Риэлторша
Шрифт:
– Тебя не поймешь.
– рассердилась Варвара.
– И не надо. Это не имеет значения. Я всё равно с вами расплачусь, как обещала! По всем счетам.
– Да не торопись ты.
– Да нет, я всегда тороплюсь, кто знает что через минуту будет. Значит так, тот мужик, я его имени не знаю, или забыла, но вот какая штука. Когда он ругается или просто хочет кого обидеть, он приговорку такую делает "ЕГИПЕТСКИЙ"! Всю дорогу! Дура египетская, машина египетская!
– Что-о?
– Ну, да! Он не матерился, только - "египетский"
–
– быстро спросила Варвара.
– Я же говорила. Да пожилой мужик, культурный, но под работягу корячится. А остальные его - страсть как боялись! И эти его шестерки сегодня ночью по первому его слову хотели меня убить!
– Подожди. Сегодня? Ночью? Этот египтянин по твоему здесь?! Ты не путаешь?!
– Да нет же! Я сначала испугалась и толком ничего из их разговоров, когда они меня искали - не слышала. Но он раза два сказал это свое "египетский". А потом приказ отдал, в меня стреляли. Но я его уже узнала!
– Тогда я что-то путаю... Этот человек сейчас едет по Казахстану...Или уже возле Ташкента...
Куросава произнес безлико.
– У нас на хвосте повисла черная "волга" Это кого-нибудь беспокоит?
Он не успел договорить, как Нина завизжала "Это они!" и тут же плюхнулась на дно машины, между кресел.
– У нас три возможности.
– так же отстранено заговорил Куросава.
– Мы можем от них оторваться, или остановится через двадцать три километра у пикета милиции. Или... Примем бой с открытым забралом?
– Изобразим камикадзе? Как ты себе это представляешь?
– Варвара удивилась сама себе - ни страха, ни повышенного волнения.
– Открой мой кейс.
Варвара выдернула у себя из-под ног его кейс, отомкнула замки и поверх бумаг обнаружила длинный черный пистолет с трубкой глушителя.
– Куросава, япона мать!.... Что это значит?!
– Погоня за нами? Понятия не имею.
– Да нет! Оружие?!
– Не дергайся. У меня есть на него международное разрешение.
– Откуда? От сырости?
– Оставь ненужные дебаты. Какой из трех вариантов принимаешь?
– Четвертый!
Она выхватила из сумки "трубу" лихорадочно набрала номер и услышала непонятный щелчок в корму машины.
– В нас стреляют.
– с удовольствием пояснил Куросава.
– Запускай свой четвертый вариант, или будет поздно.
Он резко увеличил скорость и "волга" заметно отстала.
Связь наконец прошла.
– Ну? Кто там? Варвара Сергеевна?
Варвара сама себя не слышала, когда заорала.
– Иваныч, гадина египетская, президент вонючий! Ты где, в Казахстане, или меня в задницу на шоссе целуешь?!
– Остановись. Потолкуем.
– О чем?!
– Поторгуемся... Сдашь девку египетскую и разойдемся миром. Ты обо мне больше и не услышишь. Девка и для тебя опасна.
– Да ты в своем уме.?!
– Тогда просто вышвырни её из машины.
– Торгуемся на ходу!
– Это тебе не сделки по недвижимости. Жизнь свою выторгуй!
– Не догонишь на своей колымаге!
– А я и не тороплюсь.
Ты едешь и так куда надо, мартышка египетская.Варвара оторвалась о "трубы"
– Куросава, нас сейчас перехватят. Впереди засада.
– Понял.
Нина закричала с пола машины.
– Выпустите меня отсюда! Я выпрыгну! Они нас взорвут, я знаю!
В голосе Иваныча зазвучала почти мольба.
– Слушай, Сергеевна, я не хочу твоей смерти! Остановись, мы договоримся! А то твоей жизни осталось меньше минуты!
– Не пугай! Ты за что пристрелил Васильева?! Макарова подставил под гранату! И Козлова сдал в тюрьму!
– Да дураки они все египетские! Им только там и место, куда я их пристроил! Сергеевна, мы с тобой толковые дела прокрутим! Ты ведь тоже уже почти в нашем круге! Пыль то тебя своему делу успел обучить?!
Варвара почувствовала, что машина начала торможение и спросила удивленно.
– Ты что, решил остановится?!
– И не думаю. Они слишком оторвались. Пусть подтянуться поближе.
– Зачем?!
– Чтобы ты могла стрелять и по возможности попасть. Хотя бы в машину.
– С ума сошел?! Я не умею!
– Значит, учись по ходу дела.
Нина за спинками кресла уже билась в истерике, вопила, а может уже и пела на свой эстрадный манер что-то совершенно невообразимое.
– Быстрее, Варя.
– ровно сказал Куросава.
– Ложись на пол, ноги задери мне на колени, открой дверь, оружие готово к стрельбе. И стреляй в открытую щель... Желательно попасть в лоб.
– Я лучше к рулю переберусь! Сам стреляй!
– Не успеем. Ты же слышала, что тебе дали минуту жизни.
Выхода не было. Если б Куросава по глупости орал на нее, - то приказ не возымел бы никакой положительной ответной реакции. Но он говорил таким ровным менторским тоном, словно поучал несмышленыша новой рецептуре заварки чая. Тихое, мирное занятие: бери пистолет, прицеливайся и - стреляй, постарайся попасть в лоб.
Варвара кое как легла на живот поперек своего кресла, ноги пришлись на плечи Куросавы, дверца машины, прижимаемая встречным ветром, приоткрылась с трудом.
А тут ещё трубка глушителя тянула ствол пистолета вниз, от чего он плохо удерживался в руке.
– Держи меня за ноги!
– крикнула она.
– Чем держать?
Но тем не менее она уже увидела, что "волга" приблизилась метров на сорок, из задней правой дверцы высунулись голова и руки с короткой черной палкой, которая засверкала огоньками и тут же словно град протрещал по бортам "Чероки".
Варвара трижды нажала на курок и выстрелов не услышала. Но оружие в ей руках дернулось. Совершенно неожиданно ветровое стекло "волги" будто помутнело, пошло сетью трещин, и машина словно ослепла, вильнула в строну, но затем выровнялась, поймала дорогу и броском сократила расстояние до "Чероки".
Однако стрелок в правой задней двери "волги" выронил своё оружие и нырнул во внутрь салона, но, как показалось, без особого проворства скорее его туда втянули.