Роза опалённая
Шрифт:
Только в комнате, которую ей выделили, оставшись одна, Розалин выдохнула. И тут улыбка пропала, а её начала бить крупная дрожь. Розалин с ногами забралась на большую, крытую атласным покрывалом кровать, спряталась под балдахин, обняла себя за плечи и сжала зубы. Мышцы сковало будто цепями.
Ты молодец, повторяла Розалин. Ты всё сделала! Сделала правильно! Ты строго следуешь плану. У тебя вышло устроиться на работу в Дом магических изысканий, хватило на это смелости и безрассудства, и устроиться не абы куда, а сразу к тому магу, к которому нужно.
Первый, возможно, самый смелый шаг сделан. Ты молодец!
Но как же ей было страшно! Совсем одна… в логове проклятых магов, где её убьют, стоит им только заподозрить в Розалин воспитанницу Питомника.
Почему они вообще ополчились на Питомник? Чем он им мешает?
Это они про смерть Вики так говорили? Временная трудность? Розалин ощутила привычную ярость. Это они посмели гибель её сестры обозвать происшествием, не стоящим внимания! О, как это её потрясло! Розалин вспомнила своё бесконечное разочарование так ясно, будто это случилось только что, хотя прошло несколько месяцев с момента, когда она стояла и, всхлипывая через каждое слово, рассказывала Старцам о своём горе, и как один из них ответил — мягким, сочувствующим тоном.
— Мы понимаем, дорогая моя, как тебе сейчас тяжело. И скорбим от потери Виктории вместе с тобой. Но твоя месть бессмысленна и неразумна, ведь рано или поздно ты станешь матерью нового поколения магов, а их отцом будет местный житель. Мир между вами неизбежен. Пусть тебя успокаивает эта мысль.
Только вот ни черта эта мысль не успокаивала! А только ещё больше бесила!
Тогда-то Розалин и решила действовать самостоятельно. Она завела пространные разговоры с Виктором, который был поглощён горем не меньше, чем она сама, и с Геннадием Ивановичем. Именно с мужчинами, потому что все женщины в это время походили на трепетные бумажные фигурки, сносимые ветром малейших сомнений. С ними каши не сваришь. Разве что Маргарита Павловна… но она ни за что не позволили бы Розалин делать то, что та собиралась. Заперла бы в кладовке и сторожила бы день и ночь. Потому что кроме своей слепой любви, ничего вокруг не видела.
А мужчины видели происходящее в реальном свете. Они избегали громких выражений вроде “Это война” или, что вернее, “это геноцид”, потому что иначе Питомник превратился бы в свору безумных заполошных куриц, но зато без утайки использовали другие. Они рассказали Розалин о реальном положении дел в мире. Континент Рузь, на территории которого появился Питомник, заселён людьми, чья магия постепенно истощает и разрушает мир. Этого не может не понимать магический совет, но власть — это оружие, которое они не собираются передавать в чужие руки — а дальше хоть трава не расти. Никто добровольно не отдаст власть. И даже не поделится, что было доказано примером Вики. А ведь она всего лишь предлагала мир. Но появление воспитанников Питомника с совершенно иной магией означало одно — по своей воле или против неё, но они станут неизбежными ключевыми фигурами в борьбе за власть. Кто первый сумеет прибрать их к рукам — тот и встанет во главе страны. Поэтому проще их уничтожить, чем позволить своим политическим недругам их использовать.
Вике не раз пытались это объяснить, но она не прислушалась. А Розалин прислушалась и поверила мужчинам, потому что сама только-только начинала разбираться, как всё устроено — и кстати, устроено, по её глубочайшему убеждению, было просто ужасно! Неправильно, несправедливо, нехорошо!
И ничего с этим не поделаешь…
В комнате давно сгустилась тьма, от тишины тонко звенело в ушах, а Розалин всё не спала. Её страшило собственное будущее. Сможет ли она выполнить то, что задумала? Остановит ли Браббера и всех тех, кто грозит гибелью её сёстрам? И что делать с пророчеством Старцев, которое на фоне текущих события выглядит словно изощрённое издевательство? Как? Как Розалин может полюбить местного мага? Да её от отвращения тошнит даже при виде таких очаровашек, как красавчик-изыскатель, окинувший её заинтересованным взглядом! Она только и думает, что его улыбка фальшивая, а руки в крови. Только и представляет, как меняется его лицо, когда он слышит, что Розалин — воспитанница Питомника. Вместо восхищения и интереса — презрение и брезгливость. И ужас.
За последние месяцы Розалин собственными глазами видела, как пугаются люди, заслышав
о пришлых магах, чернодушниках. Такого страха и злости… таких открытых, яростных чувств она никогда ещё не наблюдала.И каждый раз думала — за что? Ну за что?
И не находила ответа.
Но Старцы никогда не ошибались. По крайней мере в тех вещах, которые можно было проверить… Вот так.
В любом случае, Розалин пришлось учиться общаться с мужчинами. В последние пару месяцев она даже устала от вежливых разговоров и многозначительных взглядов. Всему виной отсутствие опыта… в Питомнике не было мужчин. В смысле, подходящих объектов для романтических целей. Виктор всегда и всецело принадлежал Виктории, Геннадий Иванович давно вошёл в почтенный возраст, а остальные мальчишки были младше Розалин на несколько лет. В её окружении не имелось молодого человека, в которого можно было бы влюбиться. Ни одного.
Во время выходов в новый мир, в обязательном порядке происходящих раз в пару месяцев, Розалин видела, конечно, местных парней и общалась с ними. Ну, то есть перебрасывалась несколькими фразами под присмотром взрослых. Временами эти парни были привлекательны и интересны, особенно изнеженные разодетые дворяне. Но все они казались Розалин какими-то ненастоящими, словно ряженые актёры. Она и сама играла роль, была кем-то другим и вела себя словно на сцене.
По-настоящему она увидела и приняла местных только после смерти Вики, когда собрала вещи и перебралась в город. По сути сбежала. В городе она направилась прямиком к Лантане, даже не секунды не сомневаясь, что Лантана её примет.
Лантана с Хидэ ушли из Питомника несколько лет назад, когда не сошлись с планами Старцев на Питомник и решили жить как сами посчитают нужным. Они планировали жить как местные, стать местными, потому что иного выхода не было. Они не допускали возможности возвращения домой, как мечтала, к примеру, Моза, которая воспринимала всё происходящее просто как некое приключение, как переходный этап к этому самому возвращению. Моза не хотела слушать и не слушала Старцев, которые утверждали, что пути домой нет и быть не может. Моза не желала жить в местном магическом мире, она всё ещё жила в своих воспоминаниях. В общем, Лантана и Хидэ ушли и прекрасно устроились в столице, но год назад в Питомник почему-то вернулась Хидэ и принесла, что называется, в подоле. А Лантана продолжала жить в столице и старалась не поддерживать связь с остальными. Впрочем, все понимали, что это опасно. Все знали, где Лантана находится, но не мешали ей. Каждый сам волен выбирать, как ему жить, это честно.
И вот Розалин явилась на порог дома названной сестры с одним чемоданом в руке, в какой-то несуразной юбке и в плаще, купленном в ближайшей деревенской лавке, и с упорством барана стучала в дверь почти час.
Потом Лантана приехала на экипаже и впустила Розалин в дом. Она уже знала про Вику и спокойно выслушала план Розалин, который Виктор и Геннадий Иванович не одобрили, но с которым смирились. Лантана выслушала, а потом помогла ей влиться в местное общество, стать одной из тысяч девушек, которые обитали в городе. Она же вывозила Розалин в кафе, в театры и на прогулки, где буквально заставляла общаться с мужчинами. До тех пор, пока Розалин не смогла разговаривать с ними легко и непринуждённо, и даже немного кокетничать.
Она же принесла Розалин поддельные документы. В деньгах Лантана не нуждалась, потому что приторговывала сильнейшими артефактами. Создание одного такого забирало у местных силы сразу нескольких магов, а Лантана могла сделать его в одиночку. Конечно, она не очень-то разбрасывалась этими артефактами, а то возникли бы вопросы, но даже продажи пары штук в месяц хватало для безбедного существования.
За все последующие месяцы Лантана ни разу не сказала, что думает насчёт плана Розалин. Иногда она бросала какую-нибудь расплывчатую фразу, которую можно было принять за одобрение, иногда высказывалась в пользу отказа от глупой идеи, но на прямые вопросы, как она на самом деле к этому относится, ни разу не ответила. Розалин, конечно же, предпочитала полагать, что Лантана на её стороне, но рассчитывала только на свои силы. Ей и без того помогли. Виктор и Геннадий Иванович поделились информацией и, скрипя зубами, согласовали план, потому что не могли ей запретить его исполнить, как и бросить несведущей. Лантана помогла привыкнуть к миру и обеспечила вещами и документами. Большего просить просто неприлично.