Разорванные цепи

Качая головой из стороны в сторону, Татьяна подошла к двери и открыла ее:

– Я не стану очередной дурочкой, которую ты использовал. Выметайся из моей квартиры и проваливай отсюда! – она указала пальцем на лестничную клетку.

Словно обухом по голове ударенный, Самед вышел из квартиры и направился к станции метро.

Не получая никаких известий от Самеда на протяжении нескольких недель, Эсмира уже почти поверила в то, что никогда больше его не увидит. Дни летели, и она убеждалась, что он просто использовал ее для удовлетворения своей ненасытной похоти. Расстроенная своей собственной недальновидностью и неумением разбираться в людях, Эсмира не могла ни погрузиться в работу, ни нормально заснуть; она сожалела о том, что с самого начала согласилась пойти к нему домой. Она с трудом пережила три недели, оставаясь в одиночестве и избегая друзей. Эсмира проводила каждый день одна, опустив голову над своим рабочим столом и пытаясь погрузиться в дела. Одинокая и покинутая, Эсмира сидела в своем кабинете и подсчитывала недельную выручку от продаж в книжном магазине. Но она не могла сконцентрироваться и рассеянно нажимала неверные цифры на калькуляторе. С чувством досады она отодвинула его в сторону и начала массировать свой лоб, чувствуя пульсирующую боль в области глаз. Поджав губы, она крепко стиснула зубы и закрыла глаза.

«Почему я пошла в его квартиру? Как я могла быть настолько глупой и позволить такому, как он, воспользоваться мною?» Мысли о грешной ночи, проведенной с Самедом, заставили ее почувствовать себя невыносимо слабой и обострили ее головную боль. Она прекратила массировать свой лоб и начала искать аспирин в своей сумочке, при этом тело ее сильно дрожало.

Как-то в дождливый день во время разговора с покупателем по телефону она увидела, что в магазин зашел Самед. От удивления она уронила трубку. Он уныло сложил свой зонт и оставил его возле двери, в это время Эсмира пристально смотрела на него сквозь стеклянную панель, отделяющую ее кабинет.

Дождь неумолимо бил по стеклам. Казалось, что глазами она просверлит его насквозь. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Каждый мускул ее тела напрягся. «Зачем бы еще этому обманщику возвращаться, как не для того, чтобы мучить меня снова?» Эсмира хотела отвесить ему пощечину за его бессердечность. Но вместо этого она предпочла оставаться спокойной и терпеливо ждать, пока он подойдет.

Промокший насквозь, он приблизился к прилавку:

– Доброе утро Самира. Эсмира на месте сегодня?

– Да, на месте, – теребя блузку, Самира слегка облизнула губы и посмотрела ему в глаза. – Но она не в настроении, чтобы разговаривать с кем-то сейчас. Скажи мне, красавчик, ты, что, подстригся?

Самед словно просканировал ее своим знойным взглядом, задержав внимание на красивом декольте. Затем он посмотрел девушке в глаза и ухмыльнулся:

– Да, подстригся.

Она наклонилась к нему через прилавок, чтобы обнажить грудь.

– Мне нравится. Ты не хочешь сегодня пообедать со мной? – она надеялась на положительный ответ.

Он осклабился, не в силах отвести глаз от груди:

– Нет, Самира. Мне очень жаль, но сегодня я действительно хочу увидеть Эсмиру. Но спасибо за приглашение.

Его ответ стер улыбку с ее лица.

– Хм, – глаза Самиры потухли от разочарования.

Эсмира вышла из своего кабинета и обратилась прямиком к своей помощнице, игнорируя нахального мужчину, стоявшего перед прилавком.

– Самира, один из наших покупателей звонит и интересуется книгой Булгакова «Мастер и Маргарита». У нас есть экземпляр этой книги на складе?

– Да, у нас осталось три штуки, – покорно заявила Самира.

– Пожалуйста, позвони Гульнаре Ахмедовой и скажи, что она может забрать книгу в любое время до 18:00.

Самед терпеливо ждал, пока Эсмира договорит с Самирой. Как только девушка закончила давать наставления своей работнице, она повернулась к нему со строгим видом. Улыбка на ее лице сменилась недовольством, а ее черные брови грозно сошлись на переносице.

– Здравствуй, Самед.

– Привет, Эсмира. Мы могли бы поговорить с тобой?

– Я не могу говорить с тобой прямо сейчас, – она почувствовала в сердце пустоту, смешанную со злостью.

Самира задумчиво смотрела на них, испытывая ревность и не осознавая, насколько расстроенно она выглядит. Немного погодя, она набрала номер покупателя, следуя полученным указаниям.

– Эсмира, прошу, удели мне хотя бы пять минут своего времени?

– Сейчас я занята, но ты можешь прийти в шесть часов, – она решила, что лучше не выражать никаких эмоций, чем кричать или бить его по лицу. Она вернулась в кабинет, оставив его ошарашенного с открытым от удивления ртом. Так или иначе, она была рада видеть его, и в тоже время была зла за то, что он игнорировал ее на протяжении нескольких недель.

Он посмотрел на свои часы и вышел из магазина явно расстроенный. К этому времени дождь прекратился, и Самед отправился на Бульвар-Парк, расположенный на побережье Каспийского моря. Он осмотрелся и заметил одинокие лодки в море и крикливых чаек. Лавочки в парке были пустыми, дети развлекались на аттракционах. Он зашел в кафе, где несколько юных парочек сидело за столиками. Он заказал водку с лимоном и провел там пару часов, думая о том, какие оправдания он может высказать Эсмире относительно своего отсутствия. Пока Самед шел по Бульвар-Парку под дождем, он слегка намочил брюки, и теперь они начали высыхать. Спустя некоторое время Самед посмотрел на свои серебряные часы и обнаружил, что уже 17:35. Он немедленно расплатился и пешком направился обратно в магазин. Когда он добрался, Эсмира уже закрывала дверь. Алкоголь рассеял его прошлое уныние, вместо этого он снова приобрел свой привычный облик самонадеянного завоевателя женских сердец. Самед подошел к девушке, плотоядно ухмыляясь:

– Привет, Эси. Я вернулся.

– Я вижу. Что тебе сейчас нужно? – огрызнулась Эсмира, давая ему понять свое недовольство.

– Я скучал. И поэтому пришел, чтобы увидеть тебя.

– Если бы ты скучал, то связался бы со мной или ответил на мои телефонные звонки, – ее голос был сердитым, а на лице читалась обида.

Самед осторожно подкрался к Эсмире и схватил ее руку, но она одернула ее и оттолкнула самонадеянного казанову.

– После нашей последней встречи мне позвонила моя сестра и сообщила о болезни отца. Она думала, что он умирает, и поэтому попросила меня приехать домой.

Он увидел выражение беспокойства на лице Эсмиры и понял, что она, к своему несчастью, поверила в его ложь. Он лучезарно улыбнулся ей и причмокнул губами.

Самед продолжал лгать:

– Когда я узнал, что отец болен, то в спешке уехал из Баку. Вот поэтому ты не могла дозвониться мне. Я провел три ужасных, адских недели в Зардобе, заботясь о своем отце-инвалиде, и все это время думал о тебе. Господь милостив, он поправился. Я вернулся только прошлой ночью.

Пока он говорил, она смотрела на него сочувствующим, но немного отрешенным взглядом. «Этот страдалец заботился о своем больном отце, в то время как я сомневалась в нем. Как я могла так сильно ошибаться?» Чувствуя себя виноватой за то, что несправедливо думала о нем, она старалась сдержать улыбку. Эсмира была молода и наивна и потому верила каждому его слову. Обида в ее сердце сменилась чувством жалости к нему.

Она схватила его руку:

– Ты, наверное, боялся, что твой отец может умереть? Я рада, что ему уже лучше, – взволнованная Эсмира посмотрела на часы.

– Уже 18:20, и я должна спешить домой, пока моя мама не начала волноваться. Приходи завтра утром. Эсмира поспешно ушла. Она собиралась сказать ему о своих чувствах, но сейчас нужно было бежать домой, чтобы не наводить на гнев свою мать. «Почему у меня такая скверная мать? Из-за нее я не могу время с любимым

 провести».

– Завтра! – обернувшись, сказала она ему и побежала.