Реконструктор

Поэтому коротко поясняю свою мысль Кружанкову – он мужик неглупый и все поймет. Тот молча кивает, и бойцы уносят тело Агапова.

Отловив Ольгинского, озадачиваю и его.

Стаскиваем тела убитых немцев в глубокую яму и укладываем там. Забрасываем их сухим хворостом и присыпаем остатками прошлогодней листвы – она еще тут присутствует. Ну некоторый геморрой при поисках мы противнику уже обеспечили. Впрочем, ребятки, если вы полагаете, что этим все и ограничится, то я буду вынужден вас горько разочаровать…

Они пришли поздно ночью.

Три незаметные тени нарисовались на дороге и какое-то время неподвижно маячили около покосившейся ели. Правильно, значит, мы прикинули место возможной встречи – других столь очевидных ориентиров здесь больше не было.

Выждав около часа, тени зашевелились. По моим прикидкам, в лес ушли двое, хотя вполне допускаю и то, что один из них попросту устроил засаду на того, кто рискнул бы последовать за ними следом. Но таких дураков тут нет. Часа через три тени вновь зашевелились – уходят. Так же тихо, как и пришли. Какие там у них установлены сигналы для поиска и взаимного опознавания, неизвестно. Но ответов на них пришедшие явно не получили. Значит, надо ждать новых визитеров.

Даю отбой бойцам: можно спать. Раньше чем через несколько часов сюда никто не придет.

Как должны будут поступить беглые пленные, которым выпадет неслыханная удача – заземлить неслабых немцев?

Да бежать они будут.

Со всех ног и как можно дальше.

Ибо очень скоро им на хвост сядут коллеги уничтоженных. И будут гнать их упорно, с немаленькой злостью. Крайне вероятно, что такая погоня долгой не станет. Вернее, могла бы не стать.

Если бы мы именно так и поступили.

Уходить в глубь леса, разумеется, можно.

Особенно сейчас, располагая приличным уже запасом продовольствия и не испытывая недостатка в вооружении. Можно даже попытаться устроить преследователям засаду.

Которая, с большой долей вероятности, станет для нас последним боем. Увы, немцы значительно лучше подготовлены. Да и, кроме того, на их стороне мобильность и средства связи. Численное превосходство, наконец. Любого из этих факторов достаточно для того, чтобы усложнить наше дальнейшее существование в максимально возможной степени.

Поэтому мы никуда не уходим.

Нет, с места боестолкновения, разумеется, наша группа сваливает в максимально быстром темпе, особо не заботясь о маскировке своих следов. Сваливаем, само собой разумеется, в сторону дороги. Все естественно, мы же не какие-то там немыслимые таежники, способные тихо и незаметно ходить по лесу. Куда уж нам до егерей…

Во всяком случае, очень надеюсь на то, что именно так и подумают наши преследователи.

И дружно рванут по нашим следам – они хорошо видны на дороге. Следы стоптанных русских сапог. Выходят из леса, какое-то время прорисовываются на обочине, потом пересекают дорогу, мимоходом пройдясь по глубокой луже. Оная лужа вплотную подходит к кустам, куда, надо думать, смотались зловредные русские. Именно туда, ибо дальше на дороге следов русских сапог не наблюдается. Да и откуда им там быть?

Особенно если учесть тот факт, что они из этой лужи и не выходили вовсе. Просто каждый из бойцов, зайдя в лужу, переобувался в трофейную обувь, которую нес в руках. И на сушу выбирались уже вполне себе немецкие ботинки или сапоги – кому что подошло… А вот подобных следов на ней хватало и без нас.

Памятуя о зловредных собачках, которые уже один разок нам неплохо поднагадили, безжалостно присыпаю всю округу рядом с нашей лежкой трофейным табаком. Ничего, живой боец и без курева потерпит, а мертвому сигареты без надобности.

Ждем…

Трудно это – сидеть в двух шагах от возможной могилы. Нас, если что-то пойдет наперекосяк, прихлопнут тут моментом. Нет, сколько-то солдат мы, ясен пень, с собой заберем, это не вопрос. Но помирать неохота категорически! Однако же каким-то образом надо убедить фрицев в том, что мы топаем именно туда, куда и показали изначально. Поэтому решаю рискнуть и ломлюсь напропалую по лесу, щедро ломая на своем пути ветки и оставляя за собою след, словно от рехнувшегося лося. Не заметить столь явных вещей – ну это совсем слепцом надо быть! Попутно, пользуясь некоторыми прибамбасами из арсенала покойных «охотничков», оставляю на своем пути парочку растяжек – немецкие гранаты, ежели кто не знал, такие вещи вполне предусматривают. Даром что запалы у них терочные. Правда, не у каждого солдата при себе подобные штучки есть. Но у «охотничков» – имелись. Грех таким подарком не воспользоваться! Это уж совсем круглым дураком надо быть! Льщу себя надеждой, что к таковым не отношусь…

Все, закончили комедию ломать. От меня уже и так только что пар не валит. А вы думали? Протопать по лесу дурным пером пару верст… врагу не пожелаешь. Хотя смотря какому врагу. Тем, что пойдут по моим следам, – пожелаю.

Ну, теперь можно и передохнуть. Ребята заныканы, ветками я их завалил, сверху немецкую хурду набросал – не должно от них особо чужим запахом тянуть. Собаки-то будут пленных искать – те совсем иначе пахнуть должны. Но кто их знает, как что там сработает в этом хитром носу? И поэтому есть задача номер два…

Розыскная собака – это зверь особенный. Ее беречь надобно, попусту не перенапрягать и не дергать. Да и работать с ней может далеко не каждый человек, а только проводник. Во всяком случае, в моей башке сохранилась именно эта информация. Вполне возможно, что присутствовали и еще какие-то тонкости и особенности, о которых я попросту сейчас не помню. Но, исходя из уже имеющихся сведений, можно было предположить следующий порядок действий противника.

Посланная на встречу с поисковиками группа никого не обнаружила.

Вывод?

Их может быть два.

Группа кого-то там преследует или обнаружила и ждет подкреплений. А послать кого-либо навстречу товарищам по ночному лесу… тот еще геморрой. Может и не дойти.

В этом случае немцы продублируют встречу, выслав связных уже днем, чтобы прошли по следам.

Вариант второй – группа погибла.

Опять же немцы вышлют на поиск пока всего несколько человек.

Собак в этом случае не возьмут: могут выдать поисковиков своим лаем.

Хорошо, прочесали они лес – и нашли своих товарищей.

Что дальше?

Облава?

Скорее всего.

Кого будут искать?

Тех самых пленных.

Где?

Да в лесу, где ж еще!

А собачек они где возьмут?

Да там же, где и брали, – в лагере.

Но закавыка в том, что розыскную собаку не поведут пешком – далеко. И устать она может раньше времени. Соответственно и сработает.

Вывод?

Собаку повезут. На мотоцикле или автомобиле. Учитывая ценность собаки, второй вариант предпочтительнее.

Значит, выходим на дорогу и пасем грузовик, идущий со стороны лагеря. Почему именно его?