Руна Гибели
Шрифт:
«Хрен тебе!»
В телепатическом тоне престола появились оттенки, выдающие его ярость.
«Тогда ты сдохнешь, Э-маг! И никакой посмертной волны не последует, так как твою Силу мы подавим. А вот боли будет много — уж это я тебе обещаю!»
«Да пошел ты!»
Несмотря на магический натиск врага, я предельно четко ощутил, как престол немалым усилием подавил в себе гнев и постарался вернуть переговоры в русло холодной логики.
«Перестань сопротивляться, Логинов, и отдай Осколок! Тогда, быть может, мы оставим тебя и этих женщин в живых».
Вряд ли обещания этого высокопоставленного анхора в данной ситуации заслуживали доверия, но слова его заронили в мою душу сомнение. А может, в самом деле отдать ему Осколок? Авось второй раз они его не профукают. Да и Моргана с Алисой уцелеют… наверное. Вот только врет этот гад, как пить дать
К счастью, колебания эти не заставили меня снизить интенсивность сопротивления, на что, вероятно, рассчитывал престол. Зато они спровоцировали событие, которое, скорее всего, не планировал никто из участников этого боя.
Натиск врага внезапно утратил синхронность, плотность и ту неодолимую всесокрушающую мощь, которой он до сих пор отличался. Анхоры, как будто, слегка смешались, и хватка их подавляющей Силу магии немного ослабла. Даже я, несмотря на свой дилетантский уровень в восприятии магических проявлений, и даже в условиях яростной атаки врага ощутил, что характер бушующих вокруг энергетических вихрей несколько поменялся, словно анхоры бились уже не только с нами, но и с кем-то еще. Вот только никого больше на поле боя я не видел. Неужели кто-то из Конклава взбунтовался? Такой вывод косвенно подтвердило замешательство во взгляде главного престола, который оглянулся назад, на своих. Естественно, Моргана с ее куда более разносторонними талантами ощущала перемену не в пример острее меня, и в глазах ее я увидел изумление.
Впрочем, удивляться и теряться в догадках можно будет позже, если, конечно, мы выскребемся из сложившейся пиковой ситуации. Пока же следовало попытаться по максимуму использовать изменившуюся обстановку для собственного спасения. Мысль эта одновременно пришла нам в головы (даром мы, что ли, отец и дочь?) и ярость нашего сопротивления возросла до того предела, на который мы только были способны.
Между тем магическая буря вокруг все меньше напоминала последовательно обрушивающиеся на прибрежные скалы многометровые волны и все больше казалась хаотически бурлящим гигантским котлом. Такое впечатление, что все новые и новые анхоры переключались на своего неожиданного противника, ослабляя натиск на нас. Мы по-прежнему не могли понять, кто именно из светлых Вторых вдруг стал лить воду на нашу мельницу, но нам, собственно, и не было до этого никакого дела: давление на нас все слабело. Мы продолжали, как безумные, рваться из сети, и она вдруг подалась! Пока ненамного, но лиха беда начало! Анхоры это тоже почувствовали и попробовали восстановить прежнее положение. Да только не взошло — необходимой слаженности достичь не удалось, да и в энергетической плотности атаки они явно сдали. Очевидно, слишком много сил и внимания требовал бой с новым врагом.
А мы рванулись еще сильней. Еще и еще… Мы выдирались из сети, оставляя на ней кровь, кожу и ошметки мяса, но выдирались! Этот промежуточный успех вдохновил нас на новые свершения, и со следующими рывками мы уже вылезали выше той планки, которую до сих пор почитали для себя потолком. Сеть сделала еще одну попытку сжаться, встреченную очередным сверхусилием с нашей стороны, и… внезапно треснула!
Главный престол обернулся, и взгляд его был полон бессильного бешенства. Его магический удар я упредил, излив на него негативную волну страшной силы. Он вздрогнул, побелел и рухнул навзничь. Не мертвый, нет (на это интенсивности моей волны не хватило, так как б ольшую часть удара отразил его щит), но точно выведенный из игры. И в то же мгновение мы с Морганой ощутили себя свободными.
«Ходу, дочка!» — мой выразительный взгляд, брошенный на нее, был понятен без слов. Мы ловко подхватили наших бессознательных спутниц и сомкнули свои руки. А в следующий миг нас уже там не было.
Предатель
Базовый мир — Внутренний обод.
Когда Влодмир пришел в себя, первыми ощущениями его были боль и слабость. А следом за ними нахлынула волна наичернейшей злобы. Считалось, что на такую способны лишь извечные враги светлых Вторых — криги и кромешники, но и анхоры оказались не лыком шиты. Впрочем, глава Конклава имел для
подобных чувств более чем веские основания: блестяще задуманная операция сорвалась в самый последний момент, когда дело было уже практически сделано.А ведь поначалу ничто не предвещало такого оглушительного фиаско. И почему только Влодмиру раньше не пришла в голову идея сперва лично отыскать Э-мага, а потом использовать экстренный зов, которому Конклав просто не мог не подчиниться?! В таком случае из операции исключались все организационные проволочки и долгое предварительное обсуждение на Конклаве. А главное — практически сводилась к нулю вероятность того, что предатель (если только он действительно состоял в правящем совете) предупредит Логинова об атаке, так как доминаторы и престолы до самого последнего момента не знали, зачем их призывает Влодмир. Ведь всего-то и нужен был стремительный и мощный удар в лучших традициях древних войн, когда светлые Вторые еще не поддались лени и не обрели пагубной привычки долго и нудно расточать словеса, перед тем как за что-то взяться.
Вдобавок, эта операция могла принести и еще одну пользу. Кто бы из верхушки анхоров ни был предателем, вряд ли в его планы входило то, что Влодмир завладеет одним из Осколков и прижмет к ногтю Э-мага. Такая вероятность почти наверняка спровоцировала бы этого гада на необдуманные действия, которые выдали бы его с головой. Вот такой двойной удар задумывал глава Конклава.
К сожалению, престол, отличавшийся известным пренебрежением к коренной расе Базового мира, не знал их расхожей поговорки о погоне за двумя зайцами. А ведь как хорошо все начиналось!
Э-мага с криганками грамотно взяли в кольцо и начали методично давить «глазом бури», подавляющим и высасывающим Силу. Даже Логинов со своими спутницами, взявшие верх над четверкой харров, не способны были противостоять объединенной мощи полного Конклава и отряда форсов. Они, конечно, сопротивлялись, как одержимые, но всем было ясно, чем в итоге закончится этот бой: у Э-мага не было ни малейшего шанса.
И вот, когда защитные возможности Логинова и его команды дошли уже до последнего предела (а Влодмир это отлично чувствовал), в дело вступил предатель, о котором глава Конклава в пылу боя, грешным делом, уже почти успел забыть. По его расчетам ренегат должен был либо проявить себя раньше, либо не проявить вообще. Более того, столь долгое бездействие скрытого врага наводило на обнадеживающую мысль, что Влодмир ошибся, и среди членов Конклава его просто нет.
Увы, все оказалось совсем не так, и враг ударил, когда этого уже никто не ожидал. Сначала Влодмир ощутил сбой в течении энергии, питавшей Силой «глаз бури». Затем он повторился, что привело к образованию в ткани аркана существенного разрыва. И вот тут последовала прямая атака на него, Влодмира и тех престолов из Конклава, которые принимали самое активное участие в давлении на Э-мага. Высший анхор почти физически ощутил напряжение и буквально стон сворачиваемого в тугую спираль пространства. Аркан такой мощи и изощренности даже для престолов был высшим пилотажем и почти никогда не применялся из-за своей сложности и энергоемкости. Вот Первые его активно использовали во время Войны Тринадцати. Поэтому Влодмир вряд ли успел бы среагировать и смог защититься от такой атаки. И быть бы ему сейчас покойником, если б не его форсовская гвардия. Двое его охранников из касты сил всю свою жизненную энергию без остатка вложили в щит, спасший его от страшного удара.
Потом уже и ему, и остальным членам Конклава приходилось делить внимание и Силу между Э-магом и предателем, которого даже вычислили не сразу. В бушевавшей магической буре было не так-то просто определить, от кого из анхоров исходят волны враждебной магии. Однако новый удар изменника, ухитрившегося создать небольшую энергетическую черную дыру, престолы уже встретили во всеоружии. Они справились с его атакой, при этом изо всех сил пытаясь не упустить из своих сетей Э-мага сотоварищи.
Предатель, к счастью, был всего один, но даже при подавляющем численном преимуществе «правоверных» анхоров бой на два фронта давался им нелегко. Только теперь, наконец, стало ясно, с кем они воюют. Сарк — спокойный, лояльный и рассудительный, которого, казалось, вполне устраивало пребывание на вторых-третьих ролях в Конклаве, — именно он оказался тем злым гением, что причинил в последнее время столько бед. Секундный шок сменился у Влодмира вспышкой лютой злобы, и он обрушил на изменника свою мощь, телепатически скомандовав всем доминаторам не отвлекаться на Сарка и продолжать давить Логинова.