Руслана

Мужчина с девушкой неспеша, бездельным прогулочным шагом прошли мимо. И у меня за спиной я услышал голос блондинки. На неизвестном мне языке она сказала что-то спутнику. Звучали слова её странно, и даже отдалённо похоже на русскую речь.

Удивительно!.. подумал я. До чего похоже на слух…

Мне показалось, что я даже смог бы легко повторить эти звуки. Нечто вроде:

«слышьколяжратьохотанупростосилнет».

На что её спутник, поморщась, ответил какой-то сердитой тирадой. Она прозвучала приблизительно так:

«даланперебьёшьсякапустасовсемнадне».

Удивительно, до чего необычный язык! Но какой?..

По звучанию смахивает на португальский, подумал я. Тоже много шипящих и жужжащих звуков. Что за язык такой странный?..

И вдруг меня точно током ударило.

НАШИ?!.

Вздрогнув, я повернулся и медленно пошёл вслед за парочкой, старательно делая вид, что рассматриваю витрины, но при этом изо всех сил пытаясь расслышать, что они говорят, общаясь между собой.

Мне было смешно и неловко – тоже ещё Инспектор Клюзо…

Это продолжалось с полчаса, пока наконец они оста-новились, у витрины с женским бельём. Я медленно подошёл совсем близко и тоже стал рассматривать трусики, бюстгальтеры и ночные сорочки, весь обратясь в слух. Девушка тоскливо и долго смотрела в витрину. Потом сказала:

Коль… ну правда сил нет уже… ужас как жрать хочется!..

Он тяжело вздохнул. Потом подумал и сказал:

Ну может, давай какой пирожок купим. Или поесть бы где супу, да только где б подешевле найти?..

Наши…

Но как же – их отпустили гулять вдвоём? Без положенного на троих стукача?

Перестройка… подумал я. Стало даже смешно – я ведь и сам-то ждал приезда двоих дельталётчиков из Москвы. Забыл!..

Мне хотелось заговорить с ними, но я опасался их спугнуть – не подумают ли, что я подосланный провокатор? Я ещё помнил, как сигали от меня на другую сторону улицы редкие советские граждане, на которых раза два-три за все эти годы довелось мне наткнуться в Лондоне. Как, при попытке заговорить с ними, всей тройкой взлетали орлами над бренной землёй и опускались на противоположную сторону улицы, глядя на меня из почти безопасного далека испуганно-настороженными глазами…

Спасла положение девушка. Повернувшись ко мне, она вдруг сказала:

Ю это… спик инглиш?..

Sure I do, весело сказал я. What’s the problem?

Девушка озадаченно смотрела на меня. Потом повернулась к мужчине.

Коль… он, мне кажется, не понимает. Тупой какой-то. Тоже, видно, турок… Может, спросим кого другого?..

Не надо другого, милая!.. поспешно сказал я… Вы же просто вытянули счастливый билет!..

Чево-о?.. испуганно сказала девушка. И вдруг добавила: Ой!..

И ухватилась за руку своего Коли.

У того по землистому лицу расползалась недоверчиво радостная улыбка.

Пошли обедать, ребята!.. сказал я.. Пока вы не окочурились от голода.

Да у нас тут такая история… поспешно сказал мужчина… Остались на нуле. Нам бы где подешевле…

А мы как раз в такое место и пойдём… успокоил его я, и прикинув мысленно, сколько десятков тысяч лежит у меня в кармане, добавил:

Сегодня я вас угощаю. Такая приятная неожиданность…

Толстяк Мехмет меня помнил ещё со времён наших с Феликсом авиа-приключений. Мы сели за столик на тротуаре. Подошёл почтительно один из поваров.

Что берём?.. спросил я у новых знакомых.

А можно меню?.. спросила девушка.

Можно!.. сказал я и улыбнулся… Можно и тебю. Но сначала всё же лучше покушать.

Мужчина засмеялся. Девушка непонимающе вытаращила глаза.

Анекдот такой… примирительно сказал я… А меню тут простое. Загляни в витрину и ткни пальцем в то, что тебе по душе. У них тут всё вкусно готовят. Рекомендую фаршированные перцы или жаркое.

Они ели жадно и долго. Поначалу немного стесняясь, но потом увлекшись не на шутку. Толстый Мехмет радостно смотрел сквозь открытое окно, как ест голодная девушка. Потом поманил меня пальцем. Я подошёл.

Уруслар?.. спросил он… Наташа?..

Всех русских женщин в этой стране почему-то звали «наташами».

Эвет!.. сказал я.

Чок гюзель!.. уважительно сказал Мехмет и разгладил усы. Потом подумал и положил в тарелку самый красный и большой из фаршированных перцев. Ткнул себя пальцем в грудь, потом показал на девушку: мол, от меня подношение в знак искренней любви к красоте.

Я поставил тарелку с перцем перед ней.

Это вам от хозяина!.. сказал я. Девушка подняла глаза от тарелки. Мехмет поймал её удивлённый взгляд и просиял.

Чо-ок гюзель!.. сказал радостно он и помахал рукой, сложив колечком большой и указательный пальцы.

Тешекюлер!.. тихо сказала девушка и неожиданно послала Мехмету воздушный поцелуй, приведя толстяка в полный восторг.

За чаем Николай рассказывал неспеша их историю. Девушка Вера молча слушала и согласно кивала.

Он был артист цирка, жонглёр «оригинального жанра»: жонглировал увесистыми гирями, небольшими штангами и – самое эффектное! – мечами. Когда лопнула неожиданно советская власть, и жить материально стало просто невмоготу, Коля решил – надо ехать работать заграницу. Безвестным артистам вроде него приглашений из Лондона и Парижа не поступало, и будучи по натуре человеком авантюрного склада, он занял пять тысяч долларов у каких-то бандитов (а у кого ещё можно занять?.. у банков?.. под что?.. под честное слово?..) и стал собирать труппу, поехать работать в Турции.

А как же эти бандиты вам одолжили, сумма всё же не маленькая?.. спросил я.

Его землистое лицо расплылось в иронической горькой ухмылке.

За такие проценты они самому чёрту одолжат… А в залог родители или дети. Не отдашь во-время, штрафные проценты тикают, только держись! А если вообще не отдашь – самого пришьют, если дотянутся. А не дотянутся, так детей убьют. Или отца с матерью. Очень просто…

Помолчав, я вздохнул. Русь бандитская…

Николай продолжал свой рассказ. Какие-то турки, обретавшиеся в Москве, пообещали, если он соберёт группу девушек-танцовщиц, устроить им работу в Измире. Выступать с концертами в каком-то солидном увеселительном заведении.

Ну, дал объявление… желающих тьма, все хотят заграницу, все голодные. Ни работы, ни перспективы дома… Отобрал вот троих – балерины, отлично танцуют, и вообще…

Он неловко запнулся.

А чего ты, Коль?.. вдруг сказала молчавшая до сих пор Вера… Чего стесняешься?.. что есть, то и есть. Начал, так уж рассказывай. Человеку интересно же, правда?..

Она смотрела на нас обоих с горьковатой усмешкой.

Мне стало неловко.

Ну, может, не стоит?.. предложил нерешительно я.