Роза
Шрифт:
— Это мугунгхва. «Бессмертная роза». Национальный символ Кореи и знак принадлежности к королевской семье.
Когда подруга это сказала у неё в глазах блеснули слёзы.
Что ж… Тем более память о Розе… (я вздыхаю). Пусть это будет её защитным талисманом.
Вручая подарок, пафосно говорю:
— Носи всегда с собой рядом с сердцем. Эта Роза спасёт тебя от беды…
Даша прошипела Лёве:
— Вот как вручать нужно… А ты… Носи на здоровье… Балбес.
На КПП её встречали подруги и, разглядывая меня, понимающе улыбались.
Мимо нас,
— Подполковник Курцев так корейских танкистов гоняет, будто через месяц война. Парни за столами на ужине засыпают… Девушек тоже припахивают, но не так. Я со своими даже ручной бой отрабатываю по вечерам. С сапёрными лопатками и без. Я тхэккён показываю, а сержант Пак — китайское Бацзицзюань. Мы живыми не сдадимся. Ветераны такое рассказывают, что с нашими пленными на Чеджудо делали… Фашисты отдыхают…
Заметив, как я погрустнел после её слов, Настя прижалась ко мне и прошептала:
— Всё будет хорошо… Ты же мой ангел. Не дал мне с лестницы упасть, а то лежала бы в больнице с переломом, и прощай лейтенантские звёздочки…
Подошла вчерашняя сержант Пак. Поздоровались. Протянула Насте письмо.
— Это от майора Ли, — начиная читать, говорит подруга, — Невероятно… Не могу поверить… Маме в Хабаровск от тёти из Сеула пришло подтверждение о признании меня неофициальной внебрачной дочерью наследного принца Кореи Ли Кана… Охренеть.
Последнее слово это литературный перевод нецензурной рулады выданной аппетитными губками.
— Принцесса, следи за базаром, — только и мог сказать я.
Общага. Колобок рассказывает свадебные новости:
— Как подругу Чалого увезли, быстро расписали. Дорда, представляешь, сама «Победу» водит. Как ты говоришь, все выпали в осадок… Она спела на свадьбе «Всё стало вокруг голубым и зелёным». Катька напилась. Видать, дошло, что и её тоже могли грохнуть. Белов тоже нажрался до кучи. Мне пришлось с Любочкой его тащить до кровати. Подруга извинилась передо мной, что хотела меня использовать для лишения девственности, а я оказался порядочным парнем… Сечёшь, какой я парень?… Бобров на выезд не едет, будет лечиться. К нам в купе записали Шувалова и Анисимова. Что алкаши? Да мы и не пьём почти… Ты чё? Я же тоже хочу хорошо сыграть… Слово? Ну, даю слово. До игры ни капли… Гад ты, Юрка! И чего я с тобой дружу?!
Ночью снилось, что Настя снова атаманша в Корее. Бьётся за что-то насмерть и чуть не сгорает в пламени… В неё влюбляется другой атаман и они вместе побеждают всех…
Мой взгляд это холод, но холод с огнем — клип к дораме)
Такие сны… Кто их посылает мне? Почему часто сбываются?… Нет ответа.
17 апреля 1950 года.
На утренней пробежке Абрамян объявляет, что свадьба у него с Катей будет третьего июня в субботу. Приедут родственники из Армении. А официально расписываться поедут к катиной бабушке в/на Украину. Там девушкам в шестнадцать лет можно замуж…
Я прокрутил в голове календарь первого круга… Как раз из Киева с выезда приедем. Погуляем… Катя то любит жениха… Не то, что Любочка…
Перед тренировкой зашёл на собрание в штаб ВВС. Доложил, что мол Первенство начинается, прошу освободить… Бояринов посылает меня к генералу. Тот, приняв к сведению, хмыкает, услышав, что я ещё хочу на бумагу перенести наше соглашение о нашем переходе с Колобковым в Горький после медалей Первенства.
— Ты что же? Моему слову не веришь? — вопрошает возбуждённый генерал. — Ты, конечно, в хоккее помог… Да и в группе много интересного поведал… Но, не до хрена ли ты хочешь? Мне сейчас к пионерам на встречу идти, а я вместо речи, сопли тебе вытираю…
— Василий Иосифович, — стараюсь говорить спокойно, — Для Вас без разницы — на бумаге Ваши слова или нет, а для меня с Колобковым — очень важно. Пойдите навстречу, а я про защиту от последствий ядерного взрыва напишу… Сон был… Лучше бы не пригодилось, но знать нужно.
Сталин задумывается, чуть успокоившись.
— Ладно пиши про взрыв. Не, лучше вечером ко мне приезжай. Погуляем вокруг дома, расскажешь… Сам понимаешь, — приставляет
ладони к ушам.Заходит секретарь:
— По времени встреча с членом ЦК ВЛКСМ, главным редактором «Пионерской правды» Зоей Тумановой. Через час Вам выступать на пионерской конференции с речью.
— Жаров. Подкинь идею… О чём с пионерами говорить? — окончательно смягчившись, в приказном порядке просит сын вождя.
Пока чешу репу, входит молодая черноволосая женщина. Выкладывает генералу листочки.
— Это текст речи. Я подумала, что у Вас нет времени на подготовку. Хорошо бы от Вас предложение по работе с пионерами было…
Сталин взглянул на меня.
Эх, где наша не пропадала…
— Товарищ генерал предлагает для подростков Всесоюзную военно-спортивную игру «Зарница». Правила простые: две команды красные и синие совершают марш бросок через полосу препятствий. Поражают мишени из мелкашек и занимают холм со знаменем. Те, кто прибежал первыми — в обороне, вторые — наступают. На одежде ребят и девчат бумажные погоны. Сорвали один — ранен. Бегать не можешь, только ходишь… Сорвали два — убит. Выходишь из игры. У кого в команде все погоны сорвут — те и проиграли. А выиграли те кто полчаса знамя хранил. Военные судят игру и делают полосу препятствий. Военкоматы помогают командам с формой… На финале в Севастополе телевизионщики репортаж снимут с Малахова кургана…
На тренировке объявили состав на выезд. Турне Сталинград-Куйбышев-Сталино займёт две недели. Расстроенный непопаданием Бубукин подошёл и поплакался:
— А нам на субботник в Лефортово, на Первомай на демонстрацию под роспись, кроссы и игры с детьми. А у вас новые города, новые девушки, призовые… Я слышал в Горьком сильная команда собралась. Если осенью выйдут в «А», то поеду… Маслов возьмёт?
— Возьмёт. Только тренировки не пропускай. Ты где живёшь? У Савеловского вокзала? До Городка Художников на Верхней Масловке километра полтора. Прибегай завтра к пол седьмому во двор. Мы там в спортзале разминаемся и в дыр-дыр играем. Познакомлю с дворовой командой. Лады?
— Лады. — Говорит Валя, довольный, что не отфутболили.
После тренировки пробежали с Васечкой ещё пятёрочку. Лежим вот на скамейках стадиона. Греемся на солнышке. Сегодня первый тёплый весенний день. Смотрю как детишки по полю за мячом бегают. Вспоминаю свою юность. Тогда в сорок девятом на какой-то игре меня заметил ленинградский игрок Анатолий Мишук. Пригласил меня в команду спортшколы гороно Калининского района. Так я попал на юношеское первенство Ленинграда. В этом году меня возьмёт в команду «ЛОМО» знаменитый ленинградский тренер Кусков. Этой осенью мне играть за юношескую сборную Ленинграда. А в тренеры там я попал случайно… В 1968-м закончил аспирантуру института физкультуры. Защитил кандидатскую: «Предыгровая разминка, как форма формирования футболистов к игре». В микрофон записывал стенограмму футбольных матчей. Составлял таблицы эффективности игроков. Потом вместе с Колей Локтюшиным мы придумали методику записи игровой деятельности футболистов. В этом деле мы были в первых рядах футбольных теоретиков СССР, а может и в мире… В тренеры меня сосватал глава тогдашней сборной — Константин Бесков. В 74-м он пригласил меня тренером в главную команду страны. Затем новый тренер сборной СССР Валерий Лобановский предложил работать с ним. Мы подружились. Такое вместе придумывали, аж волосы дыбом встают… В 76-м на Олимпиаде в Монреале мы обыграли Бразилию в матче за третье место, но в Спорткомитете СССР наше выступление сочли провальным, и нас выгнали из сборной…
Поднимаюсь. Спрашиваю у Васечки:
— Поможешь девушке барахло со мной перевести?
— А девушка красивая?
— Про Ингу и Танечку враз забудешь…
— Ну, эт ты загнул, — улыбается Колобок.
Мастерской у Апсолона была комнатка в доме-коммуне на Пятом Донском проезде. Бежевая краска входной двери местами облупилась, открыв более ранний салатовый цвет окраски. Суетящийся Андрей принялся запоздало наводить порядок. Артмане застыла, зацепив пустую бутылку у двери. Сначала скривилась от гадливости, а потом пересилив себя, улыбнулась, и сказала: