Разбитые мечты

Рид подрулил к регистратуре и выпрыгнул из машины. Он побежал открывать мою дверь. Помог мне выбраться из грузовика, а затем повел в больницу.

Пришла медсестра с инвалидной коляской, улыбнулась и сказала:

— Папа, припаркуйте машину, а я возьму ее с собой на роды. Вы предварительно зарегистрировались?

Мы с Ридом, одновременно сказали: «Да».

Прежде, чем я что-то поняла, я уже оказалась в какой-то комнате, и схватки становились все чаще и чаще. Рид спросил медсестру, когда мне смогут дать обезболивающее, она сказала, что анестезиолог уже в пути.

— Слава Богу, — выдохнул Рид, посмотрев на меня и улыбнувшись.

— Почему ты благодаришь Бога? Я единственная испытываю боль! — сказала я, когда еще одна схватка прошлась по телу.

Рид поцеловал меня в лоб.

— Мне очень жаль, Кортни. Мне хочется забрать всю твою боль. Сделал бы это в мгновение ока, ангел. Твоя боль ставит меня на колени. Когда больно тебе, больно и мне. Когда ты счастлива, счастлив и я. Просто хочу, чтобы ты была счастлива.

О. Мой. Бог. Он мой муж. Мой. Кто бы мог подумать, что Рид Мур доведет меня до экстаза лучше, чем любой книжный бойфренд?

Я вспомнила тот вечер, когда впервые встретила его. Его дерзкое отношение и дрожащие колени, улыбка захватили мое сердце с первой секунды, как только я его увидела. Месяцы отрицания наших чувств друг к другу, издевки друг над другом и, наконец, признание нашей любви, привели к этой самой секунде, и я бы не променяла это ни на что.

— Ты заставляешь меня чувствовать себя так удивительно, — сказала я и притянула его к себе.

Он прижался своими губами к моим. Я не была уверена, как долго мы целовались, прежде чем услышали голос женщины. Рид улыбнулся мне улыбкой, которая сводила меня с ума от похоти.

— Я был бы потерян без твоей любви, — сказал он, прикоснувшись пальцем к моей губе. — Полностью потерян.

— Люблю тебя, — прошептала я.

Он оперся лбом о мой и закрыл глаза.

— Я тоже тебя люблю, Кортни. Я люблю тебя так чертовски сильно.

— Тужься, Кортни, еще один толчок, — говорил доктор Миллер.

Я трясла своей головой во все стороны.

— Не могу. Я так устала. Больше не могу тужиться, — выдавила я.

Рид поцеловал тыльную сторону моей ладони. Я тужусь почти три часа.

— Просто вытащите малыша. Ясно, что он или она упрямы, как отец.

Доктор Миллер и Рид улыбнулись.

— Кортни, я вижу головку ребенка. Еще один хороший толчок и ты увидишь своего ребенка.

Рид перевел взгляд и сказал со вздохом:

— Боже мой.

Я знала, что должна сделать еще одну попытку.

— Отлично! Ладно, но это последний раз, когда я тужусь. Просто хочу закрыть глаза и отдохнуть.

Доктор Миллер улыбнулся мне и сказал:

— Договорились. На следующей схватке дай мне хороший толчок.

Они не сделали мне эпидуралку, так что я могла чувствовать схватки. Я была настолько уставшая все это время, что не думаю, что могла ощущать боль.

Я чувствовала приближение схватки.

Доктор Миллер сказал:

— Так, Кортни, ты можешь сделать это.

Я сжала руку Рида и сделала глубокий вдох, начав тужиться.

Рид наклонился и сказал:

— Давай, детка. Я чертовски горжусь тобой. Ты можешь сделать это.

Как-то я набралась сил и толкнулась изо всех сил. Затем почувствовала, как ребенок выходит и рухнула обратно на кровать. Я чувствовала горячее дыхание Рида напротив моего уха.

Он сказал:

— Кортни… Боже мой… ты сделала это, ангел. Ты сделала это. Я так горжусь тобой.

— Рид, Кортни, познакомьтесь со своим сыном.

Я посмотрела наверх и увидела доктора Миллера, державшего нашего малыша в руках.

Он быстро посмотрел на Рида и спросил, хочет ли он перерезать пуповину, и Рид сказал: «Да».

Я смотрела, как слезы текли по лицу Рида.

На что это похоже для него?

Я задавалась вопросом, думал ли он когда-либо о том, кем будет его первый ребенок, мальчиком или девочкой.

Наш ребенок начал плакать, вырывая меня из мечтаний. Слезы текли по моему лицу, когда я впервые взяла нашего сына. Я улыбнулась, наблюдая, как медсестра очищает его и заворачивает в одеяло. Медсестра подошла и положила его мне в руки, а Рид стоял рядом со мной.

— Он прекрасен. Боже мой… он потрясающе красив, — прошептала я.

Рид нежно провел тыльной стороной пальцев по головке нашего сына.

— Похож на мать.

Я взглянула на Рида и сказала:

— И на своего отца. У тебя есть сын, Рид. Ты счастлив? — улыбнулась я ему.

Он смахнул слезу и посмотрел мне в глаза. На несколько коротких мгновений мы потерялись во взгляде друг друга.

— Никогда в жизни не был так счастлив. Ты осуществила все мои мечты, — он наклонился и поцеловал меня, а наш малыш издал самый сладкий звук. Рид отстранился и сказал: — Я люблю тебя, Кортни.

Я всхлипнула, посмотрела на ребёнка, а затем обратно на мужа.

— Я тоже тебя люблю, Рид, — медленно оторвала взгляд от человека, которого любила больше всего в жизни и уставилась на нового человека в моей жизни. — Уолкер Николас Мур, вы готовы к этому?

Рид хмыкнул.

Я посмотрела наверх и спросила его:

— Ты готов взять его?

Рид судорожно кивнул головой и протянул руки. Нагнулся и осторожно взял на руки нашего сына. Я наблюдала, как эти двое просто смотрели друг на друга, пока Рид нежно гладил лицо Уолкера. Он потянул одеяло и посмотрел на каждый пальчик и повторил тоже с ножками Уолкера, а я хихикала. Люди начали выходить, и мы остались с врачом и медсестрой. Затем доктор Миллер поговорил с нами несколько минут.

Я посмотрела на Рида и Уолкера и влюбилась еще больше в своего мужа.

— Я так рад, наконец, встретиться с тобой, милый ангел. Спасибо, что мамина беременность прошла легко. Ты уже джентльмен, я вижу.

О. Мой. Бог.

— Эх, мужик… Уолкер, так много вещей, которые я запланировал для нас с тобой. Я научу тебя всему, что нужно знать о футболе, бейсболе и гольфе. Мы с Лейтоном научим тебя скотоводству и обращению с лошадьми. Я не могу дождаться, когда научу тебя ездить верхом. Ты будешь знать все о деревьях и растениях.