Репликант-13

– Хочу вас заверить, мистер Крикет, я очень серьезно отношусь к своей несравненной красоте.

Маленький бот вздохнул, вскарабкался на спинку сиденья и посмотрел в заднее стекло. Кайзер сидел рядом с ним и тихо рычал.

– Этот Проповедник догоняет нас, – предупредил Крикет. – Остальные тоже. Мы даже можем не успеть заехать в бурю.

– Эта малышка может ехать еще быстрее? – спросила Ана.

Иезекииль втопил педаль газа в пол, Сандерсаурус рванула вперед, и Лемон радостно завопила. Чем ближе они подъезжали, тем хуже становилась дорога, выбоины глубже, трещины шире. Пустыня как будто медленно приближалась к побережью, намереваясь поглотить последние обломки человечества. Ана увидела развалины старых поселений – кто-то пытался построить свою жизнь вне влияния Армады, Мегополиса или Сити-Хайва «БиоМаас». Но от них остались лишь ржавые остовы автомобилей или каркасы домов, наполовину погребенные в песках. Интересно, размышляла она, что останется от человечества через сотню лет? Что произойдет, если Габриэль добьется своей цели и заселит мир репликантами?

Удастся ли им построить мир, который будет лучше, чем у их создателей?

Или они уничтожат его навсегда?

Километры казались бесконечными, от дороги уже оставались лишь разбитые куски асфальта, заваленные песком, а из трещин торчали хилые пучки мутировавшей травы. Ана оглянулась и увидела, что Проповедник совсем близко. Бойцы Армады не отставали – байкеры-Флибустьеры медленно, но верно набирали скорость, большие машины держались рядом. Похоже, это была стратегическая ошибка, да и вообще не самая лучшая ее идея – украсть самую роскошную в городе тачку…

Но зато она была самой крутой.

Стеклянная буря, поднимаясь от растерзанной земли, уже заполнила собой весь горизонт. Они были всего в нескольких километрах от ее края. Ана услышала низкий, угрожающий рев, заглушивший собой музыку. Разглядела острые как бритва осколки, отливающие красным в лучах заката. Молния цвета пламени разрывала небо ослепляющими дугами.

Девушка повернулась к Иезекиилю.

– Ты уверен?

Он посмотрел на нее. Улыбнулся своей почти идеальной улыбкой. Она хотела, чтобы ей улыбались так вечно. Протянув руку, Зик сжал ее ладонь.

– Доверься мне.

Ана сжала его пальцы в ответ и тоже улыбнулась.

– Хорошо.

1.25. Буря

Хаос.

Безумие.

Настоящий ад.

Ветер ударил в них примерно в километре от края шторма, сбив Сандерсаурус, как детскую игрушку. Машину тряхнуло и бросило в сторону. Иезекииль изо всех сил старался удержать ее на дороге. Они двинулись дальше, дорога перед ними погрузилась во тьму, по капоту застучали стеклянные осколки и галька. Ана еще раз сжала руку Иезекииля и отпустила ее, чтобы он мог крепче держать руль. Она натянула шлем, проверила, герметично ли застегнула костюм. Закрыла окна и вентиляционные отверстия.

– Ну что, все готовы? – прокричала она через усиливающийся рев.

– Н-не совсем. – Лемон поморщилась.

– Нет! – завопил Крикет.

– Гав! – отозвался Кайзер.

– Слишком поздно! Держитесь!

Буря обрушилась на них, словно удар молота, чуть не вырвав руль из рук Иезекииля. Репликант выругался, но ему удалось вернуть контроль над управлением, а тем временем их все дальше засасывало в ревущее облако из пыли, грязи и миллионов блестящих стеклянных осколков. Иезекииль был вынужден сбросить газ, включить фары и почти на ощупь передвигаться через весь этот хаос. Грохот стоял оглушительный – непрекращающийся голодный рокот сливался с другим звуком, похожим на скрежет наждачной бумаги, царапающей покрытие Сандерсаурус.

– Твою мать! – завопила Лемон.

– Лучше пристегнись! – прокричал ей Крикет.

– Ты мне не босс! – гаркнула она, но крепко затянула ремень безопасности.

Еще один порыв ветра отбросил машину в сторону с такой силой, что даже завизжали покрышки. Бесконечный шквал крошечных стеклянных частиц сдирал ржавчину с корпуса Сандерсаурус, обнажая блестящий металл. Они понятия не имели, на сколько километров простиралась эта стеклянная буря, не знали, когда она закончится; заехав в нее, они отрезали себе путь назад. Им оставалось лишь крепко держаться и надеяться на лучшее.

Проходили часы, какофония превратилась в пронзительный рев. Грохот дороги, гроза, стекло на корпусе и под колесами – все эти звуки смешались в ее голове. Ана обернулась назад и увидела, что Лемон и Крикет прижались друг к дружке. Кайзер съежился на рваном сиденье, положив голову на колени Лемон. В широко распахнутых глазах девушки стоял страх.

– Крутышка, если ты когда-нибудь сомневалась в моей любви к тебе… – начала она.

– Я никогда в тебе не сомневалась, – ответила Ана. Протянув руку, она сжала пальцы Лемон. Ее чуть не захлестнули эмоции. Столько всего произошло, но Лемон ни разу не колебалась. Ни разу не дрогнула. Ни разу не засомневалась.

– Ты слышала меня, Лемон Фреш? – Ана снова сжала ее пальцы. – Никогда.

– Но ты все равно должна мне пони.

Ана улыбнулась.

– Хорошо.

– Послушай…

Лемон посмотрела на Иезекииля. На Крикета. Ее фирменная задорная улыбка вдруг испарилась. Озорной блеск в глазах погас. Она казалась испуганной и мысленно подбирала слова, чтобы заговорить.

– Послушай, Крутышка, я должна сказать тебе кое-что…

Заднее стекло с грохотом влетело внутрь, салон наполнили пыль и грязь. Лемон закричала – через разбитое окно тянулась рука в красной перчатке. Иезекииль, ослепленный пылью и стеклом, на миг потерял управление, и машину развернуло. Кайзер зарычал и схватил руку мощными челюстями, раздался скрежет металла о металл. Ана увидела Проповедника, прицепившегося к их машине. Его лицо закрывал массивный противогаз. Но защитного костюма на нем не было – только то же черное пальто, нашпигованное оружием. То ли он хотел умереть, то ли в нем было столько модификаций, что радиационное заражение ему не грозило. Но фуг был здесь, и намерения у него были самые серьезные.

Сандерсаурус попала в выбоину, ее завертело в разные стороны, и Ана ударилась головой о дверь. Она пошарила по ноге, нащупывая обрез, а Иезекииль пытался выровнять машину. В салон залетали песок и стекло, и репликант смахивал с глаз слезы. Лемон схватила Экскалибур и неуклюже размахнулась им в тесном пространстве. Она ударила по лицу Проповедника, запустив шокер, и охотник за головами выругался от боли. Он уже был по пояс в салоне. Схватив Лемон за воротник, Проповедник несколько раз ударил ее головой о дверцу, пока глаза девушки не закатились.

– Лем! – закричала Ана, поднимая обрез.

Охотник за головами успел увернуться от дробовика в сторону, и оглушающий выстрел пришелся в спинку сиденья рядом с ним. Кайзер, глаза которого светились кроваво-красными огоньками, по-прежнему рвал зубами руку Проповедника. Крикет рылся в сумке, пытаясь вытащить автоматическую винтовку размерами с него самого. Машина снова попала в рытвину и подпрыгнула. Ана прицелилась и разрядила ствол прямо в грудь Проповедника.

БУУ-УУМ!

Вокруг них повисло облако из дыма, крови и стекла. Охотника за головами выкинуло обратно в окно. Продолжая цепляться пальцами за машину, он начал откатываться назад, грязно выругавшись, все-таки соскользнул с кромки и, подняв клубы пыли, упал на дорогу.

– Получи, мерзкий ублюдок! – закричала Ана.

Сандерсаурус опять попал в яму, чуть не перевернувшись, и Иезекииль отчаянно пытался вернуть себе контроль над автомобилем. Ана стянула с себя шлем, сорвала со лба защитные очки и нацепила их на глаза Иезекиилю. Буря продолжала завывать и колотить их машину, словно молот какого-то мстительного бога.