Розалия

— Добрый день, господин доктор, — поздоровалась я. — Что-то случилось?

— Карл, — Андрэ посмотрел на мужчину, — Дерек Саймон сказал, что вы едете в город, и я могу уехать вместе с вами.

— Господин директор? Он ничего мне не говорил…

— Возможно, забыл? — Андрэ сделал удивлённый вид. — Я договаривался с ним вчера вечером.

— Дилижанс прибудет за врачами завтра, — Карл явно был растерян.

— Я не могу ждать. Моя жена серьезно больна, и оставлять ее надолго я не имею права, но и не увидеть больного, чудесным образом излечившегося от такого страшного недуга, как ихтиоз, не мог, — Андрэ очень убедительно играл свою роль, и даже я ему поверила.

— Пойду, уточню у господина Саймона, — Карл отложил в сторону кнут.

— Не думаю, что господин доктор нас обманывает, — пожала плечами я. — Да и потом, пока ты найдешь директора, пока уточнишь, солнце будет уже в зените, и в город мы доберёмся только во второй половине дня. Карл, миленький, поехали, а? У меня в городе еще много дел, и хотелось бы приехать в деревню до вечера.

Я видела, что мужчина сомневается. Бросил взгляд на Андрэ, который уже схватился за рукоять клинка, и покачала головой. Мне очень хотелось договориться с Карлом по-хорошему.

— Пожалуйста, — вздохнула я.

— Хорошо, садитесь, — наконец-то мужчина махнул рукой, видимо, поленившись идти к господину Саймону.

Пока мы ехали, я безумно нервничала, в любой момент ожидая погони. Всю дорогу до центральных ворот, преграждающих дорогу чужакам, не сводила взгляда с лечебницы, и прижав руки к груди, мысленно поторапливала Карла. К моей радости, поселок мы покинули без труда и вскоре были в городе.

Тепло попрощавшись с Карлом, молча попросила у него прощения за ложь, и нырнула в толпу. Андрэ последовал за мной. Через час нас дилижанс покинул город, а ближе к вечеру на меня навалилась невероятная слабость, и к рассвету поднялась температура. Видимо, сегодняшние волнения стали последней каплей и печать все-так сломалась. До Лирино оставалось ехать не так долго, и я очень надеялась, что успеем.

— Андрэ, — тихо позвала я своего спутника.

— Родная, у тебя жар, потерпи немного, — взволнованно прошептал он, опасаясь разбудить других пассажиров. — Скоро будем на месте.

— Это магия… Печать сорвана. Найди Дарину и Маринэ, только они смогут мне помочь, — с трудом промолвила я и закрыла глаза. Очень скоро меня охватило спасительное, а может и губительное, забытье. Это было неважно, главное, что я перестала чувствовать ломящий жар во всем теле. 

Глава 19

Мне казалось, что я сгораю в пламени костра — опаляющем, бесконечном, довольно жестоком и беспощадном. От боли, охватившей мое тело, я кричала, срывая голос до хрипоты. Иногда болезненные ощущения отступали, и тогда меня охватывала безмятежная темнота, дарующая умиротворение и спокойствие, но потом адские горячие языки вновь вспыхивали с новой силой, причиняя мне невероятные мучительные страдания…

В моменты затишья я слышала голос Андрэ. Он доносился откуда-то издалека и обещал мне спасение, которого, казалось бы, для меня не существует. Огонь — самая сильная стихия, оставляющая после себя только разрушения и смерть. И в конце концов, я начала молить о ней, устав бороться…

— Розалия, очнись. Милая, — голос Андрэ звучал приглушенно, будто через толщу воды. — Родная, любимая…

Я слышала каждое его слова, но, к сожалению, ответить не могла. Пыталась. Но из горла вырывался лишь хрип. Мучениям, казалось, не будет конца.

— Любимая, желанная, родная, дорогая, — я слышала ласковый шепот и тонула в нем, пытаясь найти спасение…

В какой-то момент я просто открыла глаза, и увидела над собой белый потолок, украшенный лепниной. Удивительно, но он был мне знаком. Чуть приподнявшись, увидела знакомую мебель, пушистый ковер на полу и с облегчением вздохнула, осознав, что я в доме Дарины.

«Значит, Андрэ все-таки смог найти городских ведьм», — откинулась на подушки, чувствуя себя довольно паршиво. Попыталась сесть, но тело, казалось, ватным и абсолютно мне не подчинялось. Вдох, выдох, еще вдох… Через некоторое время мне удалось присесть на постели. Голова кружилась, а перед глазами мерцали разноцветные пятна. Стало тошнить. Сфокусировала зрение на одной точке, и мгновенно полегчало. Держась за спинку кровати, поднялась и, шатаясь, направилась в ванную комнату. Увидев себя в отражении настенного зеркала, я едва сдержала крик. Мои некогда роскошные темные волосы были коротко острижены под самый корень. Погладив колючий ежик на голове, невольно всхлипнула. С детства я слышала от матери слова, что в косе сила ведьмы, а сейчас… Как же так? Зачем?!

— Розалия! — дверь в ванную комнату резко открылась, и я увидела Андрэ, моментально заметившего мои слезы. — Любимая, все будет хорошо.

В одно мгновение я оказалась в таких родных и желанных объятиях.

— Ты очнулась, милая, — Андрэ коснулся губами моего виска. — Это главное. А волосы отрастут, вот увидишь.

Я просто молча заплакала, уткнувшись в его грудь. Сейчас, как никогда в жизни меня одолевало чувство незащищенности и огромной уродливости.

— Родная, — тяжело вздохнул Андрэ и, подхватив меня на руки, понес к кровати. Усадив на постель, он тихо попросил:

— Посмотри на меня.

— Нет, — опустила взгляд на свою ночную сорочку. — Я выгляжу чудовищно. Не хочу, чтобы ты меня видел в таком виде. Уходи…

— Роззи, — Андрэ обхватив пальцами меня за подбородок, вынудил посмотреть на себя. — Ты для меня самая красивая женщина на свете, запомни это. Я люблю тебя, и буду всегда рядом. Самое главное, что ты очнулась, остальное все мелочи, а волосы, они же отрастут, глупенькая.

— Как она? — послышался голос Дарины. — Спит? Я принесла свежую сорочку. Иди погуляй, а мы с Маринэ переоденем нашу девочку…

Она осеклась на полуслове, а потом радостно воскликнула:

— Роззи! Как же ты нас всех напугала. Маринэ, — закричала она. — Розалия пришла в себя! Иди к нам…

Ведьма влетела в комнату и, увидев меня, с облегчением улыбнулась:

— Да пребудет в тебе сила, милая. Как ты себя чувствуешь?

— Не знаю, — честно ответила я. — Ужасная слабость, а так вроде ничего не болит. Что со мной произошло?

— Андрэ, иди к мужчинам. Мы тут справимся без тебя, — Дарина положила на тумбочку ночную сорочку, — Роззи надо привести себя в порядок.

— Нет. Я не оставлю ее одну.

— Иди, иди. Нам надо поговорить, — а потом ведьма ловко выпихала упирающегося Андрэ за дверь и, усевшись на постель, взяла меня за руку:

— Как же ты нас всех напугала. Девочка, ведь ты едва не умерла.

— Что со мной случилось? — вновь спросила я, признавшись. — Совсем ничего не помню.

— Что, что, — проворчала Маринэ. — Печать твоя слетела к чертовой матери, да с таким звоном, что горы содрогнулись. Давно драконы и эльфы такого всплеска магии не чувствовали. Прорвалась твоя сила… Много беды она принесла, но хорошо, что никто не пострадал.