Роковое чувство

– А-а! Нн… Нет! – Катце дергался, как уж на сковородке, задыхаясь от обиды, судорожно цепляясь пальцами за край стола. Рауль хотел и причинял ему боль – и не только физическую. – Это было всего один раз! Мы знакомы только месяц! – Монгрел почти плакал: – Рауль… Рауль, прекрати!.. Чего ты добиваешься?!

Сердце в груди заходилось от унижения и злости – Катце казалось, что еще чуть-чуть – и он просто сойдет с ума. Он сдался перед тщетностью понять причину поступков Рауля. Тот решил изнасиловать его прямо в своем кабинете, наплевав на все, и не в качестве эксперимента, а просто, потому что хотел. Сейчас за холодным спокойным голосом блонди, Катце разглядел страшное безжалостное чудовище, которое жаждет крови. Монгрел даже в страшном сне не мог представить, что Рауль способен разозлиться настолько из-за простого съемного мальчика!

Не обращая внимания на крики и стоны Катце, блонди невозмутимо продолжал двигать пальцами, нисколько не заботясь о комфорте монгрела.

– Мне всё равно сколько раз это было, так что забудь. С твоим мальчиком разберутся и без меня, – голос Рауля оставался невозмутимо-холодным, движения резко-отточенными и через несколько мгновений в монгрела входили уже не два, а три пальца. А через некоторое время, ничуть не смущаясь стекающей по бёдрам крови, протиснулся и четвёртый.

Рауля нисколько не трогали ни срывающиеся крики, ни стоны – он чётко знал, что ему делать и делал это. Он почти сам осознавал свою месть. "Мне есть до этого дело?" – уже в который раз спрашивал он себя.

Катце уже не сдерживаясь, всхлипывал. Он теперь не сомневался в том, что Рауль сначала изнасилует его, потом изобьет, потом подвергнет пыткам, потом покалечит, потом отправит в Раная-Уго, а когда Катце отдадут клиентам, то наверняка добьют в первый же вечер.

– Ты дрянь, Рауль… Ненавижу… – Катце сквозь судорожные хрипы давился словами.

– Ненавижу тебя…

Монгрел все еще пытался вырываться, но эти попытки стремительно слабели – он устал. Боль непрекращающаяся, острая, жестокая – ее невозможно было терпеть.

Катце кусал запястья и по щекам катились слезы – он даже не чувствовал их. Перед глазами вставали страшные картины убийства Ёхито. "Это я виноват! Я! Ненавижу!!!" Монгрел сопротивлялся всё слабее – соперничать с блонди в чём-либо – пустая трата сил и времени, жаль, что он до сих пор этого не понял.

– Ненависть,- блонди усмехнулся, нагнувшись к уху монгрела и тепло выдыхая в него, – приятное чувство.

Катце в очередной раз был вынужден покориться обстоятельствам. По мере того как ослабевало сопротивление, блонди терял интерес. Почувствовав, дилер полностью измотан и никаких новых эмоций не испытает, Рауль поморщившись отстранился и практически скинул монгрела со стола на пол.

– Одевайся, – брезгливо снимая насквозь пропитанную кровью перчатку, сказал он, – за тобой уже пришли.

Первая попытка Катце подняться не увенчалась успехом. Вторая вышла жалкой и неуклюжей.

Выбросив грязные перчатки и надев новые, блонди почувствовал себя гораздо лучше и, наконец взяв вино за которым и шёл, опустился в кресло, наблюдая за мучениями монгрела. "А ему ведь больно, – отстраненно подумалось Раулю. – Впрочем, он сам во всём виноват…его преступление не в том, что он переспал с той шлюхой, оно гораздо страшнее – во лжи".

В ушах дилера гудело, и ощущение реальности происходящего отсутствовало полностью. Это даже было нельзя назвать одеванием – преодолевая ноющую боль, монгрел кое-как натянул штаны, подобрал плащ и, пошатываясь, направился к двери.

В глазах двоилось, из горла вместо выдохов пробивались хрипы, ноги заплетались и дилера трясло. Все, что Катце хотел – это уйти. Уйти и никогда не вспоминать Рауля Эма.

Уже взявшись за ручку, монгрел вдруг тихо засмеялся и, обернувшись, горько прошептал:

– Спасибо, за то, что показал мне истинное лицо того, кого я любил, – на лице Катце отразилась внезапная ненависть – холодная и глубокая. Монгрел отвернулся и вышел за дверь.

"Что ж, всё прошло как по маслу", – Эм удовлетворённо улыбнулся. "Прощай, Катце…Мне было с тобой интересно. Но что это? Видно, он всё же повредился рассудком…

Смех и… признание?" Раулю нелегко далось внешнее спокойствие. Катце использовал известный дипломатический трюк – сказать мало, но подразумевать под этим гораздо больше. Блонди нахмурился. "Любовь? Ко мне? Он точно спятил".

Рауль попробовал работать, но мысли были далеко от цифр и документов.

Чертыхнувшись, Эм отложил папки в сторону и откинулся в кресле, в который раз сверля взглядом дверь, за которой несколько часов назад скрылся Катце.

"Пожалуй, мы ещё встретимся", – лицо блонди осветила странная улыбка.

***

Несколько недель спустя Ночные огни Мидаса мелькали перед глазами Второго Консула – время перевалило далеко за полночь и через пару часов на небе уже должны были появиться первые рассветные полосы.

Кортеж быстро двигался в сторону окраины Мидаса. Пользуясь тем, что водитель его не видит, Рауль немного расслабился и, слегка откинувшись на спинку сидения, в который раз открыл перед собой отчёт о содержании монгрела в Раная-Уго. Особых повреждений не нанесено, за время содержания участвовал в восемнадцати шоу и одиннадцати приват-показах, первые две недели активно сопротивлялся возложенным на него обязанностями, но затем должным образом их исполнял. Сильно травмирован лишь единожды – как раз в конце второй недели пребывания, после конфликта с клиентом. В данное время находится в стабильном физическом состоянии, моральное состояние до сих пор не выявлено.

Рауль вздохнул. Ясон потребовал вернуть дилера на прежнюю должность по причине крайне нестабильной ситуации на рынке. Что ж, придётся вернуть. Эму было интересно увидеть Катце после подобного испытания не столько в физическом, сколько в моральном плане. "А сможет ли он вообще продолжать свою работу?" – блонди задумался – теперь затея казалась уже не такой непроблематичной. Того мальчишку – Ёхито, Эм не тронул – просмотрев результаты слежки ещё раз, просто решил, что игра не стоит свеч и оставил всё как есть, а вот Катце досталось по полной программе.

"Впрочем, не буду загадывать раньше времени", – убрав документы, Рауль снова взглянул в окно. Машина подъехала к трехэтажному кирпичному зданию, напоминающему старый жилой дом. "Что будет, то и будет".

Водитель открыл перед Консулом дверь и блонди стал подниматься по узкой кривой лестнице к одной из квартир, которые, по мнению соседей, обычно пустуют – сейчас это было далеко не так. Едва Рауль Эм переступил через порог люди, находящиеся в квартире поприветствовали Советника почтительно склонёнными головами.