остановиться подробнее.
Владимир Александрович сделал паузу, вернулся за стол, сел и продолжил:
– Из материалов дневника вырисовывается примерно следующее. Стадий воздействия было три. Первая – уничтожение населения, инфраструктуры и части биосферы. Эту стадию мы с вами наблюдали своими собственными глазами и в эту войну. Судя по всему, побочным эффектом этого уничтожения, стала потеря планетой части атмосферы. В нашу войну подобного эффекта не наблюдалось или он был настолько незначительным, что мы не обратили на него внимания, приняв за локальные изменения в рамках нормы. В дневнике об этом говорится вскользь и не ясно, о каком размере потери идет речь, но по косвенным данным наши научники выводят цифры от нескольких процентов до нескольких раз. А кое-кто даже предполагает, что атмосфера Земли включала в себя и Луну.
– Ничего себе! – тихонько произнес Бен, а Грустинин только присвистнул.
Кирилов ничего на это не сказал, только глянул на них поверх очков и продолжил:
– Параллельно с первым этапом, даже точнее в начале его проведения была проведена некая акция, применено некое оружие, наш Лунный информатор, равно как и его, еще живые на тот момент спутники, и сами не смогли разобраться, что именно произошло. Главное результат. Полная потеря населением памяти, точнее личностной памяти. По косвенным данным и согласно наблюдениям автора дневника, общие знания, такие как умения: говорить, писать, читать, равно как, и профессиональные умения не были утеряны полностью, или были утеряны не у всех. Но вот все, что составляет личность человека, было стерто. Амнезия целой планеты – это ужасно.