Риэлторша

Ленов перескочил в "Пежо" и беззаботный, как синица на морозе, умчался.

Стас Николаев появился, когда уже вовсе стемнело и на улицах зажглись фонари. Он неловко и тяжело влез в салон машины и уселся в кресло - на место Леонова. Перевел дух и сказал.

– Вы ничего не знаете, ничего не видели, Варвара Сергеевна. Я всё взял на себя. Не думаю, чтобы вас пытали допросами.

Варвара включила свет в салоне и посмотрела парню в лицо.

– Милиция при тебе делала какие-нибудь предположения?

– Определение у них обычное - "бандитские разборки". Стреляли профессионально. Карабин с оптическим прицелом бросили на рубеже огня.. . Васильева увезли в морг. А Макарова уже задержали у него на хате, пьян в дым.

– И Макаров там был?! А третий - Матвей Демин?

– Нет .Это другой человек. Он красть не будет. Вот разбой, к примеру в это бы я относительно Демина больше поверил.

– Досталось тебе сегодня?

– Костюм измызгал и галстук у бомжей не нашел.
– пожаловался он.
– Да и по ребрам они мне так врезали, что вздохнуть как следует не могу.

– А как ты у бомжей свой пиджак с ботинками и мобильник отнял?

– Они же не знали, что у меня газовый револьвер к ноге привязан! Ну, пальнул одному в рожу, другого рукояткой револьвера по репе огрел, стальные и струхнули!
– он засмеялся с юношеской хвастливостью.

Профиль у Стаса был тонкий, почти девичий и губы по мальчишески ещё пухлые. Только в скулах и челюсти уже начинали проявляться черты мужественности, которая придет, видимо, уже очень скоро.

Ну что ж, преданность и самоотверженность - это из той категории качеств, которые требует награды, тут уж ничего не поделаешь. Верный паж всегда пользуется благосклонностью королевы и не к чему в этом вопросе кочевряжиться, словно девочка.

– Поехали ко мне.
– сказала Варвара.
– Приведешь себя в порядок.

– Хорошо. А то матушка испугается, если увидит меня в таком затрапезном виде. Она у меня нервная..

Они пересекли Москву по центру и оказались все на той же Тверской Ямской в двух кварталах от своего офиса.

Квартира у Варвары была однокомнатной, а больше ей на данном этапе жизни и не нужно было. Строго говоря она жила большей частью в офисе. Часто там и спала, благо при её кабинете была комната отдыха, с туалетом и душем.

– Я в ванну первая.
– сказала Варвара.
– А пока ты потом будешь мыться, я соображу какой-нибудь ужин. Есть хочешь?

– Весь день ничего не ел.

За холодным ужином с бутылкой красного вина они поговорили о дне минувшем и была уже полночь, когда Варвара спросила ровно.

– Ты хочешь у меня остаться, Стас?

Тот отвел глаза в строну, смутился и ответил едва слышно.

– Да. Конечно.

– Тогда заканчиваем посиделки.

– Хорошо, я только матушке позвоню, что задержался на работе.

Варвара с трудом удержалась от смеха - в бытовой жизни и у себя дома он всё ещё оставался юным мальчишкой, и даже давал отчет родителям в своих действиях. И получалось что она, Варвара, старая стерва, тащила к себе под одеяло - ребенка, что можно квалифицировать если не как разврат, то уж распущенностью - наверняка.

Оправдываться тем, что у неё самой никого не было уже несколько лет, было глупо. Тем более, что можно было и так сказать - мальчик сегодня заслужил подарок высшей пробы своими подвигами.

Однако Стас оказался не столь уж и неопытен. Во всяком случае теоретически знал, что положено делать мужчине, дабы получался пусть незначительный - но праздник радости и наслаждения. Хотя Варвара и чувствовала, что его обнаженное сильное и гладкое тело трясется от нетерпеливого возбуждения, но он сумел чуть не полчаса удержаться, провести их в нежных ласках и поцелуях, так что первой в конце концов "завелась" сама Варвара, а поскольку она была женщиной грубого стиля в отношениях подобного рода, то взяла инициативу на себя. Сильным движением поднырнула под Стаса, охватила его тело руками и ногами и прижала голову к своей груди. Он только охнул и заскрипел зубами, тут же задохнулся в пульсирующем движении всего своего гибкого тела.

Взаимной пики восторгов, под крики и стоны, достигли как раз во время, на исходе сил. На повторение ни эмоций, ни сил не хватило прижались друг к другу и заснули почти сразу, лишь обменявшись благодарным поцелуем.

Уже проваливаясь в глубокий сон, Варвара подумала разнеженною - ну, что ж, милый мальчик. Но не так, чтоб уж задохнуться, до потери пульса.

глава 4. Вторник.

Утром Варвара проснулась и обнаружила, что Стас делает утреннею гимнастику - бесшумно, но старательно. На него было приятно смотреть где-то успел загореть, кожа казалась цвета светлой бронзы и будто лоснилась, как шкура тщательно вычищенного коня. Он почувствовал её взгляд, повернулся, улыбнулся осторожно и спросил неуверенно.

– Теперь, Варвара Сергеевна, вы меня, наверное, уволите из конторы?

– Да, Стас. Напиши сегодня заявление.

– Ну, да. Я разделю судьбу ваших телохранителей.

– Я с ними не спала. Не обижайся, ты же понимаешь, так будет для нас обоих лучше.

– Наверное. Но мне ужасно не хочется терять эту работу... Я никому ничего не скажу. И никогда не буду спекулировать этой ночью. Никогда.

– Хорошо, Стас.
– через небольшую паузу согласилась Варвара. Попробуем. Но больше этого не повторится. Договорились?

– Конечно, Варвара Сергеевна.

Они спокойно позавтракали на кухне, уточнили, что будут говорить в случае, если следственные органы начнут копать дело о вагоне с водкой и убийстве Васильева, после чего Стас отправился в офис. А Варваре нужно было ехать в одно из самых ненавидимых всеми бизнесменами учреждение, миновать которого, к большому сожалений, было никак нельзя. За второй чашкой кофе Варвара тщательно продумала систему вручения взяток чиновникам указанного учреждения, прикинула сколько и как возьмет нужная персона, после чего с тяжелым сердцем двинулась по своему тернистому пути.

...В очереди к нужному кабинету Варвара просидела всего лишь около двух часов, хотя пришла за тридцать минут до начала рабочего дня. И томилась бы ещё часа два, однако повезло - секретаршу начальника нужного кабинета она застукала в туалете и ловкостью фокусника всучила ей большую коробку дорогих конфет. Так что Варвара была допущена пред светлый лик начальничка (не бог весть какого высокого ранга) - вне очереди. Таковые чиновники, так называемое среднее звено, - самые опасные. Они ревниво и постоянно стремятся продемонстрировать свою значимость. И, к сожалению, демонстрацию эту проводят за счет принципа "держать и не пущать". Но в данный кабинет Варвара ступила уверенно, поскольку четко знала правила игры на этом поле.