Руины предателя

Сальвия задержала взгляд Алекса на несколько ударов сердца и глубоко вздохнула.

— Николас — принц. Он младший сын короля Деморы.

— Понятно. — свел брови Беннет. — А кем ты работаешь?

— Я воспитатель королевских детей. Не более того

Король перевел взгляд своих зеленых глаз на Алекса.

— Она говорит правду?

— В строгом смысле, — признал Алекс. Он улыбнулся ей однобоко. — Но она — все для меня. — Сальвия закатила глаза, покраснев.

Беннет вздохнула.

— Очень хорошо. Если мы сможем заставить Синду признаться, что он знает об этом, а также получить признание от долофана, это будет достаточным доказательством.

— А что насчет принцессы Лани? — сказала Сальвия. — Мы не можем позволить этому застать ее врасплох.

— Ты говоришь, что она влюблена в Синду. — Беннет покачал головой. — Если тебе было трудно убедить меня, а я все еще не до конца убежден, представь, как она отреагирует. Это будет шок, когда бы она ни узнала.

Сальвия не сдвинулась с места.

— Чем дольше ты будешь ждать, чтобы сказать ей, тем более унизительным это будет, и тем более публичным. Если ты не расскажешь ей, она никогда больше не будет тебе доверять, но самое главное, она заслуживает того, чтобы знать.

Алекс не колебался.

— Я согласен с Сальвией.

— Ты даже не знаешь мою сестру, — сказала Беннет.

— Это не имеет значения, — сказал Алекс. — Она заслуживает того, чтобы знать.

Лани не хотела этого слышать. Она кричала на Алекса и бросала вазы в стену.

Беннет молчал, ожидая, когда ярость сестры пройдет. Когда Лани наконец рухнула на пол, рыдая, король опустился перед ней на колени и взял ее на руки.

— Предательство хуже для тебя, — сказал он. — Я знаю, что твое сердце разбито.

— Я не верю в это, — всхлипывала Лани. — Он не мог этого сделать. Мне все равно, что они говорят. — Она подняла глаза, такие же зеленые, как у Беннета. — Докажи это, Сальвия. Если сможешь.

Сальвия посмотрела на Алекса, который наблюдал за разговором почти все время, не понимая, о чем идет речь.

— Тогда иди сюда, — сказала она Лани.

Принцесса встала и подошла к кровати Алекса, пока Сальвия поднимала его рубашку, чтобы обнажить грудь. Она указала на три синяка по всему телу, и Алекс вздрогнул, перекатившись на бок, чтобы показать еще больше синяков на спине.

— Кто носит кольца, которые могли бы сделать это, Лани? — Тихо спросила Сальвия.

Лани развернулась и побежала во внутренний дворик, но Беннет поймал ее за руку.

— Ты не выйдешь из этой комнаты, Алания.

— Он собирался попросить у тебя моей руки сегодня вечером, Беннет, — заплакала Лани, свежие слезы падали по ее красным щекам. — Сегодня должен был быть самый счастливый день в моей жизни.

— Значит, не случилось ничего такого, чего нельзя было бы исправить, — успокаивал он.

Лани посмотрела на Сальвию. Беннет ошибался. Сальвия подошла к подруге и обняла ее. Лани всегда казалась выше Сальвии, настолько подавляющим было ее присутствие, но теперь Сальвия поняла, что они одинакового роста.

— Я думала, что у меня есть что-то настоящее, — прошептала Лани.

— Когда-нибудь у тебя это будет, Лани, — прошептала Сальвия в ответ. — Я обещаю.

Через несколько минут Лани взяла себя в руки и повернулась к Беннету и Алексу.

— Что нам теперь делать, чтобы доказать это Совету?

— Мы приведем к ним долофана, — сказал Беннет. — Во время их допроса мы попытаемся заставить Синду признаться в том, что он знает. Если это не удастся, мы выдадим Алекса, но его слова могут быть обращены против всех деморанцев, так что это будет крайнее средство.

— Будет ли этого достаточно? — Спросила Лани.

— Это не имеет значения, — ответил голос. Все повернулись к Дэриту, который стоял в дверях комнаты Николаса. — Долофанов нет.

ГЛАВА 96

В целом, по мнению Алекса, Беннет воспринял новость о том, что во дворце на свободе два убийцы, довольно хорошо.

— Мы знаем их план, — сказал король, переключившись обратно на кимисарский для удобства Алекса. — Это значит, что мы впереди.

— Да, но поймать их в действии — только поймать, — сказала Лани. Кимисарский принцессы был не так хорош, как у всех остальных. — Я думаю, признание маловероятно.

— Тогда, возможно, нам следует заставить Синду думать, что он преуспел, — сказала Сальвиг. — Посмотрим, как он себя поведет и кого обвинит. — Она посмотрела на Беннета. — Каковы будут первые шаги после убийства короля?

— Кроме закрытия дворца и поиска преступника? Совет будет созван на заседание, чтобы объявить нового правителя.

— Как скоро? — Спросила она.

— Как только смерть будет обнаружена.

— Даже посреди ночи?

Беннет кивнул.

— Даже так, но я думаю, что не будет причин для обнаружения моего тела до утра.

Сальвия прикусила губу.

— Он будет готов к этому времени, поэтому я считаю, что тебя нужно найти посреди ночи. Это даст нам небольшое преимущество.

— Согласен, но как мы это сделаем? Пусть стражники услышат тревогу и проведут расследование?

Сальвия бросила на короля странный взгляд.

— Возможно, я смогу обнаружить его. Это сыграет ему на руку. Это может сделать его слишком самоуверенным.

Беннет бросил быстрый взгляд на Алекса, прежде чем ответить ей на казмуни. Она кивнула, покраснев.

— Одну чертову минуту, Сальвия, — прервал Алекс на деморанском. В его нутре росло ужасное подозрение. — Зачем тебе понадобилось находиться в спальне короля посреди ночи?

— Я бы не стала, — быстро ответила она. — Но если мы скажем Синде за ужином, что Беннет сделал мне предложение, тогда я смогу законно обнаружить тело скорее раньше, чем позже.