Революция муравьев

– Моя идея заключается в том, чтобы создать коллекцию одежды «Революция муравьев» – коллекцию, вдохновленную миром насекомых. Я попробую поработать с тканями, «произведенными в Насекомоландии», и не только с шелком шелковичного червя, но и с паутиной. Ее прочность, легкость и нежность таковы, что паутина служит для изготовления пуленепробиваемых жилетов в американской армии. Я думаю нанести на ткани узоры, изображающие крылья бабочек, а рисунки на спинках скарабеев использую для украшений.

Нарцисс представил на рассмотрение друзей рисунки и черновики, над которыми трудился всю ночь, и заслужил всеобщее одобрение. Общество, таким образом, создало свой первый филиал, занимающийся производством модной одежды и аксессуаров. Жи-вунг создал виртуальную витрину, где все подключившиеся смогут увидеть разработанные в стиле насекомых модели Нарцисса.

Теперь была очередь Леопольда представлять проект.

– Моя идея такова – организовать архитектурное агентство по строительству домов внутри холмов.

– А в чем смысл?

– Земля идеально предохраняет от жары и от холода, а также от радиации, магнитных полей и пыли, – объяснил он. – Холмы противостоят ветру, дождю и снегу. Земля – самый лучший материал для жизни.

– То есть ты хочешь строить дома троглодитов. А темновато в них не будет? – спросила Жюли.

– Вовсе нет. Достаточно будет проделать застекленное окно на юг – это будет солярий, а наверху – «окно зари», чтобы все время видеть смену дня и ночи. Обитатели таких домов будут жить в полном слиянии с природой. Днем будут видеть солнце и загорать через окно. Ночью – засыпать, глядя на звезды.

– А снаружи? – задала вопрос Франсина.

– Снаружи будет лужайка, цветы, деревья на стенах дома. Воздух будет напоен ароматом зелени. Это дом, заключающий в себе жизнь среди жизни, не то что бетонные дома! Стены его будут дышать, в них будет происходить фотосинтез. Они будут жить растительной и животной жизнью.

– Неплохо. И твои постройки не нарушат пейзажа, – заметил Давид.

– А источник энергии? – поинтересовалась Зое.

– Солнечные теплоуловители, расположенные на вершине холма, будут снабжать дома электроэнергией. В доме внутри холма можно жить с современным комфортом, – подчеркнул Леопольд.

Он показал планы идеального дома, который был конической формы и казался действительно просторным и удобным.

Так вот что обдумывал Леопольд, рисуя утопические жилища! Все знали, что, как большинство индейцев, он хотел изменить кубическую концепцию дома в пользу округлых форм. Дом-холм был на самом деле просто очень большим вигвамом с более толстыми стенами.

Все пришли в восторг, и Жи-вунг поторопился занести в компьютер новый архитектурный филиал. Он только попросил Леопольда нарисовать идеальный дом и придать ему объем, чтобы люди могли посетить его и оценить его достоинства. Второй филиал был окрещен: «Общество Муравейник».

В круг вошел Поль.

– Моя идея состоит в том, чтобы создать гамму пищевых продуктов на основе веществ, производимых насекомыми: мед, молочко, грибы, также прополис, королевское желе... Я думаю, что смогу изобрести новые вкусы и новые оттенки вкусов, черпая информацию из наблюдений за насекомыми. Муравьи из молочка тли делают алкоголь, очень похожий на нашу медовуху, я хочу и медовуху делать разных сортов, с разными ароматами.

Он достал бутылочку и дал друзьям попробовать напиток, который всем показался вкуснее, чем сидр или пиво.

– Ароматизирован молочком тли, – уточнил Поль. – Я нашел его в лицейских розовых кустах и сегодня ночью поставил бродить в ретортах в кабинете химии.

– Начнем с заявления торговой марки «Медовуха», – сказал Жи-вунг, усаживаясь за компьютер. – Потом будем продавать ее по почте.

Общество и его продуктовая гамма были названы «Медовуха». Очередь Зое.

– В «Энциклопедии относительного и абсолютного знания» Эдмонд Уэллс утверждает, что муравьи способны осуществлять АК – Абсолютную Коммуникацию, – соединяя усики и подключаясь непосредственно к мозгу друг друга. Это навело меня на раздумья. Если так могут делать муравьи, почему не смогут люди? Эдмонд Уэллс советует сконструировать носовые насадки, настроенные на человеческую обонятельную систему.

– Ты хочешь наладить обонятельный диалог между людьми?

– Да. Моя идея состоит в том, чтобы сделать такую машину. Получив обонятельные усики, люди будут лучше понимать друг друга.

Она взяла «Энциклопедию» Жюли и показала чертеж странного аппарата, нарисованный Эдмондом Уэллсом: два соединенных между собой конуса с двумя тонкими, изогнутыми антеннами каждый.

– В мастерской лицея есть все необходимое для изготовления машины: формы, синтетические смолы, электротехника... Слава Богу, что в лицее мастерская, оборудованная по последнему слову высоких технологий.

Жи-вунг был настроен скептически. Он не видел за этой идеей никакой быстрой экономической отдачи. Но, поскольку идея Зое понравилась остальным, он решил выделить ей бюджет на «теоретические изыскания в области коммуникации», чтобы она начала мастерить свои «человеческие усики».

– Мой проект тоже некоммерческий, – заявила Жюли, становясь в центр круга друзей. – И тоже связан со странным изобретением из «Энциклопедии».

Она полистала страницы и показала товарищам схему, испещренную стрелками с пояснениями.

– Эдмонд Уэллс называет эту машину «Пьер де Розетт» скорее всего в честь Шампольона, назвавшего так фрагмент стелы, позволившей ему расшифровать древнеегипетские иероглифы. Машина Эдмонда Уэллса разлагает обонятельные молекулы муравьиных феромонов и трансформирует их в понятные человеку слова. Точно так же и человеческую речь она переводит в муравьиные феромоны. Моя идея – попытаться создать такую машину.

– Ты шутишь?

– Да нет! Уже давно технически возможно разлагать и составлять муравьиные феромоны, никто только не понимает, зачем это делать. Проблема в том, что все научные изыскания, касающиеся муравьев, были всегда направлены на их истребление, чтобы очистить от них наши кухни. Это все равно что поручить переговоры с пришельцами заводам по выпуску мясных продуктов.

– Что тебе нужно из материалов? – спросил Жи-вунг.

– Спектрометр массы, хроматограф и, конечно, муравейник. Два этих прибора я уже видела в лицее, в отделении по подготовке профессиональных парфюмеров. А муравейник есть в саду лицея.

Энтузиазма никто не проявил.

– Для Революции муравьев естественно интересоваться муравьями, – настаивала Жюли, видя скептический настрой друзей.

Жи-вунгу казалось, что их солистке лучше было бы оставаться символической фигурой на корабле революции, вместо того чтобы разбрасываться в изотерических поисках. Жюли выдвинула главный аргумент: