Ревущие девяностые. Семена развала

В этой книге я высказал определенную критику американского подхода к глобализации: одностороннего учета интересов Америкой и отсутствие в ее политике элементов социальной справедливости. Что касается первой проблемы, то за последние два года Европа испытала последствия этой новой формы господства точно так же, как их давно уже испытывают на себе развивающиеся страны: в связи с выходом из договоров о глобальном потеплении, о Международном уголовном суде, о стратегических вооружениях и совсем недавно — в связи с последствиями иракской войны [151] . По второй проблеме риторика Европы была гораздо лучше (чем США), но это означало лишь то, что разрыв между риторикой и реальностью был еще больше. Инициатива, связанная с допуском всех товаров из беднейших стран мира на рынки беспошлинно («все, за исключением оружия»), была очевидным шагом в правильном направлении, но до тех пор, пока субсидии остаются на прежнем уровне, развивающиеся страны не могут конкурировать. В других областях спор о том, что более заслуживает одобрения, может идти только по несущественным мелочам: США иллюстрировали свою экономическую мощь для дестабилизации движения краткосрочных капиталов и блокирования борьбы против банковской тайны, Европа попробовала на последнем раунде торговых переговоров отстоять положение о защите инвестиций, к чему развивающиеся страны отнеслись с глубоким скептицизмом. Ни Америка, ни Европа не захотели даже обсудить идею, что при суждении о том, что является «нечестной» торговой практикой, не следует делать различия между отечественными и зарубежными товарами. И Америка, и Европа пожелали сохранить за собой право использования этой протекционистской меры.

151

Iraq War (20 марта — 15 апреля 2003). 250 тыс. американских и 45000 английских военнослужащих при участии небольших контингентов из Австралии и Польши вторглись со своих баз в Кувейте и других странах Персидского залива в Ирак. Вторжение сопровождалось жестокими бомбардировками иракских городов. Предлогом для вторжения послужили якобы имевшая место в этой стране разработка в нарушение условий перемирия, подписанного после окончания войны в Персидском заливе, оружия массового поражения, а также поддержка иранскими властями террористов из Аль-Кайеды. Некоторое время иранские войска оказывали упорное сопротивление, но 9 апреля практически без боя был сдан Багдад, а 15 апреля организованное сопротивление иракской армии прекратилось. Руководители Ирака были захвачены американцами, а затем создано проамериканское правительство. Однако интенсивная партизанская война против американцев, их союзников и перешедших на их сторону иракцев продолжается. Не удалось найти никаких прямых доказательств ни разработки в Ираке оружия массового уничтожения, ни связей иракских властей с террористами. — Примеч. пер.

Как бы не распределялась между Америкой и Европой ответственность, пострадали развивающиеся страны: как от того, что было сделано, так и от того, что должно было быть сделано, но небыло сделано, и от политики реформ, которую им навязали.

Эти реформы были большей частью идеологическими в отношении тех, кому их навязали, но не слишком затрагивали существующие порядки. Если мы хотим демократизировать глобализацию так, чтобы были слышны голоса развивающихся стран, программа глобализации должны быть изменена.

К числу величайших вызовов, с которыми столкнулась Европа, наряду с ее отношениями как с развивающимися, так и развитыми странами, относится проблема стандартов и стандартизации (или, если использовать более привычные термины, проблема унификации). Казалось, было ясно: нет, например, никакого смыла потреблять одинаковую пищу или одинаково распределять свой доход.

Великим достоинством рыночной экономики является то, что она допускает свободу выбора, хотя бы при условии достаточного дохода. Но в период Ревущих девяностых временами складывалось впечатление, что страны могут потерять свободу выбора типа общества, в котором их население хотело бы жить: каждый должен был принимать капитализм американского образца.

Теперь мы знаем, что это был ложный путь. В некоторых областях стандарты абсолютно необходимы: потребители, например, должны быть уверены, что пища, которую они едят, безопасна, вне зависимости от того, где она произведена. Там, где есть на этот счет сомнения, они по крайней мере должны знать, как она производится, чтобы самим вынести суждения. Я думаю, что банки и фондовые рынки относятся еще к одной области, где необходимы стандарты: вкладчики должны быть уверены в том, что деньги к ним возвратятся, а инвесторы — в том, что их не обманут. В других областях, особенно там, где требования к стандартам с достоверностью неизвестны, ценным представляется наличие конкурирующих между собой стандартов и правовых схем; есть данные, что инвесторы тяготеют к рынкам, где им предоставляется наиболее сильная защита. Но иногда, особенно когда одна из рыночных сторон плохо информирована, конкуренция регулирующих органов может вести по дороге в никуда. В таких случаях имеет смысл заключение международных соглашений об урегулировании внутренних ситуаций в стране, если они могут влиять на общемировую ситуацию. Избыточное потребление Америкой энергии и выброс в результате этого большого количества парниковых газов делают страну крупнейшим антропогенным источником глобального потепления. В этой области должны существовать международные стандарты и необходимо узаконить торговые санкции, обеспечивающие следствие этим стандартам. Нет, однако, никаких оснований для того, чтобы любая страна полностью открывала себя для движения краткосрочного спекулятивного капитала. Некоторые страны могут решить, что им удобнее иметь более сильную защиту наемного работника, более обширное законодательство в области здравоохранения и безопасности или более строгое природоохранное зонирование. Каждый выбор связан с издержками и выгодами — ложащимися на ее население или получаемыми ими, — и именно оно должно делать этот выбор.

* * *

В этой книге я представил альтернативу точке зрения, что существует единственный тип рыночной экономики. Я попытался выйти за пределы анализа ошибок периода Ревущих девяностых, чтобы представить иное видение.

Неблагоприятное развитие событий в первые годы нового тысячелетия указывает на то, что нам еще предстоит тщательное изучение уроков как наших успехов, так и наших провалов. Я питаю скромную надежду, что книга внесет некоторый вклад в наше понимание событий этих бурных лет. Может быть, следующей американской администрации удастся избежать ловушек, в которые попала Америка. Может быть, следующая администрация будет более успешно обеспечивать долгосрочные нужды Америки и всего мира. И, наконец, может быть, граждане остального мира будут более осторожно относиться к мифам, которые оказали такое большое влияние на представление об экономической политике на протяжении последних лет. Может быть, Америка и Европа, развитой и развивающийся миры совместными усилиями смогут выковать новый тип глобальной демократии и новые подходы к экономической политике, обеспечивающие новую основу процветания, плоды которого будут разделены между всеми гражданами всего мира.