Революция муравьев
Шрифт:
– Чего вы требуете? – спросила одна старая дама.
– Ничего! Мы абсолютно ничего не требуем, – ответила амазонка из клуба айкидо.
– Ничего? Если вы ничего не требуете, то это не революция!
– Как раз наоборот, сударыня. Это и интересно. Мы – первая революция без всяких требований.
Зрители как будто не хотели, чтобы праздник ограничился двумя часами музыки, оплаченными по сто франков за место. Все хотели продлить его во времени и пространстве. Люди выкрикивали во всю силу легких:
Мы – новые пророки,
Мы – новые творцы!
Некоторые из тех, кто присоединялся к процессии, прихватили с собой собственные музыкальные инструменты, чтобы играть вместе с музыкантами. Другие несли кухонную утварь, заменявшую барабаны и литавры. Третьи взяли серпантин и конфетти.
Вспомнив уроки старого учителя
Мы – новые пророки,
Мы – новые творцы!
Мы – маленькие муравьи, грызущие старый окостеневший мир.
101. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
РЕВОЛЮЦИЯ ДЕТЕЙ ИЗ ЧЕНДУ: до 1967 года Ченду, столица китайской провинции Сычуанъ, была спокойным местом. Старинный укрепленный город, построенный на высоте 1000 метров над уровнем океана в гималайских предгорьях, насчитывал три миллиона жителей, большинство из которых пребывало в полном неведении относительно событий в Пекине или Шанхае. А эти огромные метрополии к тому времени стали перенаселенными, и Мао Цзэдун решил их разгрузить. Членов семей разлучали, родителей отправляли на каторжные полевые работы, а детей – в учебные центры «Красных бригад», чтобы сделать из них хороших коммунистов. Эти центры были, собственно говоря, настоящими трудовыми лагерями. Условия жизни в них были очень тяжелыми. Кормили детей плохо. На них ставили эксперимент, давая им пищу из целлюлозы, выработанной из опилок, и дети умирали, как мухи.
Пекин тем временем раздирали дворцовые ссоры. Линь Пяо, официальный дофин Мао, отвечающий за «Красные бригады», впал в немилость. Партийные чиновники стали подстрекать детей из «Красных бригад» к бунту против своих тюремщиков. Типичная китайская тонкость: отныне во имя маоизма дети должны были убегать из маоистских лагерей и избивать своих наставников.
Очутившись на свободе, дети из «Красных бригад» рассыпались по стране, под предлогом несения в массы истинно маоистского учения, направленного против коррумпированного государства, на самом же деле большинство из них хотело просто покинуть Китай. Штурмом взяв вокзалы, они двинулись на запад, где, по слухам, на границе была лазейка, через которую можно было тайно пересечь границу и оказаться на индийской территории. Все поезда западного направления имели конечный пункт в Ченду. Таким образом, в этот горный город приехали тысячи «скаутов» в возрасте от тринадцати до пятнадцати лет. Началось все вроде бы даже неплохо. Дети рассказали, как они страдали в лагерях «Красных бригад», и обитатели Ченду преисполнились к ним сочувствия. Их угощали сладостями, кормили, дали им палатки для ночевки и одеяла. Но поток на вокзал Ченду все прибывал и прибывал. Сначала беглецов была тысяча, теперь их насчитывалось уже двести тысяч.
Доброй воли местных жителей уже было недостаточно. Началось воровство. Торговцев, не позволявших себя обворовывать, колотили. Они пожаловались мэру города, который не успел никак отреагировать, так как дети явились к нему сами, требуя от него публичной самокритики. Затем избили его и вынудили бежать. Дети организовали выборы нового мэра и выдвинули «своего» кандидата, толстощекого тринадцатилетнего парнишку, выглядевшего старше своего возраста и, несомненно, благодаря своей харизме пользовавшегося авторитетом у остальных «краснобригадников». Город покрылся афишами, призывавшими голосовать за него. Поскольку ораторским талантом кандидат не обладал, дацзыбао рассказывали о его программе вместо него. Его охотно избрали, и новый мэр сформировал правительство из детей, главой которого стал муниципальный советник пятнадцати лет.
Воровство перестало быть преступлением. Все торговцы были обложены налогом, изобретенным новым мэром. Каждый житель города обязывался предоставлять кров «краснобригадникам». Поскольку город был расположен очень обособленно, никто и не догадывался об электоральной победе детей. Встревоженные горожане решили предупредить главу провинции и послали к нему делегацию. Последний отнесся к делу очень серьезно и попросил у Пекина армию для подавления мятежников. Против двухсот тысяч детей столица послала сотни танков и тысячи вооруженных до зубов солдат. Приказ гласил: «Убивать всех, кто моложе пятнадцати лет». Дети попытались сопротивляться, воспользовавшись пятью крепостными стенами города, но население Ченду их не поддержало. Горожане думали о спасении своих собственных детей и прятали их в горах. Два дня продолжалась война взрослых с детьми, в конце концов, Красная армия призвала бомбардировщиков для уничтожения последних очагов сопротивления. Все мальчики были убиты.
Дело не предали огласке, так как в скором времени американский президент Ричард Никсон должен был встречаться с Мао Цзэдуном, и момент для критики Китая был неподходящий.
102. ВЗРЫВ ТАИНСТВЕННОЙ ПИРАМИДЫ
На этот раз все взлетит в воздух! Максимильен и его полицейские вернулись и окружили таинственную пирамиду.
Комиссар решил действовать ночью, подумав, что во время сна будет легче захватить обитателя или обитателей постройки.
Отряд осветил карманными фонариками лесное сооружение. Полицейские, словно моряки в открытом море, были одеты в защитные прорезиненные плащи. Электрический шнур на этот раз взяли армированный, чтобы ничьи мандибулы его не перегрызли. Максимильен уже собирался отдать приказ к взрыву, как услышал жужжание.
– Внимание, оса! – закричал комиссар. – Закрывайте руки и шеи.
Один из полицейских выхватил пистолет и прицелился. Но цель была слишком мала. Готовясь стрелять, полицейский неосторожным движением обнажил запястье, куда и был немедленно укушен.
Насекомое укусило еще одного полицейского и улетело подальше от молотящих по воздуху рук. Теперь все с тревогой затаились, стараясь не пропустить звука, похожего на жужжание осы.
Но насекомое, перехитрив их, неожиданно атаковало третьего полицейского. Оно заползло ему за правое ухо и вонзило жало в яремную вену. Еще один человек упал.
Максимильен снял башмак, размахнулся и, как и в первое свое посещение, хлопнул по насекомому. Атакующий герой шлепнулся на землю и остался неподвижен. Там, где бессилен револьвер, всегда побеждал башмак с толстой подметкой.
– Два – ноль.
Он осмотрел свою жертву. Это была не оса. Насекомое походило скорее на крылатого муравья. Он с удовольствием раздавил его подошвой ботинка.
Оставшиеся невредимыми полицейские стали помогать упавшим на землю. Их трясли за плечи, чтобы они не уснули. Максимильен решил поторопиться со взрывом, пока не появился еще один опасный крошечный защитник пирамиды.
– Все заряды готовы?
Пиротехник проверил контакты детонатора и стал ждать приказа комиссара.
– Готовы?
Обратный отсчет прервал звонок его мобильного телефона. Префект Дюпейрон просил его срочно приехать. В городе беспорядки.
– Манифестанты заняли главную артерию Фонтенбло. Они способны разнести все. Бросайте то, что вы делаете, немедленно возвращайтесь в город и разгоните мне этих сумасшедших.
103. СХВАТКА В ТРОСТНИКАХ
День борется с ночью. Жарко. Луна освещает землю. Приятно после дождя погреть тело на теплой палубе. Мирмекийский корабль-черепаха мчится к тростникам.
Карлики замечают их появление. Света и жара углей оказалось достаточно, чтобы они встревожились. Кончики розовых нежных листьев начинены готовыми к атаке артиллеристами. А из дальнего тростника взывает о помощи осажденный 24-й.
Внизу, возле тростника, свидетельствуя об ожесточенности предыдущих боев, плавает множество трупов. Они так разбухли от воды, что уже нельзя определить, к какому лагерю они принадлежали.
Рыжие муравьи с Корнигеры воображали, что можно жить, просто рассказывая истории. Они ошибались. Только рассказывать истории нельзя, в историях приходится и участвовать.
В кабине броненосца-черепахи 103-я и ее разведчики ломают себе головы. Огонь – не очень удобное оружие для дальнего боя. Нужно придумать способ доставить его до кувшинок, удерживаемых карликами.
У муравьев принято действовать методом проб и ошибок. Каждый выдвигает свой вариант. 6-й предлагает направить в сторону противника плавучие листья, нагруженные углями и подталкиваемые плавунцами. Но плавунцы слишком боятся огня и отказываются.
Принцесса 103-я пытается вспомнить конструкцию аппарата, позволявшего Пальцам метать огонь на очень большие расстояния. Пальцы называют его катапультой. Кончиком усика она рисует силуэт сооружения, но никто не понимает, как огонь полетит по воздуху, если его поместить в этакий механизм. Предложение отвергают.
5-й считает, что нужно поджечь концы длинных веток, обычно используемых как копья и дотянуться ими до кувшинок. Идея принимается.
Муравьи останавливают моторы-плавунцов и ищут как можно более длинные ветки. Одну такую находят в нависшей над водой зелени и затаскивают на броненосец-черепаху.
Сплошной кислотный огонь заливает черепаху, лишь только она подплывает. Экипаж пригибается, но так, чтобы не выпустить из мандибул длинную ветку. Принцесса 103-я отдает приказ опустить конец ветки в угли. Ветка загорается. Пылающую мачту быстро поднимают.
Плавунцы разгоняются так, что позади остаются барашки пены. Броненосец летит в атаку на всех парах, и верхушка огненной пики чертит в воздухе желто-красную линию, словно бесконечное сияющее знамя.
14-й усиком-перископом определяет точное местонахождение противника и указывает остальным, куда направлять тяжелую дымящуюся мачту.