Ревик

Но на сей раз Дигойз лишь улыбнулся, видя, что её глаза остекленели, и она тоже наблюдала за Терианом, смотрела на лицо девушки и её набухшие груди. Он намеренно застал Рейвен врасплох, двигаясь быстро. Он подхватил её под руки прежде, чем та успела запротестовать, повалил её на кровать и навалился сверху всем весом.

На мгновение она воспротивилась, но лишь вполсилы, резко втянув воздух, когда он развёл её ноги. Наблюдая за её глазами, он вошёл в неё, сдержав твёрдую часть ровно настолько, чтобы проникнуть в неё. Но наркотики помогали с самоконтролем… отчасти поэтому Терри поддерживал их изобилие.

Дигойз закрыл глаза, войдя полностью и позволяя себе снова удлиниться, когда нашёл нужное место. Жар прилил к его коже, вызвав тихий вздох, и он открыл глаза, изучая её лицо и свет.

Он слегка озадачился, снова увидев там обиженное выражение.

— Рей, — отрывисто сказал он. — Забудь об этом. Немедленно. Или скажи мне остановиться.

— Что в ней такого? — спросила Рейвен, и её глаза всё ещё смотрели сердито. — Почему ты её до сих пор хочешь?

Он бросил на неё раздражённый взгляд.

И всё же в его свете промелькнуло смущение.

Он правда думал о другой видящей.

Он думал о том, как она выглядела у бассейна с её поразительными зелёными глазами, почти чёрными волосами и нетипичным лицом. Он думал о ней, когда удлинился, вспоминал её свет, почти сам того не замечая.

Или, может, не признаваясь себе в этом.

Теперь он не вышел из Рейвен, но опёрся на руки, всматриваясь в её лицо.

— Серьёзно? — спросил он. — Ты хочешь поговорить об этом сейчас?

— Покажи мне, — потребовала она. — Покажи мне, а то проснёшься с ножом у горла, Дигз. На сей раз по-настоящему.

Он почувствовал, как напряглись его челюсти.

Обернувшись, он увидел, что один из питомцев Териана с языком целует того, кто до сих пор получал минет от девушки.

Оставаясь позади женщины, Териан издал тихий хрип.

Он последовал совету Дигойза и теперь трахал её, входя всё глубже и жестом подзывая ещё одного парня в костюме. Дигойз чувствовал, к чему это ведёт. Он также чувствовал желание девушки. Она наслаждалась всеми этими мужчинами.

Она хотела большего, и он знал, что Териан тоже это почувствовал.

Ревик также знал, что Териан собирался подчиниться — возможно, даже больше, чем она хотела.

Временами Териан бывал больным мудаком, да, но Дигойз знал, что он не получал удовольствия от изнасилования… по крайней мере, от самой его сути. Секс по обоюдному согласию, особенно с элементами унижения или подчинения, приносил ему такое же удовольствие.

Возможно, даже больше удовольствия.

Дигойз всё равно знал, что настоящее веселье для Терри исходило от мужчин.

Он привёл женщину для него, для Ревика.

Одна из любимых игр Териана заключалась в следующем: достать несколько относительных «натуралов», то есть, преимущественно гетеросексуальных людей, особенно мужчин, и заставить их трахаться у него на глазах. Он также давил на них, заставляя позволить ему трахнуть их.

Обычно он заставлял их умолять об этом и потом не стирал их воспоминания, так что они всё помнили. Просто они понятия не имели, что их принудили к этому — светом видящего или чем-то ещё.

Дигойз понятия не имел, почему это так развлекало другого видящего, но что есть, то есть.

После этого Териан иногда неделями следил за ними и наблюдал, как они мучаются мыслями о том, гомосексуалы они или нет. Иногда Териан снова давил на них несколько недель спустя, заставлял нанимать мужчин-проституток или сам отсасывал им… развлекал себя, заставляя их просить о сексуальных услугах, о которых они сами даже не подумали бы и уж тем более не попросили бы о таком другого мужчину.

Это были те, кто нравился Терри, и на которых он слегка западал.

Поскольку большинство видящих были более-менее бисексуальными, если выражаться человеческими терминами, то идея гомофобии была им несколько чужда. Если их партнёры или любовники заводили партнёров того же пола (или противоположного пола, если уж на то пошло), это приводило скорее к ревности или неуверенности к себе, а не к тому, что испытывали люди многих культур, когда дело касалось однополых пар.

Большинство видящих не понимало зацикленность людей на сексуальной ориентации.

По схожим причинам помешательство Териана на том, чтобы мучить людей однополыми совокуплениями, казалась Дигойзу весьма странным.

Он почувствовал, как свет Рейвен скользит глубже в него, и снова посмотрел на неё.

— Зачем? — спросил он, запоздало отвечая на её вопрос. — Зачем ты хочешь это увидеть? Ты уже знаешь, почему я её хотел.

— Нет, не знаю.

— Да, знаешь, — раздражённо сказал он. — Это не так уж сложно, Рей.

Но Рейвен покачала головой, и её губы плотно поджались от злости.

Дигойз вздохнул, затем открыл свой свет.

Он сделал это осторожно, скрывая содержание разговора с видящей подальше от света его девушки.

Но он позволил Рейвен сканировать его, по крайней мере, в плане его реакций на женщину.

Когда Рейвен через несколько минут наконец-то отключилась от его света, он сделался как никогда твёрдым, полностью удлинился, и сердце гулко стучало в груди. Боль застала его врасплох, когда он вновь ощутил привкус света женщины, пока Рейвен изучала его.

Он ощутил, как злость Рейвен усилилась, когда он взглянул на неё.

Она лежала, хмуро глядя на него, и её чёрные волосы разметались вокруг её овального лица.

— Довольна? — рыкнул он на неё.

— Тебе понравилось, какой она была открытой? — она скрестила руки на груди, глядя на него, и её голос звучал отрывисто. — Вот в чём дело? Тебе понравилось чувствовать её свет?

Дигойз покачал головой, но не в знак отрицания.

— Мне это начинает надоедать, Рей.

— Твой член говорит об обратном, — сказала она, выразительно посмотрев вниз.

Вопреки её словам, её вопросам, тону её голоса, он теперь слышал нечто вроде понимания. Он чувствовал, как она обдумывает то, что он ей показал, осмысливает то, что рябью прокатывалось по его свету.