Разные стороны

– Вчера уже пытались - ответил я ему тем же.

– Ладно, давай, портки натягивай и вскоре будь готов вниз спускаться - машина за тобой уже минут десять как ушла.

– Я из капсулы как пять минут - удивился я - Вы ее с запасом послали что ли, чтобы, если что, она у подъезда постояла?

– Ты тупеешь, мой бедный друг, причем просто на глазах - печально проговорил Зимин - Я спросил у Зигмунда, что ты делаешь, он мне сказал, что тихо смеешься, как идиот, и трешь лоб, сидя в своем номере гостиницы. Я рассудил, что видимо после таких действий ты дальше играть точно не пойдешь, и отправил за тобой авто.

– А Зигмунд - это кто?

– полюбопытствовал я.

– Зигмунд - начальник группы контроля за действиями игроков, администраторов начальник и модераторов командир - ответил мне Зимин - Все, жду у себя.

Я натянул на себя джинсы, как мне и велел Зимин, после, подумав, даже перевыполнил первоначально поставленную задачу, побрившись и одев верхнюю одежду.

К машине меня вели как какого-нибудь представителя иностранной державы, от двери до дверцы. Один крепкий молодой человек меня встретил у двери в квартиру, другой, придержав дверцу машины (хорошо еще не открыв) устроился на переднем сидении автомобиля.

Все это было мило и очень трогательно, но меня порядком опечалило. Во-первых, Азов просто так ничего не делает и людские резервы зазря не расходует, а значит кому-то мое тщедушное тельце все-таки нужно. Во-вторых я всегда был на редкость свободолюбивым существом и сама мысль о том, что мне теперь везде и всюду придется ходить с крепкими ребятами за спиной, меня вообще не грела.

Подъезжая к 'Радеону', я пришел к выводу, что с Азовым надо по этому поводу поговорить. Ну, если в магазин они с нами ездить будут или там, к примеру, на дачу летом - то ладно, можно им сумки вручить или лопату в руки дать (вряд ли они на это согласятся, хотя, если на них Вику спустить...). Но вот если эти крепкие ребята в редакции сидеть будут - так я против. Они мне там, в здании, всех пенсионеров перепугают, всею незамужнюю и хоть сколько-то товарно выглядящую женскую часть перебаламутят, из-за чего в моей редакции двери закрываться не будут, и это я уж молчу про груды колкостей, которые выдаст в мой адрес Ленка Шелестова, она такой шанс не упустит. В общем - нафиг, нафиг.

Рыжую Дарью я заметил сразу же, как вошел в здание. Если честно, она мне как-то запомнилась по прошлому визиту, я бы не сказал, что прямо в душу запала, но некоторое приятное томление, увидев ее, я испытал. Душевное, конечно.

– Дамы - я наклонил голову - Дарья.

– Воот, теперь все поняли?
– горделиво сообщила товаркам Дарья, уставившись на меня своими зелеными глазюками, в которых можно было не то, что мне в одиночку утонуть, в них можно было всю Кантемировскую дивизию утопить, вместе с их автопарком, чипком и самым главным генералом - Теперь поняли, какой у нас тут расклад? Вы - 'дамы', я 'Дарья'. Пощелкали вы свой шанс.

– За языком следи - очаровательно улыбнулась стоящая рядом с ней девушка с короткой стрижкой и очень тонкими чертами лица, которую я до этого ни разу не видел - Если не хочешь проблем. Добрый день, Харитон Юрьевич.

– Проблемы - дело такое - Дарья провела быстро кончиком языка по верхней губе. Розовый проблеск на перламутровой помаде - и мой пульс начинает зашкаливать. Черт, как она это делает?
– Тут ведь важно, ради чего эти проблемы... Или кого?

– Ольга, проводи господина Никифорова наверх - бесстрастно сказала девушка с короткой стрижкой - До дверей кабинета проводи.

– Эльза, а почему она?
– сузила глаза Дарья, в ней появилось что-то от кошки перед атакой - Что-то личное? Почему не я?

– Дарья - чуть повысила голос девушка, которую, похоже, звали Эльза - Простите нас, господин Никифоров.

– Кхгм - прочистил я горло, немного удивленный увиденным - Да нет, даже где-то приятно, самолюбие мужское, то, се. За меня так уже лет десять никто не сражался, ну только врачи как-то разок.

– Прошу вас - невысокая Ольга, протянула руку, указывая мне на лифт.

– Да я знаю куда идти - махнул я рукой - Мне же здесь уже как дом родной, я сюда чаще, чем к себе в редакцию хожу.

– Порядок есть порядок - отчеканила Эльза - Есть определенная категория гостей, которые должны быть сопровождены до того места, куда они направляются.

– Ну, раз надо, значит надо - пожал плечами я.

Дарья промолчала, на верхней губе у нее появились бисеринки пота, и если бы взглядом можно было испепелять, Эльза, скорее всего, поместилась бы в сигаретную пачку.

По лицу Эльзы, в свою очередь, ничего нельзя было понять. Оно было абсолютно бесстрастно. Остальные девушки с ресепшн умело прятали ехидные улыбки - видно Дарью здесь не очень-то и любили. Оно и понятно - когда среди красавиц все равно находится та, кто еще красивее... Куда там собачьим боям...

– И не сомневайся, Даша, я непременно доложу Ядвиге Владековне о твоем поведении в целом и в отношении господина Никифорова в частности - услышал я, удаляясь от стойки - Не думаю, что она все это одобрит.

– Кто бы сомневался - да, похоже, что этой рыжей любое болото, как асфальт - пройдет и не заметит.

– Вот ведьма рыжая - вырвалось у меня непроизвольно. Ольга, нажимавшая в этот момент кнопку лифта, с непонятной улыбкой посмотрела на меня.

– Извините - я изобразил улыбку типа 'вот не сдержался' - Но она такая... Живая.

– Не то слово - скупо улыбнулась Ольга - Иногда даже чересчур.

Больше девушка мне ничего не сказала, только сделала что-то вроде книксена, когда я покидал лифт.

– А, Никифоров - Елиза Валбетовна как всегда была само очарование, эдакая модель атомной бомбы в миниатюре. Красива, загадочна, не встречается в мирной жизни и не оставляет после себя ничего живого - Говорят, тебе кто-то недавно хорошенько наподдал?

– Есть такое - кивнул я и сделал жалобное лицо.

– Надеюсь, ты хотя бы сопротивлялся?
– недоверчиво глянула на меня Елиза.

– Как берберийский лев - заверил ее я - Встал грудью на защиту Вики.

– Н-да - Елиза Валбетовна покачала головой - Лев, да еще и берберийский. Это, наверное, в миниатюре, масштаб один к ста... Тапочки там принести, на дверь порычать.

– Елиза Валбетовна - я, насупив брови, изобразил отважного и смелого защитника девиц и иных угнетаемых людей женского пола - Я, конечно, произвожу впечатление угрюмого дрища, но я по факту не такой, мамой клянусь.

– Ну, если мамой - брови-ниточки прекрасной повелительницы двадцать третьего этажа дрогнули в сомневающемся изгибе - Поверю уж, хотя все равно...

Я шаркнул ножкой в знак признательности за хоть какую-то веру в меня, долбанул в дверь кабинета Зимина пальцами, обозначив стук, и не дожидаясь ответа, проскользнул в него.