Регенерат

– Хм-м… - Изобразив умное лицо, я изучила рану и кивнула.
– Если дадите мне энергетик, то стяну, не проблема. В принципе Денис - отзывчивый пациент, мои первые манипуляции прошли успешно.

– Подозреваю, не в последнюю очередь благодаря огненному импульсу, - предположил Савелий, удивляя тем, что сумел распознать, что я делала.

– Возможно, - согласилась с ним.

– Что ж, тогда… - Док повернулся к своему кейсу и пробежался пальцами по баночкам с мини-ядрами.
– Ещё огоньку?

– Не откажусь, - улыбнулась, находя его легкомысленное поведение забавным.

А ведь на самом деле это маска… Но всё лучше, чем злобное недоверие, правда?

В итоге мне сыпанули на ладонь сразу три маленьких ядра и придержали, когда они начали впитываться, а я пошатнулась. Запоздало вспомнив, что у огненных ядер после боли наступает оргазм, сумела сдержать стон, ведь эти энергетики были мельче тех, которые я добыла сама, да и организму они оказались уже не абсолютно чужеродны.

Зато всего через несколько минут по телу прошла волна приятной бодрящей энергии, отозвавшейся в кончиках пальцев жаром, и я положила их на край раны, приказывая телу Дениса снова регенерировать. Быстро! Ещё быстрее!

– Хм-м… - прозвучало почти над ухом.
– Полиночка, ну зачем же так идеально? Вы ему хотя бы намек на шрам оставьте, пусть знает, из какой задницы мы его вытащили. А то чистенький, прям, как младенчик, аж противно.

– Шрам?
– переспросила, задумавшись.
– Ладно. Звездочкой или сердечком?

– Солнышком, - хохотнул Док и восторженно цокнул, когда кожа под моими пальцами начала потихоньку расползаться рубцами-протуберанцами.
– Эх, где мои шестнадцать лет… Я б за вами приударил.

– Зачем?
– напряглась, потому что думала, что он симпатизирует Дарье.

Да и вообще…

– В смысле, зачем?
– шутливо возмутился “Витязь”.
– Я б вас к себе напарницей взял. В тату-салон, а? Вы только представьте! Я татухи мужикам бью, а вы - боевое шрамирование. Озолотились бы, эх…

– Какой тату-салон?
– Я окончательно перестала его понимать.
– При чем тут вообще тату-салон?

– Так я ж по молодости художником был, - с ностальгией усмехнулся Савелий.
– Татуировщиком хотел стать, даже отучился. А потом армия, штрафбат, Батя… И вот я почетный “Витязь”, а позади больше, чем половина жизни.
– Он тоскливо вздохнул и стрельнул в меня игривым взглядом.
– И красивые девушки уже пугаются непристойных предложений, и до пенсии считанные годы…

– Вообще-то я думала, вам Дарья нравится, - нахмурилась я, не собираясь и дальше слушать его намеки на “то самое”.

– В смысле, “нравится”?
– возмутился он.
– Дарья мне не нравится! В Дарью я влюблен всей своей старой истерзаной душой, жадной до борщей и пирогов.

– Ой, всё, - покачала головой и отошла от Дениса, чья рана, пока мы трепались, заросла окончательно.
– Вам бы лишь шуточки шутить, а она, между прочим, волновалась. Ужин, кстати, в холодильнике вас ждет. Сами разогреете?

– Да, конечно, - усмехнулся он уже совсем другим тоном.
– Полина, не обижайтесь. Понимаете же, что я не со зла. А Дарья мне действительно нравится, хорошая женщина, уютная. Кстати, хотите совет? Как коллега коллеге?

– Да?
– Я снова взглянула на него, хотя уже успела отойти к кровати и сесть, пережидая легкое головокружение. Всё-таки принудительная регенерация чужого организма - это не то же самое, что своего. Отнимает гораздо больше сил!

– Не отталкивайте Егора. Не знаю, что за кошка между вами пробежала, но он уже неделю сам не свой. Хороший парень, ведь. А погибнет по глупости…

– В смысле?
– напряглась я моментально.
– Почему погибнет?

– Ну так а ради чего ему себя беречь, если любимая женщина нос воротит?
– усмехнулся Савелий, глядя мне в глаза, причем так, что я видела - шутки кончились.
– У нас же, мужиков, как? Все желания просты, как дважды два. Было б что поесть, да к кому вернуться. Вот только ему больше не к кому. Я ж отчасти менталист, я такое особенно четко вижу.

– Док… - Я вздохнула морщась.

– Не-не-не, - он замотал головой и, словно этого было мало, замахал рукой.
– Ничего слушать не хочу. Сами-сами. Я совет дал, а вот душу мне изливать не надо. Я ж не смогу, всё командиру выболтаю. А оно вам надо? Так что давайте, сами-сами. И вообще, время уже позднее, а у вас репутация. С двумя мужикам наедине уже больше часа! Что о вас люди подумают? В общем, кыш на свою половину, сиятельство, мне ещё порядок тут наводить.

– Док, - хмыкнула уже совсем другим тоном.

– А?

– Вы трепло.

– Я в курсе, - ухмыльнулся Савелий и подмигнул.
– Кстати, с меня десяток ледяных ядер, но уже завтра. Я парням заявку дал, соберут. Выдастся свободная минутка - милости прошу.

– Здорово, - обрадовалась я… и зевнула.
– Но скорее всего только послезавтра получится. Завтра у Ильи Захаровича день рождения, он пригласил меня в Айсберг. А вы идете?

– Черт, точно!
– Док с досадой щелкнул пальцами.
– Совсем из головы вылетело. Конечно, да. К шести, верно? Говорили же об этом ещё месяц назад… А что, тридцатое уже завтра? Вот время летит, а? Спасибо, что напомнили. Надо будет парням сказать. Всё, спокойной ночи, Полечка, до завтра.

В общем, выставили меня вон, да только я уже и сама не сопротивлялась, чувствуя, что вся энергия с впитанных ядер ушла на принудительную регенерацию Дениса. И нет, мне не было жаль. Хороший парень, рано ему умирать.

Лишь бы остальные были в порядке…

Дойдя до левого крыла и по дороге заглянув в санузел, где тщательно вымыла окровавленные руки, я вошла в свою спальню, разделась и рухнула в постель, вырубаясь почти моментально.

И всю ночь мне снилось, как “Витязь” в черно-фиолетовом доспехе уходит от меня в гигантский черный разлом, источающий нестерпимый потусторонний холод… и исчезает в нём.

Навсегда.

Я бегу, но не могу добежать. Кричу, но из горла не вырывается ни звука. Рыдаю, проклинаю, тянусь к нему… Но всё бесполезно. Я лишь фантом. Безмолвный, неподвижный. От меня ничего не зависит. Абсолютно ничего…

Проснувшись от собственного крика, в слезах и с бешено колотящимся сердцем, я успокаивалась минут пять, не понимая, как такое возможно. Сон был настолько реалистичным, что я даже мысли не допустила, что это бред. Я испытывала настолько яркие эмоции отчаяния, что перехватывало горло и останавливалось сердце. Я была на грани истерики!

А может и не на грани…

Но почему?

Я ведь не провидица, нет? Или это обычный кошмар, спровоцированный вчерашними нетипичными манипуляциями и отравлением магическим льдом? А ведь холод во сне - это отсылка именно к нему!

Фух… Пусть это будет кошмаром. Просто кошмаром. Пожалуйста!

Полежав ещё немного и успокоившись окончательно, я просто запретила себе думать обо всем этом в негативном ключе (а потом и просто думать), предпочтя сосредоточиться на том, что пора вставать и завтракать. Чем и занялась, надев уже привычные штанишки-футболку, убрав волосы в хвост и посетив ванну.