Резервист

Толкнули меня в плечо минут через двадцать, я где-то наполовину успел наполнить Источник. Кивнув, показывая, что не сплю, я надел шлемофон и запустил движок, погазовав, стронулся с места. А я возглавляю колонну. Причем сидел в машине не один, на месте командира в открытом люке устроился боец с ранением в руку, из той роты, которой я помогал, он и сообщал по внутренней связи притормозить, если выскочили вперед, или прибавить газу. Танк имел неполный боекомплект, видимо экипаж ротного перекидал с одного трофея на этот, пять снарядов было. Если что, отбиться хватит. Так и шли. Скорость движения небольшая, все же раненых везем, так что по дороге километров сорок в час шли.

А пока шли, я дистанционно взломал два айфона боевиков, достал все банковские карты, что при них были, и начал взламывать. К слову, у всех двенадцати бандерлогов они были в наличии. У некоторых и по две-три. Это я к тому, что те в вещах их не оставляли, видимо опасались, при себе носили, в тайных карманах разгрузок. Один оригинал портмоне имел. Вот так все тридцать две карты и взломал, переводя привычно через Казахстан средства. Девяносто два миллиона рублей. Это с гривен, ну и валюта, две сотни тысяч долларов и около восьмидесяти тысяч евро. Пока все оставил в Казахстане. Узнаю номер счета Губарева, теперь уже моего, перекину туда. По мере опустошения кредиток я выкидывал их наружу. Мне без надобности, зато всю электронику взломал, убрал пароли. Это для наших особистов. Там много горячего.

Больше часа шли, пока окраины Донецка впереди не увидели. А уже стемнело, но я рассмотрел «уазик», что стоял на обочине. Пришлось съехать на обочину и, пока колонна проходила мимо, выбираться. Там действительно были мехвод и механик из реммастерских. Мне показали бумагу на прием у меня машины, что и было проделано. Танк свернул на проселочную, а я с вещами и автоматом в «уазик». Боец, что у меня глазами был, сидя на башне, со мной. Так мы нагнали колонну и дальше доехали до госпиталя.

Там все знакомо. Пока принимали раненых, прибыли офицеры из частей. Я своему прапорщику сдал автомат и пистолет с боезапасом, но ранец оставил. Кстати, прапорщик в курсе, что я частично память потерял, ротный передал, так и расползлось по батальону. Обрадовался, что я его узнал. Также по описи сдал ему телефоны и документы уничтоженных солдат ВСУ и шести «азовцев». Передаст кому следует. Документов Серова не было, их ротный забрал. Пока мы с прапорщиком занимались этими делами, основой поток раненых приняли, так что, когда я зашел, занялись мной. Ранец и форму кладовщику, а меня на осмотр. Причем, когда я раздевался, в помещение забежала взволнованная Нина, жена Губарева. Сообщили ей все же. Пришлось сделать лицо, как будто мученически вспоминаю, и вот вспомнил ее имя – Нина. Как та радовалась. Дальше медсестра попросила ее не мешать, меня – на процедуры.

Рана врачу не понравилась, особенно, как я описал, что подцепил ногтями осколок и вытащил. Погнал на снимок. Лаборанта не было, так врач сам сделал снимок. Потом осмотрел его еще мокрый и обработал рану, швы наложил. После чего отправил в палату, а там Нина. Мне выделили место. По иронии судьбы то же самое, где я лежал, когда был Серовым. Дед Вито тут же, только койка другая. Присутствие Нины даже помогло, та описывала, как они встретились с Губаревым, как познакомились, гуляли, свадьбу, он тогда курсантом в военном училище был, рождение дочки. Мы тихо говорили, чтобы другим не мешать. Скоро отбой и Нина домой уйдет, такси вызовет, а пока общались. Выяснив материальное положение в семье, сказал Нине:

– Я трофеев взял, хорошие деньги стоят. Миллионы. Нужен номер твоего счета. Переведу. Тут недалеко высотка, купишь там трехкомнатную и однокомнатную квартиры. Однокомнатную твоим родителям.

Та удивилась и стала расспрашивать – ну вот все знать надо. Объяснил, что трофеями были банковские карты, снял со счетов все, еще и кредиты вместо мертвецов по полной набрал, и перевел в другой банк. Оттуда ей, пусть покупками займется. И машину себе купит, дочь возить. На том и договорились, Нина ушла, кстати, номер счета дала, у нее кредитка с собой была.

Она покинула палату, и я достал телефон из тумбочки, он ранее Губареву принадлежал, включил, блокирован был, быстро подключив онлайн-банк, и перевел Нине тридцать миллионов, пусть начнет покупать. Хм, может в Геленджик отправить? Будет там отдыхать летом. Стоит подумать. У нее же и спрошу. Завтра. А пока медитация. Хочу до ночи убрать следы контузии, а то терпеть приходится. Да и были они остаточные, основное убрал, пока на «уазике» к госпиталю ехали.

Утром после завтрака пришла Нина, меня как раз на осмотр дернули. Ночью дежурный врач был, теперь тот, кто меня ведет, хотел осмотреть. Только после него психиатр, к которому меня назначили, но его еще не было, чуть позже придет, вот и успел пообщаться с Ниной у окна в коридоре. Та, оказывается, получила деньги, была возбуждена, рада и больше советовалась, что и где покупать. Дал адрес знакомого риелтора, той девушки. Она при мне с ней созвонилась и договорилась о встрече. Нина мечтала иметь личную жилплощадь, и ее мечта исполнялась, так что чмокнула меня в щеку, узнав, как себя чувствую. Я сказал, что кроме потери памяти, частичной, особо проблем физических нет. Тут и психиатр пришел, пришлось с Ниной попрощаться. Эх, я бы ей… Хм, она же моя жена, значит можно. Отлично, так и сделаю.

А пока психиатр со мной работал, все привычно, даже этот врач, я размышлял. Ночью я покидал незаметно госпиталь, и стоит отметить, что это осталось незамеченным. Ну да, у меня не было верхней одежды, не в халате же идти. Напомню, что я снял часть формы с укровояк, хватило собраться, главное патруль не встретить, так и прогулялся. Да к той хозяйке гаража, я его и тут упускать не желал. Он мне в позапрошлой жизни пригодился, два месяца там жил, пока меня ушастые искали. А пока хозяйка спала, я незаметно проник в дом, пришлось берцы желтые снимать, снятые с вэсэушника, и в носках ходить, а то шумел по паркету. Так все тайники вскрыл и содержимое забрал. Посетил я и гараж, вскрыл тайники, прибрал часть пайков, консервов, из вооружения один ПЗРК, один ПТРК с боезапасом, один АГС-17, один ПКМ, два пистолета с глушителем ПБ и АПБ, ручных гранат ящик. Сам ящик оставил, гранаты привел к бою и убрал в хранилище. Пару пенок, пару спальников, тент, два комплекта формы моего размера, бронежилеты, каски, налокотники и наколенники. Запас сделал. Если куда дернут, то гараж посещать не нужно. Надо еще то, что с укровояк снял в порядок привести, оружие почистить, форму постирать, но это позже. А вернувшись в госпиталь, я переоделся в халат, так же тихо вернулся в палату и, лежа на койке, занимался паспортом. Российский выбрал, сделал на Ивана Трегубова. На него гараж и буду оформлять.

Вот это все я и вспоминал, что прошлой ночью прошло. Контузию я убрал, голову полечил, ранку уменьшил, в общем пока идет все неплохо. Когда психиатр закончил, тот еще мозголом, я вернулся в палату, забрал телефон и, погуляв в парке, позвонил по двум номерам. По первому заказал партию из пяти коптеров, серьезные машинки и не дешевые, доставят завтра днем. Из Ростова. Оплата на месте наличными. Потом связался с тем хозяином электромерседеса, мне эта машина очень нравилась, всегда нравилась, договорились, что беру, но он доставит машину сюда, в Донецк. Эвакуатор я оплачу. Тот обещал, но машину снимет с учета. Проблем нет, договорились, где встретимся, и на этом все. Кстати, звонил я не со своего номера – укропский, из трофеев. Тут в парке меня и нашел особист батальона и, пристально изучая, спросил, узнаю ли я его…

– Вас в любом виде узнаешь, товарищ капитан.

– Значит, не вся память потеряна, а я тебе личное дело принес для ознакомления.

– О, так это никогда не помешает.

Он из сумки для ноутбука достал папку и дал мне почитать. Я быстро просмотрел ее, многое для меня было откровением, в чем признался ему:

– Вон, с женой снова знакомиться нужно и с дочкой.

– Ничего, психиатр дает неплохие прогнозы, что оставшаяся память вернется. Главное закончить лечение, и ждем тебя у нас. Да, завтра хоронить павших бойцов будут и Алексея Серова. Будешь присутствовать? – спросил тот, убирая папку обратно в сумку.

– Конечно.

– Тогда машину пришлю. Позвоню, когда придет. Скажи жене, чтобы форму парадную принесла.

– Сделаем.

– Все тогда. Да, за телефоны с информацией от ВСУ и «азовцев» отдельное спасибо, много что из памяти скачали.

– Всегда рад помочь.

На этом и распрощались, тот к выходу, а я обратно в корпус, а что-то продрог на холодном ветерке в одном халате. Найдя врача, испросил разрешения покинуть госпиталь, по делам. Тот дал добро, видел, что я в порядке, в обмороки падать и не думаю, так что, собравшись, форму получил от кладовщика, ее уже постирали, ранец забрал, кстати, средства гигиены уже в тумбочке лежали, ну и покинул госпиталь. Первым делом в ближайшее отделение «Сбербанка», где в кассе снял со своего счета крупную сумму средств. А Нина принесла банковскую карту и код сообщила, оказалось, подпоручик ее дома оставил, да и зачем та ему на войне? А жена снимала зарплату. Вот на карту я и скинул десять миллионов. Правда в кассе в наличии небольшая сумма была, пять с половиной миллионов, ее и выдали. Потом в торговый центр отправился, где переоделся в новенькую гражданскую одежду. Тут же медицинские маски купил, шляпу, чтобы закрывала рану на виске.

После этого убрав военную форму следом за вещмешком в хранилище, поехал к хозяйке гаража, договорился о покупке, и мы, посетив нотариуса, оформили договор купли-продажи, который отправим в регистрационную палату. За гараж платил наличностью, о чем получил расписку. Вот и все, гараж мой, оформлен на левую личность, такую запасную берлогу всегда стоит иметь. Бывшая теперь хозяйка передала мне ключи и код сигнализации. Будут документы на руках, все переоформлю. Потом посетил еще два филиала банка и снял оставшиеся деньги. Мне еще за «мерс» платить и коптеры. Как раз и хватало. Да, гараж посетил и сменил замки.