Самба

Улучив момент, когда никто не смотрит, Роберт скрылся через окно в подсобке, буквально взлетев на крышу многоэтажного здания. Фанатки внизу некоторое время ожесточенно искали кумира, после чего стали расходиться. Стоит признать, что Александр Цепеш, как звали его на самом деле, отлично повеселился. Истинному вампиру играть вампира в человеческой кинокартине для обывателей было сверхзанимательно. Фильм Александру не особо нравился, но мысли о самом факте его участия всегда вызывали улыбку на бледном моложавом лице. Здесь, в США, в последние десятилетия политика по отношению к человекоподобным магическим созданиями вроде вампиров и оборотней существенно смягчилась. Служба по контролю за паранормальными явлениями ему даже сниматься официально разрешила, с некоторыми ограничениями, но все равно. На вампиров уже не идет открытая охота, что не может не радовать. Более не надо скрываться, опасаясь получить осиновый кол в сердце. Впрочем, современные методы войны с ценителями крови давно отошли от данного архаизма. Нет, кол в сердце — достаточно действенный метод. Но вообще мало кто может пережить подобное. Даже самый сильный и старый вампир современности, кем себя небезосновательно считал Роберт-Александр.

Может на восточное побережье податься или в Европу? Давненько Цепеш не навещал родную Румынию. Зазвонил мобильный телефон. Александр долго не брал трубку, полагая, что это опять звонит его агент. Однако высветившийся номер не был ему известен и принадлежал иностранному региону.

— Слушаю.

— Мистер Цепеш, полагаю? — прозвучало на английском.

— Кто это?

— Мое имя Нурарихен. Боюсь, у меня скверные новости. В Японии обнаружился потомок солнцеликого. И он уже начал действовать. Мистер Цепеш, могу ли я рассчитывать на вашу помощь?

От нахлынувших старых воспоминаний Александр чуть не смял трубку в руке, чудом удержавшись:

— Да, вы можете рассчитывать на меня, — с нескрываемой ненавистью в голосе ответил вампир.

Российская империя — не самое гостеприимное место для японского е-кай, даже уровня Нурарихена. Русский дух и земля слишком отличны от привычной ему тверди. Поэтому перемещения и "кража" пространства отнимают у великого аякаси немало сил. Да и расстояния для прыжков на порядок более значительные, нежели на родине. Но старый прохвост не унывал, надеясь, что его давний приятель не изменил своим привычкам. И точно. Во втором же посещенном подземном схроне почувствовался ни с чем не сравнимый привкус смерти. Умело скрываясь, аякаси сумел преодолеть внушительный барьер из нежити разных мастей и проник в центр подземной цитадели. В отличие от остальных частей катакомб, в помещении пахло цивилизацией. Об этом явственно напоминал большой телевизор с периодически мелькающими помехами. Единственный обитатель зала противно скрежетал зубами, следя за передачей по ящику. Именно так смеялся старый знакомый Нурарихена.

— (Кто здесь?) — спросил скелетон на русском языке, обернувшись.

Пустые глазницы, горящие зеленым огнем, настороженно обшаривали каждый уголок пещеры.

— (Это ты, старый маразматик?)

— К тебе не подобраться, — вздохнул Нурарихен, выходя на открытое пространство и переключаясь на японский.

— И это ты говоришь после того, как прошел сквозь всех моих миньонов? — архилич снова закаркал, изображая веселье.

— Все равно, обнаружение Косчей-сан как всегда на высоте.

— Тьфу, ты ведь неплохо говоришь (по-нашински). Сколько еще намереваешься коверкать мое имя? Дряхлый пень.

— Как твои дела, Косчей-сан? Не достают ли местные экзорцисты?

— По-разному бывает. Работал намедни с одним клиентом, перед которым надо было изобразить нашествие зомби. Так эта неблагодарная скотина пожаловалась Церкви, представляешь?! Мол, слишком реалистично получилось.

— Люди, что с них взять? — философски изрек аякаси страны восходящего солнца.

— Так зачем (пришкандыбал), кочерга ржавая? — спросил архилич, используя ядреную смесь двух языков.

— Выполз наследник солнцеликого.

— Разве не всех (желтомордых) додавили?

— В Японии живет одна семья экзорцистов, за которой я приглядывал. Урок, который преподали Акихико, они не усвоили. У людей короткая память.

— Так что, тебе тело некуда девать? — лязгнул стальными зубами скелет.

— Он слишком хорошо окопался, — недовольно признал Нурарихен. — Мы не должны допустить даже ничтожной вероятности провала. Я уже договорился с Цепеш-сан.

— О, серьезно. Смотрел недавно новый фильм с зубастиком в главной роли.

— И как?

— Уродец тот еще. Разве не ясно, что кожа, мышцы, волосы — все это только скрывает истинную красоту, — собеседник показательно провел рукой по гладкому черепу, на котором покоилась скромная золотая корона. — Кость — вот самая прекрасная вещь на свете! (Лады). Покажи, куда вести моих слуг? И чтобы были точные координаты, а не ("две дюжины верст к северу, за высокой горой, у раздвоенного дуба").

— И как ты будешь ориентироваться, Косчей-сан?

— А GPS на что? Двадцать первый век на дворе, а ты все в прошлом тысячелетии живешь. Кха-кха!

Айю отправили с важной миссией — раздачей приглашений на грядущее мероприятие. Остаток дня мы провели вдвоем с Химари, расхаживая по храмовому комплексу, рассматривая местные достопримечательности, дурачась и развлекаясь. Реакция встреченных монахов и жриц при визите бакэнэко была забавной. Хорошо хоть с нами послали сопровождающего, который улаживал мелкие недоразумения.

Вечером нас с невестой разлучили. Пошли достаточно скучные процедуры примерки кимоно и заучивание правил проведения свадебного ритуала. В общем, ничего сложного. Здесь, в Храме чистой воды располагались специальные комплексы для проведения свадебных церемоний для обычных людей. Нас же по не до конца ясной мне причине решили принимать во внутреннем павильоне, куда даже посетителей не допускают. Как сказал приставленный ко мне монах, здесь сочетались браком многие пары из императорских семей.

В Киото прибыли почти все вассалы клана — аякаси, главные управляющие Amakawa Co, друзья из прошлой школы, включая Ринко, которую я ранее обещал пригласить, одноклассники из Оммедзи Гакуэн, куратор Седзо-сан, мой официальный опекун Джингуджи Мерухи с дочерью, Гесуко, Масао и Хитсуги Якоин, а также глава клуба журналистики Минами Райхо. Последняя занялась документированием церемонии, запечатлевая свадьбу аж на две камеры и три навороченных фотоаппарата.

Только в полдень воскресенья, с началом церемонии, мне наконец показали невесту. В белом кимоно с ослепительно яркими волосами, уложенными в замысловатую прическу, и аметистовыми глазами, сияющими волшебным светом, Химари походила на ангела, спустившегося с небес. Подумаешь, ее аура заставляла чувствующих людей брезгливо морщиться и держаться подальше от аякаси. Для меня она являлась самым прекрасным, самым дорогим и близким существом на всем белом свете. Пышная церемония сочетала в себе синтоистские, буддийские и даже христианские элементы. Мы пили специально приготовленное саке, слушали помпезные речи служителей, проходили смену нарядов, давали клятвы верности друг другу. В дальнейшем Химари красовалась в кимоно цветочной раскраски, а под конец облачилась в белое свадебное платье европейского стиля.

Тайзо лил завистливые слезы. Ринко также плакала, причитая по-матерински, "как же вырос мой Юто". Для меня суматошный день пролетел за одно мгновение. Вот только брачную ночь устраивать не спешили. Сначала решили дождаться окончания всех бюрократических процедур, в результате которых Амакава Химари должна стать полноправной гражданкой Японии.

Школьный турнир второго триместра разделял старшеклассников на две группы. В первой находились ученики лучших классов: 3A, 3B, а также наш 2A, в другой — все остальные. Сильнейшим претендентам не было нужды участвовать в отборочных соревнованиях, что экономило немало времени.

Вышедшая из-под пера Минами газета на некоторое время снова сделала меня знаменитостью номер один. Не думаю, что теперь в школе остался хоть один ученик, не слышавший про экстравагантного главу Шестого великого клана, первым в современной истории Японии женившимся на аякаси.

Джингуджи Куэс не была из тех, кто меняет парней, как перчатки. Поэтому, оказавшись перед выбором, она растерялась. Попробовать сначала построить отношения с одним, а потом, если не получится, с другим? Нет, на подобное Сумеречная луна, воспитанная по строгим канонам, пойти не могла. По мнению Куэс мужчина должен быть один и на всю жизнь. И если ранее вбитые в голову догмы мешали представить одно наглое создание в роли своей пары, то после посещения красочной свадебной церемонии своего друга Юто с аякаси уверенность в своих убеждениях поколебалась.