Рейтар

– Я на землю сяду, а вы меня за шиворот, – попытался выдавить из себя улыбку Круглый. – Только еще спуститься надо.

Спускаться надо было аршина на четыре, и это оказалось тяжелее всего. Спустили Арио на каких-то старых вожжах, которые сняли с крюка на стене. Там, внизу, его уже Гор, как самый здоровый, за твердый ворот жилета подхватил, потащил по земле волоком, а тот и сознание потерял, на свое счастье. Злой же последним шел, задержался на лестнице для того, чтобы еще люк хоть как-нибудь замаскировать.

Ход бы сделан на совесть. Шли по нему без света, на ощупь, но легко находили и крепления, и мостки под ногами. Потом, шагов через пятьдесят, впереди тусклый свет забрезжил. Оказалось – решетка, сделанная на манер канализационной, по какой сточные воды из города стекают. Увидит кто и даже соваться не станет, зачем оно надо?

Решетка вывела к реке, к мосткам и деревянному длинному причалу, к которому рыбачьи лодки в рядок привязаны были. Тут Злой сразу показал на длинную лодку, что с левого края стояла:

– Эта! Арвин, давай людей на весла!

Пробежали по причалу, таща раненого на руках, забрались кое-как в лодку, не рассчитанную на такое количество людей. Поставили в уключины две пары весел, Злой цепь отомкнул неизвестно откуда взявшимся ключом и оттолкнул нас от причала.

– Давай вверх по течению и ближе к берегу держитесь, – сказал он, усаживаясь. – Верст пять нам грести, там покажу.

8

– Предал кто-то, – сказал Арио негромко. – Нас явно ждали, слишком быстро организовались.

Он лежал на просторной дубовой кровати, высоко поднявшись на пышных подушках. На столике рядом стоял кувшин воды, вино, фрукты в корзинке лежали. Повязка у него была свежая, из белоснежной марли, а вот лицо совсем измученное.

– Уверен, что не могли случайно заметить? – спросил я. – Кто-то увидел и узнал.

– Времени бы не хватило. Они ведь еще днем успели своего человека поселить, он ставни и открыл. Разве время было бы подготовиться? Когда, говоришь, ты этого бросателя пустых бомб приметил?

– Как с высокосвященным встречались, тогда и приметил.

– Нет, не успели бы они так случайно. Сдал нас кто-то.

Арио повернулся к прикрытому жалюзи окну, лучи света через которое частой гребенкой падали на пол. Я сидел напротив, на широком мягком топчане, следя за тем, чтобы спиной на каменную стену не опереться – всего час как маленький смуглый врач, приехавший на двуколке в сопровождении Злого, вытащил мне оттуда осколок гранаты и зашил рану.

– И кто мог быть?

– Да кто угодно, – поморщился он. – Сейчас не до этого, а если все сделаем как надо… то и без разницы уже будет. Все равно ничего не отменяется, только планы чуть изменились. Хотя узнать хотелось бы, таких наказывать надо.

– Это верно, – сказал Злой, сейчас развалившийся в мягком вытертом кресле и покачивающий ногой в начищенном сапоге. – Не наказав такого, вроде и дурачком себя чувствуешь. А ты точно уверен, что это один из тех, что тогда с вами стрелялись? – спросил он уже у меня.

– Точно, – ответил я уверенно.

– Ну, можно тогда поискать будет и нанимателя, все какой-то след есть.

– След есть, а смысла нет, – повернулся к нему Арио. – Гербер это, дураку понятно. Ладно, тогда вот что сделайте: надо на дороге пост выставить, дождаться валашцев. Арвин, это к тебе, пока ты людьми богат. Перехватить где-то сразу после границы и переправить… вон Злой объяснит.

Я только кивнул.

– Злой, вы с Тесаком с Торком свяжитесь, договоритесь, как будете теперь общаться. – Перехватив мой вопросительный знак, пояснил: – Это тот, что с высокосвященным Бергом приходил. Пока и все, дальше по обстоятельствам. А сейчас отдохнуть дайте немного, в голове плывет все.

Мы лишь кивнули, да и вышли из комнаты.

Укрывались мы на большой винодельне, которая, как подозреваю, «Усадьбе купца Зарама» и принадлежала. Стояла она на берегу, за городом, соседей не было, построек много. Несколько старинных каменных зданий, дом, флигель да сараи, погреба, стены, а вокруг стен чисто поле. Охраняли ее двое «работников» вида вполне нерабочего, и заправлял всем старикан лет семидесяти, по виду так сущий отставной разбойник. Числилась винодельня неработающей, вроде как владелец ее в дальнем отъезде, так что только охрану нанял.

Место выглядело вроде как безопасным, подойти скрытно и вовсе не получится. В доме главной усадьбы даже башня была, на верхнем этаже которой сейчас Риф Белый дежурил, по сторонам поглядывая. А еще на винодельне была конюшня, а на конюшне с десяток лошадей, так что передвигаться мы могли быстро, случись чего.

Вообще по всему выходило, что «Усадьба» в Улле корни пустила крепко. Со слов Арио выходило, что и с городской стражей все решить должны, чтобы не копали слишком усердно, а списали перестрелку на спор двух групп контрабандистов, и искать нас никто не станет. Стража не станет, если точнее, а враги-то не преминут.

Похоже, что у князя Вайма насчет Улле планы большие. И почему-то не верится мне, что намерен он ограничиться только тем, чтобы в Городской Совет своих союзников провести. Не тот это человек, которому союзники нужны, он вассалов, а то и вовсе слуг предпочитает.

Жалко было Хорька. Голодный тоже свой был, но он-то что, головорез головорезом, а у них судьба вообще такая, а вот Бире Хорек… с сиротского детства с наемниками, и получается, что и вырасти не успел толком. Зарезали его в коридоре гостиничном, перехватив горло ножом. Так мы его и бросили. И главное, что похоронить по-человечески не получится, закопают там, где всех преступников хоронят, у городской свалки. И Голодного там же. И хлопотать никто не будет, потому что подозрения может это вызвать. Не хочется именно так помереть, если честно. Не для воина такие похороны. Хотя… не каждый воин, в бою павший, похоронен будет. Кто наших вольных хоронил? Хорошо, если всех в одной яме закопали, а не просто в степи бросили, падальщикам на пир.

Кстати, интересно, а тот разбойник, какого я узнал, о чем с буфетчиком разговаривал? Он просто пришел или все же специально к буфетчику? Хотя нет, не думаю, что к буфетчику, тот бы сдал им все: и вход в тайный зал, и потайной выход из него. Там бы нас и накрыли, никто бы не ушел. От кого-то другого весть о приезде Арио ушла.

Кстати, а вот нас, вольных, в расчет не брали. Потому что тогда хотя бы прикрытие возле флигеля поставили, а мои ничего такого не заметили. Что сие значит? Про нас ведь даже хозяин гостинцы знал, ему Арио за флигель вперед заплатил. А значит это то, что предал кто-то не местный и до того, как Арио наш маленький отряд с собой позвал. До Пулиха его предали. Именно что его, не нас.